Восхождение Морна. Том 13 - Сергей Леонидович Орлов

Закурив, Аполлон невозмутимо откинулся на спинку кресла. Под столом избалованная любимица публики бесшумно и ревностно отрабатывала саму привилегию находиться в этой комнате, а над столом как ни в чем не бывало возобновилось обсуждение стоимости боевых стихийных артефактов на следующий год.

Когда-то подобное подчинение чужой воли давало ему острое, почти пьянящее ощущение всемогущества. И теперь, спустя годы наблюдая за тем, каким дрянным и заносчивым вырос его единственный сын Эраст, Аполлон без труда узнавал в нём искаженное отражение собственной молодости. Мальчик просто слепо копировал отцовские повадки, искренне уверовав, будто весь окружающий мир создан исключительно для того, чтобы прогибаться под его прихоти.

Только сам Аполлон тот этап беспредельной вседозволенности перерос уже очень давно. И сегодня преданная, собачья покорность знаменитой актрисы не задевала в его остывшей душе ни единой струны, оставляя после себя лишь осадок глубокой, беспросветной тоски.

Всё вокруг давно превратилось в пресную, разбавленную патокой рутину — густое болото, в котором заживо гнил матерый делец, начисто потерявший вкус к охоте. Даже выходки своего сына, Эраста, со всеми его нелепыми карточными долгами, напускной спесью и жалкими попытками играть роль крупного игрока за отцовский счет, давно перестали по-настоящему раздражать. Аполлон смотрел на своего сына и видел в нём лишь обычного мелкого паразита, неспособного просчитать последствия собственных действий.

Но сегодня всё изменилось.

Аполлон ведь рос в семье, где утренняя молитва была таким же обязательным ритуалом, как хлеб на столе. Его предки искренне верили в высшие силы, годами относили крупные пожертвования в храмы и смиренно ждали милости с небес, угасая в нищете.

Сам Аполлон еще юнцом понял, что на одной лишь кротости и набожности род никогда не вытащить из грязи. Он сознательно выбросил семейную веру как ненужный балласт, растоптал старые догмы и выстроил собственное могущество на холодном цинизме, золоте и прагматичном расчете. С того момента религия превратилась для него в обычную сказку для бедняков и удобный инструмент для управления толпой.

И вот теперь этот фундамент, выстраиваемый десятилетиями, раскололся вдребезги.

Голос Великого Аргха, прозвучавший во время встречи с Артёмом, не имел ничего общего с нудными храмовыми проповедями, над которыми Аполлон цинично смеялся последние тридцать лет. Это была не слепая вера предков и не храмовые байки для доверчивого люда. Божественное присутствие обрушилось на него с такой сокрушительной, непреложной реальностью, что от выстраданного скепсиса в одну секунду не осталось даже воспоминания.

Боги существовали на самом деле. Не как холодные, безмолвные изваяния в мрачных святилищах, собирающие медяки с нищих просителей, а как колоссальная, первозданная стихия, способная в любой момент перекроить сам мировой порядок.

И от этого осознания Аполлону впервые за долгие годы стало по-настоящему тревожно, ведь он потратил всю жизнь на то, чтобы стать реальным хозяином своего города, выстроив личную империю на деньгах, связях и редких артефактах. А теперь выяснилось, что над всем его могуществом стоит сила, рядом с которой он сам — точно такой же уязвимый смертный, какими когда-то были его набожные предки.

Только на этот раз никто не требовал от него слепой покорности: Великий Аргх через своего посланника предложил ему нечто большее. Настоящее сотрудничество. Сам факт того, что божество обратилось к нему напрямую, возвышал его над привычным миром куда надежнее любых титулов.

Аполлон медленно открыл глаза. В темноте кабинета его взгляд оставался холоден и цепок: в нём не было ни капли слепого религиозного трепета, но разгорался тот самый редкий, забытый азарт, который когда-то, в бурной молодости, заставлял его совершать безумные поступки ради прорыва к вершинам гильдии Артефакторов.

Перед ним разворачивалась колоссальная задача. Служение Великому Аргху оказалось не набожной сказкой для глупого простонародья, а грандиозным, всеобъемлющим проектом, равного которому в его жизни ещё не было. Привычный деловой мир Жаровска давно катился к стагнации, замыкаясь в мелких интригах, бесконечных земельных тяжбах и мелочном соперничестве местной аристократии, но теперь у него появился Главный Заказчик.

И Аполлон был намерен выстроить под этот масштабный заказ идеальную, безупречно работающую систему.

Он обязан сделать всё безукоризненно. И тогда, кто знает, возможно, Бог Огня со временем пересмотрит свои приоритеты и сочтёт, что зрелый расчётливо-прагматичный умелец подходит на роль ключевого посланника в этом мире куда лучше опального мальчишки из боевого рода.

Эта мысль возвращала мыслительному процессу предельную ясность. Аполлон сфокусировал взгляд на полированной поверхности дубового стола, где в глубоком лаке отражался смутный отсвет вечернего Жаровска. Внутренние сомнения и метания улеглись, уступив место прагматичному расчёту.

Великие замыслы неизбежно рушатся, если под ними нет фундамента из жесткого порядка, а потому пора было переходить от глобальных планов к повседневной административной рутине — именно она во все времена служила самой надежной опорой для любых масштабируемых проектов.

Палец Аполлона привычным движением коснулся встроенной с внутренней стороны столешницы медной пластины с нанесенным на неё руническим оттиском. Импульс магии едва ощутимым щелчком отозвался в подушечках пальцев, и где-то за дверью приёмной тихо вибрировала наводка сигнального звонка, давая знать слугам о вызове.

Не прошло и полуминуты, как тяжелая створка бесшумно подалась внутрь, и на пороге появился младший управляющий делами гильдии — подтянутый, выглаженный до последней складки молодой человек.

— Городская сводка к данному часу, господин, — произнес он, остановившись в отмерянных правилами трёх шагах от стола и с аккуратным поклоном положив перед Аполлоном узкую папку с вложенными внутрь листами. — Все ваши текущие поручения выполнены.

— Докладывай, — не поднимая глаз от бумаги, отозвался Аполлон.

— Ежегодный аукцион идет с опережением графика, — четко, без лишней воды начал управляющий. — К настоящему моменту реализовано уже девяносто процентов выставленных лотов, что сулит рекордное закрытие торга. Итоговая выручка перешагнула показатели аналогичного периода прошлого года почти на четверть.

Аполлон слегка кивнул, едва заметным движением подбородка фиксируя результат. Внушительные цифры прибыли его полностью удовлетворяли, но прежнего азарта не вызвали. Раньше подобный успех означал победу над конкурентами, теперь же это была лишь проверка базовой прочности его финансовой системы — ресурса, который очень скоро придется тратить совсем в других масштабах.

— Что с производством?

— В третьей и пятой мастерских гильдии возникли небольшие накладки, — управляющий на секунду запнулся, сверяясь со своими записями. — Из-за небывалого скачка спроса на защитные амулеты мастера попытались форсировать работу: слишком быстро наносили рунические контуры и перегревали металл. Как результат — треснувшие формы, испорченные заготовки и брак в двух