Сеньорита - Мария Пашеку Фернандес

— Я капитан, проклятые свиньи! — выругался охотник за рабами. Но вскоре сильные выражения перешли в крики боли.

— Я убью каждого, кто осмелится меня ударить! — угрожал Лесной капитан. Но Жустиньо отвечал холодным, угрожающим тоном:

— Правда, ты так и сделаешь? Этот столб ты не оставишь живым, негр!

— И не надейся на помощь! Бруно наблюдает за господским домом. Но и его очередь придет! — добавил Фулженсио.— Каждый, кто попытается тебе помочь, умрет, предатель!

Плетка охотника за рабами переходила из рук в руки — каждый раб, которого он мучил, возвращал ему со всей силой каждый удар, и таких было много. Праздник мести...

Когда комиссар направлялся на фазенду Араруна, чтобы увидеться с охотником за рабами, он не знал, какая неожиданность его поджидала. Он обнаружил там двух убитых людей охотника за рабами и самого Лесного капитана, висевшего без движения на столбе. Он был весь покрыт шрамами, кожа свисала со спины клочьями. Без медицинской помощи он бы неминуемо истек кровью. Антеро доставил его в комиссариат.

Рикардо Фонтес, жертва Лесного капитана, много часов пролежал без сознания в постели, приготовленной для него баронессой. Он потерял много крови, и все готовились к худшему. Но в конце концов он все же открыл глаза.

— О Боже, я, наверное, на небесах...

Придя в сознание, он увидел над собой лицо донны Кандиды. Это, вне сомнения, было небесное явление. Донна Кандида была рада — Рикардо очнулся.

Сеньорита чувствовала себя виноватой, и Родолфо посоветовал ей и баронессе уехать на какое-то время, чтобы отдохнуть и успокоиться. Но Рикардо, который удивительно быстро набирал силы, пригрозил, что умрет, если она это сделает.

— Выдайте убийцу! Отдайте нам капитана! — Разъяренная толпа собралась перед комиссариатом и намеревалась, взяв исполнение закона в свои руки, линчевать охотника за рабами.

— Судить его — дело закона! — объяснил комиссар, оттесняя самых дерзких и успокаивая остальных. В благодарность охотник за рабами обругал комиссара и даже пригрозил:

— Когда я отсюда выйду, комиссар, не попадайтесь мне!

— Если ты когда-нибудь отсюда выйдешь,— ответил хладнокровно Антеро,— ты попадешь прямиком в тюрьму! На этот раз ты слишком далеко зашел, капитан!

Фулженсио, Жустиньо и другие рабы объединились и решили сдаться комиссару, признав, что они все вместе ответственны за смерть людей Лесного капитана. Если комиссар будет проводить расследование, он не сможет никого конкретно обвинить. Они чувствовали, какая сила от них исходит,— никто не осмелится больше поднять на них плетку...

Жертва кровавого преступления Лесного капитана начала быстро поправляться благодаря нежной заботе Сеньориты и баронессы. Доктор Фонтес и Родолфо вскоре вернулись домой и успокоили донну Инес. Рикардо вне опасности. Его жизненные силы прибывали на глазах и он, пользуясь своим положением, принялся так льстить баронессе, как может себе позволить только больной.

— Пока вы возле меня, мне больше не нужен никто во всем мире!

Донна Кандида смущенно взглянула на доктора, который, посмеиваясь, стоял у постели больного и слышал каждое слово.

— У него горячечный бред! — попыталась она спасти положение, хотя знала, что Рикардо в здравом рассудке.

— Конечно... конечно! — засмеялся доктор Аморим.— Я ничего не слышал.

— Как же ты меня напугал, мой мальчик!

Донна Инес отправилась на фазенду Араруна навестить своего раненого сына. Но Рикардо спал и видел сны, по своему обыкновению — сладкие сны.

Если донна Инес испытала облегчение при виде сына, то Сеньориту мучили мрачные мысли. Что будет, когда ее отец вернется и увидит, что произошло? Какая судьба уготована рабам, и что он подумает о Рикардо?

Всем в городе было известно об отношении Рикардо к баронессе. Болтали многое, и кое-кто полагал, что Рикардо поскакал в поместье не для того, чтобы поговорить с Феррейрой, а чтобы повидать жену барона Донну Кандиду испугали эти слухи. Она знала, что Рикардо обожает ее, но ей хотелось раз и навсегда покончить с болтовней и подозрениями. В кругу своих знакомых донна Кандида объяснила, что никогда не давала Рикардо повода и что она всегда была верна своему супругу.

Кроме того, донна Кандида попросила отца Жозе что-нибудь предпринять, пока барон не разузнал, с какой целью Рикардо оказался на фазенде. Священник поговорил с Рикардо и обвинил его в том, что он порочит репутацию баронессы, этой уважаемой замужней женщины. Это счастье, что Рикардо вспомнил о давнем споре между ним и бароном об источнике, расположенном между их владениями. У отца Жозе появилась идея, и он поспешил в город попросить о помощи старого друга...

На следующий день «Голос Араруны» опубликовал статью по поводу случившегося на фазенде барона, она вызвала большой интерес читателей. Рикардо— так говорилось в газете — отправился в имение барона, чтобы

уладить старый спорный вопрос об источнике. Каждый отнесся к этой истории по-своему; сплетники, правда, были разочарованы, но честь баронессы была спасена. Донна Инес, опасаясь, что ее сын может совершить на фазенде новый сумасбродный поступок, отвезла его домой. Родолфо встретил брата не особенно дружелюбно.

— Когда ты поправишься, я с тобой посчитаюсь! — заявил он.

Рикардо, наивный по природе, не понял, что имел в виду его брат, и спросил:

— Но что я такого сделал?

После покушения Лесного капитана на жизнь Рикардо для любви Сеньориты и Родолфо появились новые препятствия: теперь против их связи возражала донна Инес. Она объяснила Родолфо, что против его женитьбы на Сеньорите по соображениям семейной чести. Родолфо безуспешно пытался ей объяснить, что ее неожиданное неприятие Сеньориты необоснованно и что она в наименьшей степени была причастна к событиям прошедших дней. Но донна Инес продолжала упорствовать. Она считала, что цена его любви слишком высока для одного из семьи доктора Фонтеса.

Не только эта тема привела к напряженности в семье. Рикардо жаловался, что Родолфо все еще отказывается с ним разговаривать из-за событий на фазенде.

Барон вернулся из поездки. Он побелел, узнав из газеты, что произошло.

— Не может быть! Это невозможно! — восклицал он снова и снова. Он немедленно поспешил в участок и поговорил с комиссаром. Запереть этого мошенника было единственно правильным решением. Комиссар не мог сдержать злорадной улыбки:

— Столько раскаяния, сеньор барон? Если бы я так не поступил, рабы забили бы его до смерти на столбе!

Посетив