Перекрестки миров. Том 4 - Джек из тени
Раздался глухой, деревянный треск.
Эйрин опустила лук. Ее глаза расширились. Она буквально метнулась к дереву, преодолев дистанцию бегом, забыв про усталость. Ависса потрусила следом.
Подбежав к стволу, Эйрин замерла. Она провела пальцами по коре. Стрелы не было. Было только аккуратное входное отверстие. Кошка обошла ствол. На обратной стороне зияла рваная дыра размером с кулак, из которой торчали щепки. Стрела прошила толстенное дерево навылет и даже не подумала останавливаться.
Выявив дальнейший путь снаряда по сломанным веткам кустарника, боевая кошка пошла дальше. Она прошла еще метров тридцать и остановилась перед исполинским древом.
Именно из его коры, уйдя в древесину почти по самое оперение, торчала выпущенная стрела. Эйрин протянула руку и коснулась оперения. Древесина вокруг попадания все еще дымилась, обугленная кинетической и магической энергией.
— Охренеть, — только и смогла выдохнуть Эйрин. — Если из этого выстрелить в тяжелую пехоту малоран, снаряд пробьет латника и его волка.
Она медленно повернулась к Ависсе. В глазах боевой кошки больше не было зависти. Там горела чистая жажда заполучить в свой арсенал такую же убойную игрушку.
— Идем к Барону, — безапелляционно заявила Эйрин, сунув лук обратно Ависсе. — Прямо сейчас. Я тоже хочу такой подарок! И мне плевать, что для этого придется сделать!
* * *
Корнев сидел в своем кабинете на вилле, с ненавистью разглядывая очередную стопку бумаг. Капитан начал всерьез подозревать, что родное командование в сговоре с дипломатами решило просто запереть его здесь под грузом бюрократической волокиты, чтобы он не лез на рожон от слова совсем.
Как-то подозрительно часто через его стол стали проходить ведомости и отчеты из города Ил’ды. Поставки зерна, перемещения подразделений кошаков, запросы на инструменты. По любой логике вещей, этой макулатурой должен был заниматься вообще другой офицер, желательно из интендантской службы. Но Асатьев гнул свою линию: Ключник — фигура политическая, значит, должен быть в курсе всего, что шевелится в зоне его ответственности.
Алексей брезгливо отодвинул от себя очередной ' важный документ'.
Допив давно остывший чай, он со вздохом встал. Прошелся по просторному кабинету, разминая затекшие плечи, покрутил шеей до хруста позвонков. Затем подошел к умывальнику в углу, плеснул в лицо водой из кувшина, хоть немного сбрасывая напряжение.
В голове начала зарождаться крамольная, но крайне привлекательная мыслишка — свалить по холодку. Куда-нибудь в дальние секреты, с внезапной проверкой постов. Взять Тигра, пулемет, прокатиться с ветерком по лесу. От бумаг уже тошнило физически.
Но реализовать эту гениальную идею, как водится, не удалось.
В массивную дверь постучали. Не дожидаясь ответа, на пороге вырос дежурный узла связи.
— Товарищ капитан, — козырнул боец. — Телефонограмма с базы. Борт на подходе, будут через сорок минут. Гости из бригады.
Корнев страдальчески вздохнул, уставившись в потолок.
— Принял, сержант. Подготовьте площадку.
Капитан вернулся к столу и начал обреченно раскладывать бумаги по ровным стопкам, создавая видимость идеального порядка для начальства.
Через сорок минут Корнев стоял на краю посадочной площадки. Он хмуро раздумывал, какого хрена забыло родное начальство в его лесной глуши, да еще и без предупреждения. Обычно такие визиты не сулили ничего, кроме новых, невыполнимых задач.
Заходящий на посадку Ми-8 обдал капитана волной грязной водяной пыли. Рампа с лязгом опустилась на брусчатку.
Корнев приготовился делать скучающее лицо и брать под козырек, но к его искреннему удивлению, из нутра вертолета не высыпалась толпа проверяющих канцелярских крыс с папочками.
По рампе спустился один человек. Точнее, один знакомый человек, за спиной которого маячило мощное сопровождение.
Перед Алексеем, сияя широкой, почти голливудской улыбкой, стоял сам майор Третьяков. Особист сменил свой идеальный серый костюм на качественную полевую форму, но повадки матерого аппаратчика никуда не делись.
А вот за его спиной двое бойцов спецназа выводили из вертолета крайне интересного пассажира. Это был малоран. Ушастый хрен был закован в тяжелые стальные браслеты за спиной. Пленного удерживали в интересной, полусогнутой позе, жестко контролируя каждое движение.
— О как, — хмыкнул капитан, сдвинув кепку на затылок.
— Тоже рад тебя видеть, Алексей! — жизнерадостно выкрикнул Третьяков, направляясь к Корневу с протянутой рукой.
— Прошу к нашему шалашу, — Барон ответил на крепкое рукопожатие, не сводя глаз с конвоиров и пленного.
— А у тебя здесь хорошо, — Третьяков картинно повел носом, оценивая виды военного городка, расчищенные площадки и строящиеся укрепления. — Воздух свежий, работа кипит. Прямо санаторий.
Корнев мельком взглянул на особиста. Майор с интересом рассматривал окрестности, задавая, казалось бы, обыденные вопросы про быт, поставки в город и настроение местных кошаков. Но зная специфику работы этой конторы, капитан склонялся к мысли, что лучший друг дипломата Асатьева решил совместить полезное с полезным. Взбодрить Барона, напомнив о недремлющем оке начальства, а заодно наградить его очередным ушастым головняком, переложив грязную работу на чужие плечи.
— Итак, товарищ майор, — Корнев прервал лирическое отступление. — Чем мое скромное подразделение может помочь родной разведке?
Третьяков мгновенно стер улыбку с лица. Он обернулся к пленному, который стоял, низко опустив голову и исподлобья зыркая на людей.
— Представляешь, не хочет общаться, — искренне пожаловался на ушастого майор. Конвоиры чуть дернули тело, заставляя малорана выпрямиться. Двое других бойцов стояли в трех метрах, дополнительно контролируя обстановку.
— Ох, даже не знаю почему, — саркастично усмехнулся Барон, оглядывая браслеты и кровоподтеки на лице ушастого, а так же общую атмосферу дружелюбия.
— Вот мы и подумали, — снова оживился Третьяков, шагнув ближе к Корневу. — Ты же у нас полиглот, Алексей! Звезда межмировой лингвистики. Глядишь, у тебя получится его разговорить. Нам очень нужны ответы на простейшие вопросы…
Особист посмотрел на капитана с такой искренней, неподдельной надеждой, что Корнев на секунду даже поверил в его честные пионерские намерения просто перевести ушастого через дорогу, дать конфетку и отправить обратно к маме через Врата.
Капитан тяжело вздохнул. Он молча кивнул двум конвоирам. Парни поняли жест, рывком подогнали малорана ближе к нему и чуть разошлись в стороны.
— Алексей, — Корнев ткнул себя большим пальцем в грудь. Затем вопросительно посмотрел на ушастого, указав на него открытой ладонью.
Пленник скривил губы. Он смерил Корнева презрительным взглядом, отвернулся и сплюнул на брусчатку.
— Вот и у нас так же, — грустно вздохнул майор, разводя руками. — Что мы с ним только не делали…
Третьяков тут же осекся, поймав на себе красноречиво поднятую бровь Корнева.
— … И в нарды предлагали поиграть,