Восхождение Морна. Том 13 - Сергей Леонидович Орлов

Ну вот, включился дознаватель Серого Приказа со своими допросами с пристрастием. А мне сейчас вообще не до этого — в голове и без её умозаключений забот хватает.

Я уже собирался осадить её очередной дежурной фразой, как в дверь коротко постучались. Створка приоткрылась, и в номер юркнула молоденькая служанка. Симпатичная девчонка с пышной русой косой, туго перевязанной выцветшей лентой, и россыпью рыжеватых веснушек на вздернутом носу с трудом волокла тяжелый медный кувшин с кипятком и глубокий железный таз.

— Вода, как просили… — тихонько пролепетала она, стараясь не смотреть по сторонам, и принялась суетливо опускать посуду на массивную тумбу, одновременно расправляя поверх свежее грубое полотенце.

Я не стал терять ни секунды. Резко выдохнул, размял затёкшие за ночь плечи так, что суставы глухо хрустнули, ухватился за нижний край потёртой рубахи и единым движением сдёрнул её через голову, намереваясь нормально умыться, смыть грязь и привести себя в порядок.

Служанка от этого движения так и замерла у тумбы. Её взгляд, полный наивного испуга, мгновенно соскользнул вниз, намертво прилипнув к широкой рельефной груди и жестким кубикам пресса. Круглые щеки девчонки в ту же секунду вспыхнули ярким, пожарным румянцем. Она судорожно сглотнула пересохшим горлом, напрочь забыв, зачем вообще сюда пришла, и так и осталась стоять с полуоткрытым ртом и опущенными вдоль бедер руками.

— Ну и чего вылупилась? — рявкнула Вика резче, чем требовалось. — Дел внизу мало⁈

Голос у неё сорвался на такую ледяную, колющую высоту, будто этим звуком можно было резать стекло. Служанка подпрыгнула на месте от неожиданности, испуганно моргнула и перевела взор на раздражённую наследницу. Натолкнувшись на её ядовитый, испепеляющий взгляд, девчонка едва не выронила полотенце, втянула голову в плечи и с взвизгом шарахнулась к выходу.

— Н-нет… госпожа! — пискнула она и пулей вылетела в коридор, едва не разминувшись с косяком.

Я спокойно закинул полотенце на плечо и, глядя на полыхнувшую гневом Вику, позволил себе слегка издевательскую ухмылку:

— Ты чего на девчонку накинулась? Неужели так сильно ревнуешь?

— Я⁈ Ревную⁈ — Вика задохнулась от возмущения и подскочила на месте. Глаза её сузились до точек, а смертельная бледность мгновенно уступила место багровым пятнам на скулах. — Да пошёл ты, Морн! Совсем совесть потерял! Достал!

Она резко развернулась, подхватила с кресла брошенный плащ и выскочила в коридор. Дверь грохнула с такой силой, что в оконной раме зазвенели стёкла, а из камина в комнату вылетела горсть мелких искр.

И эта обиделась… да как так-то⁈ Остались только Мира с Себастьяном, но у этих вроде как и причин для обид не имелось.

«Да я в принципе не из обидчивых» — неожиданно раздался насмешливый голос кошака.

Тьфу. Вечно забываю про наличие ментальной связи со своим фамильяром. Интересно, а он всегда будет мои мысли подслушивать? Если так, то как бы не сломать психику своему коту во время возвращения домой и первой ночи с Серафимой…

«Не переоценивайте свои скромные таланты, господин» — кот лениво переступил лапами, запрыгнул на кровать к спящему Феликсу и аккуратно устроился рядом. — «Как будто мне интересны ваши странные и нелепые телодвижения с обменом слюной. У нас всё куда проще и честнее. Пристроился сзади, прикусил за загривок и погнали».

— Так, давай без зоологических подробностей, — прервал я этот поток сознания. — А то теперь уже моя психика такую не выдержит.

«Какие мы чувствительные…» — проворчал в голове фамильяр.

Кот окончательно уткнулся мордой в лапы и затих.

Так… Вика ушла, помешать больше некому, а значит, у меня появилось несколько минут, чтобы без помех проверить шкаф на сюрпризы.

Но лезть туда внаглую не стоило: та же мина-артефакт могла легко сработать от простого движения. Понимая это, я отступил на полшага, чуть согнул ноги в коленях и привычным усилием воли заставил силу устремиться по каналам за спиной. Вокруг плеч тут же заструился сухой жар, а за лопатками с гулом вспыхнули и сомкнулись огненные крылья, на мгновение залив номер ало-золотым светом. В случае детонации или неожиданного выброса магии этот плотный щит из чистого пламени возьмёт весь удар на себя.

Зацепив пальцем резную ручку, я плавно потянул створку на себя. Дверца отворилась совершенно бесшумно.

Я бегло пробежался взглядом по полкам и узкому отсеку для вешалок, но там оказалось абсолютно пусто. На глаза попались лишь пара пыльных плечиков да стандартная перекладина, и ни малейших следов посторонних предметов, завязок или спрятанных свёртков.

Ковыряться глубже и прощупывать стенки на маскирующие чары времени тупо не оставалось. До встречи с купцами оставалось минут пятнадцать, а полноценная проверка на магические закладки требовала предельной сосредоточенности и большого запаса времени. И если гости и накрыли свой подарок морок-чарами, то без специального плетения или помощи специалиста его с ходу все равно не срисовать.

Ладно, хрен с ним, вернусь к этому сразу после разговора.

Отступив от шкафа, я шагнул к тумбе, обильно плеснул в деревянный таз горячей воды из тяжелого медного кувшина и разбавил её холодной из второго. Намылив шею и лицо, с наслаждением соскрёб с кожи въевшуюся за ночь грязь, копоть и липкий пот, после чего насухо вытерся жестким полотенцем, приведя себя в чувство.

Затем из сумки у кровати достал запасные штаны и чистую рубашку. Ткань, конечно, за время дороги измялась, но всё же выглядела куда приличнее прошлых шмоток. Я быстро переоделся, застёгнул пуговицы и привычным, доведённым до автоматизма движением проверил внутренний карман куртки. Тетрадь была на месте.

Ну что… пришло время вербовать инвесторов.

Кабинет Стужева оказался крохотной комнатой с единственным окном, выходившим во внутренний двор. По центру возвышался массивный дубовый стол, который, похоже, заносили сюда ещё до того, как построили стены, а вокруг приютились шесть стульев с продавленными кожаными подушками.

На стене висела засиженная мухами карта Жаровских трактов, на подоконнике скучал горшок с засохшей геранью, а на самом столе уже дымился свежий травяной чай, доставленный от некого Захара, и высилось блюдо с ещё теплыми, ароматными плетёнками и калачами от вдовы Марты.

Купцы уже сидели за столом и ждали меня.

Гусятников занимал сразу полтора стула. Грузный, краснолицый, с окладистой бородой, он восседал в дорогом костюме, на котором при каждом движении позвякивала тяжелая золотая цепь купца первой гильдии. Ещё вчера утром я