Дар смерти - Анна Трисс
Первое правило. Не судить по внешности, особенно с Тенями.
В какой-то момент Панама увидела, как высокий сумрачный эльфид отстегнул драгоценную фибулу, серебряную розу с лепестками, инкрустированными крошечными ониксами, чтобы снять с себя плащ. Остановившись посреди улицы, он встал на колено перед девочкой, сложил плащ вдвое и закутал ее худую спину, чтобы прикрыть бесформенные лохмотья. Он проследил за любопытным взглядом Панамы. Тот был устремлен на крылатое существо, украшающее его темно-красный нагрудник из мягкой кожи.
– Дракон – эмблема Гильдии теней. Черная роза – символ богини смерти, – пояснил он, застегнув фибулой плащ и поднимаясь на ноги.
Когда они втроем продолжили путь, маленькая доннианка поджала губы, заметив резную рукоять ятагана, выглядывающую из-за пояса Снежного Тигра. Ей были знакомы только гербы племен ее архипелага: топор, отрубающий сосновую ветвь, Каураков, свирепый дикий медведь Берсекеллов, гордый военный корабль Мародантов.
Во время их морского путешествия ее дядя Дамиан рассказал, что континент делится на три основных региона: Незапамятные земли, королевство эльфов; Терперрено, родина гномов; и, наконец, Терфламма, территория людей, занимающая почти половину континента.
По словам дяди, Терфламма управляется системой гораздо более сложной и иерархичной, чем в Террадонне. Она состоит из оседлых племен, называемых братствами или гильдиями. Правящая фракция, Торговая лига, сменила «имперскую монархию», свергнутую несколько веков назад в результате разрушительной войны.
«Какая чепуха», – подумала Панама тогда, стоя на палубе корабля. Это все, что ей было известно об их политическом устройстве. Что касается богов, почитаемых жителями континента, о них она не знала ничего. Ее народ, близкий к природе, прославлял море, солнце, ветер и землю, которые воплощали четыре ключевые стихии их мира, Большой Теллурики. Волчица объясняла, что жизнь зародилась из крошечных примитивных организмов, невидимых невооруженным глазом, которые когда-то обитали в океанах. Эти организмы развивались тысячелетиями, превращаясь в рыб, амфибий, обезьян… до тех пор, пока не мутировали в людей, эльфов и гномов. Волчица утверждала, что все расы Шайниггара имеют одного общего предка: безмозглую микроскопическую водяную тварюшку. Панаме нравился забавный аспект этой идеи естественной эволюции видов, которую ее мать сравнивала с большим генеалогическим деревом с бесчисленным количеством ветвей, усеянных листьями. С тех пор как усвоила эту захватывающую теорию о происхождении живых существ, она пыталась определить предков животных, которые лучше всего подходили людям, попадавшимся ей на пути.
Джерис Таргам вдруг рассмеялся без видимой причины, разглядывая маленькую доннианку своими светлыми глазами. Он сказал что-то, по всей видимости веселое, Жнецу на легком и мелодичном диалекте, интонации которого были в сотню раз мягче, чем в континентальном говоре или ее родном языке. «Эльфийский?» – предположила Панама, слушая напевные звуки во все уши. На лице Снежного Тигра появилась полуулыбка, адресованная девочке, а не его спутнику. Непроизвольно та улыбнулась ему в ответ.
– Верования твоего народа, населяющего острова, отличаются от того, во что верят жители континента, – весело сообщил Ястреб. – Скоро ты сама составишь об этом собственное мнение. Было бы скучно иметь одну-единственную версию.
«Зачем он мне это говорит?» Обеспокоенная непонятными словами Главы Гильдии теней, равно как и его острым взглядом, Панама плотнее запахнула плащ вокруг своих рук, создавая себе иллюзию защитного кокона. Шелковистая струящаяся ткань пропиталась особым запахом Жнеца: изысканной смесью кожи, металла и мяты.
Панама поскребла грязным ногтем резьбу фибулы, рассеянно поглядывая на людей и эльфидов, обитавших в Квартале забытых. Наверное, лучше было бы умереть, чем жить в такой нищете.
Прохожие слонялись по зловонным улицам, часто босиком и в выцветших лохмотьях. Их изможденные тела были истерзаны голодом, усталостью и отчаянием. Старый облезлый пес, скуля, умирал в соседнем переулке. В грязной луже рыдали навзрыд дети, которых лупила и ругала мать, вымещая на них свою неустроенность. Чуть дальше двое пьяных бродяг ссорились из-за больной проститутки с пустым взглядом. Неподалеку от них у стены сидел тощий прыщавый беспризорник. Он рылся в мусоре при помощи ржавого ножа, пытаясь найти что-то полезное для себя и наблюдая за шайкой воров, обсуждающих следующее ограбление. Все они дружно опустили головы при виде силуэтов Ястреба и Тигра, после чего растворились в соседних переулках.
Почти такую же реакцию Панама увидела со стороны импозантного торговца, спокойно двигавшегося им навстречу с двумя большими сумками по бокам. Как только его взгляд наткнулся на черного дракона, изображенного на кирасе эльфида, его лицо тут же утратило безмятежное выражение. Он в нерешительности замедлил шаг, вцепившись в свои сумки… после чего внезапно ускорился и повернул на перекрестке, чтобы резко сменить направление. Эта очевидная настороженность при встрече с двумя Тенями посреди улицы могла бы встревожить Панаму в иных обстоятельствах, но простое присутствие рядом Жнеца помогало развеять сомнения, которые она могла питать к своим опасным телохранителям. Однако Панама не была глупой: она уже догадалась, что Гильдия теней не что иное, как братство наемных убийц, которые служили богине смерти, почитаемой в Терфламме. И их заинтересовала ее проклятая сила.
– Послушай, Жнец! А наша немая малышка из Террадонны не так проста, как кажется! – воскликнул искренне впечатленный Джерис Таргам.
– Прекратил бы ты уже читать ее мысли, Пекло. Мы только что ее нашли. Ты добьешься того, что она сбежит прежде, чем мы дойдем до «Ляссе».
Ошеломленная Панама перестала следить, куда идет, и чуть не упала, споткнувшись об камень. С ловкостью, достойной жонглера, Жнец схватил ее за руку и дернул назад.
– ЧТО? – пролепетала она. – Вы читаете мои мысли?
– Так-так, твоя подопечная внезапно обрела нежный голосок, – насмешливо произнес старый Ястреб, смутив доннианку. – Ты проиграл пари, парень! Я был уверен, что она не выдержит и заговорит еще до того, как мы переступим порог книжной лавки. Выкладывай деньги!
Жнец невозмутимо бросил ему кошелек со скептрионами, который Джерис поймал на лету ловким движением, после чего убрал в карман брюк.
– Подтверждаю, дитя, я – скромный телепат. Все члены нашего братства обладают каким-либо даром, то есть «проклятой силой», как ты это называешь. У меня, к примеру, несколько таких способностей: телепатия, телекинез, телепортация и прочие, которые могут быть полезны. Этот эльфид, которого ты прозвала Снежным Тигром, обладает даром жизни, подтверждение которому ты видела недавно во дворе приюта. Фактически, дитя, он воскрешает мертвых! При случае мы обсудим с тобой теорию эволюции видов твоего народа, Панама. Я читал занимательнейшую книгу на эту тему лет