Дар смерти - Анна Трисс

«Полиморфизм. Метаморф».

Что объясняло его сорок два с лишним века жизни.

– Кто ты… кто ты такой на самом деле? – пробормотала Панама, бледная как смерть.

– Панама, используй свое дедуктивное мышление, – предложил Хамар профессорским тоном. – Ты думаешь, Главы выбрали эмблему нашего братства случайно? Во время экскурсии по подземелью я рассказывал тебе об эльфидских генах, содержащих земные дары, и…

– Драконьих генах, – выдохнула она, не сводя глаз с Джериса Таргама. – Вот, значит, как… Так ты дракон!

Насмешливый смешок раздался в голове Панамы.

«Это просто дедукция, дитя. Просто дедукция».

* * *

Проводив девочку в ее новую комнату, чтобы она немного отдохнула и оправилась от эмоций, две высшие Тени задержались посреди коридора.

– Видение? – спросил Хамар, заметив растерянность на лице дракона-полиморфа.

– Никаких видений. У меня вызывает беспокойство то, что я увидел в ее памяти.

– Из этого я делаю вывод, что она причастна к смерти своих родителей.

– Только отца, – мрачно уточнил Джерис Таргам. – Этот дикарь был пьяницей, склонным к агрессии. Он случайно убил жену на глазах Панамы и ее младшего брата, проломив ей череп. Отрицательные эмоции девочки привели к его долгой агонии вместо быстрой смерти. Жнец, под воздействием горя и ненависти она использовала дар, чтобы вызвать разжижение мозга своего отца. И это не метафора.

Хамар бросил задумчивый взгляд на дверь комнаты Панамы. Никакого беспокойства не отразилось на его невозмутимом лице, лишь в глубине разноцветных глаз вспыхнули ледяные искры. Что-то похожее на… восхищение? Глава Гильдии не мог этого утверждать, поскольку его собеседник входил в то меньшинство убийц, мысли которых он не мог читать.

– Обеспокоенность Мрака не лишена оснований. Девочка может быть очень опасна из-за человеческих эмоций, – продолжил дракон, вглядываясь в лицо своего ближайшего помощника.

– Вот еще одна причина, чтобы помочь ей контролировать дар и заставить его служить нашему ордену, – заявил Верховный мастер с мягкой холодностью, характерной для его глубокого голоса. – Только представь количество контрактов, которые она сможет выполнить самостоятельно. Представь, до какой степени ее присутствие вдохновит наших братьев, когда она станет посвященной Тенью. Мы и мечтать не могли, что в наших рядах появится Дарующая смерть. Это благословение для нашего братства.

– Мы не имеем права на ошибку с таким сильным небесным даром. Ты точно знаешь, что делаешь?

Полуэльфид повернул голову к начальнику, чтобы встретиться с ним своим необычным взглядом. Эти гетерохромные глаза говорили о доминирующей силе его божественных генов; на Шайниггаре разноцветные глаза считались отличительным признаком редчайших гибридов своего вида, дерданомов.

– Разве я когда-либо давал тебе хоть малейший повод сомневаться во мне, Глава?

– Ну что, готова войти в клетку со львами? Услышав это сравнение, Панама бросила нервный взгляд на Хамара.

Он стоял у входа в переполненную столовую, откуда раздавался шум, как в базарный день. Совсем скоро ее представят остальным членам Гильдии теней во время общей трапезы: это было обычной формальностью для всех новых рекрутов.

– Верховный мастер, а я не могу принимать пищу в своей комнате, пока не выучу их язык?

– Никаких поблажек, Панама, – напомнил Хамар резким тоном.

Она коротко вздохнула и кивнула; ее зеленые глаза скрывались за короткими прядями, упавшими на лоб. Хамар присел на корточки, чтобы их лица оказались на одном уровне.

– Первое правило нашего братства пригодится тебе на всю жизнь: «Не суди по внешности». Ты – человеческая девочка, попавшая в мужскую эльфидскую среду. И не думай, что ты очутилась в невыгодном положении, все как раз наоборот.

– Как это?

– Черпай свою силу в том, что кажется слабостью в глазах твоих предполагаемых друзей и признанных врагов, чтобы застать их врасплох и одержать над ними верх. В течение твоей жизни все те, кто окажется настолько глупым, чтобы недооценивать тебя, будут подвергать тебя испытанию. Они будут проверять твою реакцию и ущемлять твое самолюбие. Не уступай им ни в чем, Панама Карсуэлл. Закутайся в плащ гордости. Вооружись металлом. Представь, что тебя окружают доспехи, шлем и щит. Игнорируй их атаки, не отвечай на их провокации, не раскрывай им ни капли своих эмоций. И однажды они устанут разбивать себе кулаки и зубы об твою броню. Ты – потомок Смерти, будь достойна своего небесного наследия.

«Броня, – мысленно проворчала Панама. – Легко говорить полубогу! Наверное, никто никогда не считал его ничтожеством, даже когда он был в моем возрасте».

– Когда мы окажемся перед Главами, поклонись им. Это покажет всем, что ты признаешь их власть.

– Хорошо.

Верховный мастер и его маленькая подопечная вошли в столовую. В зале воцарилась тишина, достойная похоронной церемонии. Разговоры за столами стихли, движения замерли, и пятьдесят пар глаз уставились на вошедших.

Хамар двинулся вперед между длинными столами учеников и убийц походкой хищника, словно ему принадлежал целый мир. С задержкой в несколько секунд Панама последовала за ним, ускоряя шаг.

Судя по всему, ее появление вызвало неоднозначную реакцию среди Теней. Она даже на четверть не была эльфидкой и сильно отличалась внешне: у эльфидов не бывало рыжих волос и светлой кожи. Цвет их кожи был серым, даже если у юных эльфидов она выглядела более светлой, чем у особей постарше. На протяжении десятилетий жемчужно-серый цвет становился грифельным, дымчатым или антрацитовым. Их волосы, как правило, были темными или каштановыми, и Панама заметила среди присутствующих лишь горстку убийц с золотистой шевелюрой.

Только позже она узнала, что отличительной особенностью земных даров были темные нити волос, пигментация радужной оболочки и кожного покрова. На самом деле темные эльфы рождались светловолосыми и голубоглазыми. Большинство их сородичей сохраняли эти генетические характеристики, тогда как волосы, глаза и цвет кожи Теней неизбежно темнели с возрастом, независимо от того, был ли их дар скрытым или проявившимся. То же самое было с эльфидами без дара, живущими на поверхности, поскольку они унаследовали гены от своих предков-Теней.

Снежный Тигр встал в центре столовой и громко обратился по-эльфийски ко всем членам Гильдии:

– Братья и ученики, представляю вам нашего нового рекрута, прибывшего из Террадонны, Панаму Карсуэлл. Скоро она освоит наш язык как свой родной диалект. Я рассчитываю, что вы окажете ей сердечный прием и