Принц Мечей - Элис Кова
Мои колени подгибаются, и я валюсь на дно лодки — сокрушённая и полностью опустошённая.
Глава 9
Джура подхватывает меня готовыми объятиями. Она крепка как скала даже в раскачивающейся лодке — всё-таки выросла на реке.
— Во имя проклятых Двадцати… — бормочет она себе под нос. — Клара, как… что… что ты только что натворила?
Действительно хороший вопрос. Вероятно, это было не самым умным решением. И всё же… Я закрываю глаза и с облегчением вздыхаю. Впервые за почти два года бесконечная тень Халазара и крики пыток, жившие внутри меня, исчезли.
Передышка длится лишь мгновение. Я изо всех сил пытаюсь выпрямиться, чтобы проверить, как там Арина. Но тело отказывается повиноваться. Каждая мышца протестует.
— Дай себе секунду, Клара. Отдохни. Я заодно возьму управление на себя. — Джура прижимает меня к себе, крепко обхватив рукой за талию. Туз Кубков поднимается из её колоды, мерцая синим в сумеречном свете, прежде чем исчезнуть. Лодка слегка меняет курс, когда Джура берёт управление на себя.
— Арина… — начинаю я, и голос срывается.
— Арина дышит, хотя и еле-еле, — перебивает Грегор. Он снова держит её на руках, баюкая в своих огромных лапищах так, словно она сделана из хрупкого стекла. Моя сестра никогда ещё не выглядела такой маленькой и слабой.
— Ей нужна помощь лекаря. — Я пытаюсь призвать Королеву Кубков Главстоуна из своей колоды, но она падает до того, как я успеваю её активировать, бесполезно шлёпнувшись на дно лодки. Джура подхватывает карту и протягивает мне, но я игнорирую её, широко раскрытыми глазами уставившись на сестру. И даже сквозь неё. Карты ещё никогда меня не подводили. Ещё никогда моя магия не ощущалась такой истончившейся и жалкой.
Бесконечный источник силы, который я всегда воспринимала как должное… иссяк.
— Клара, твоя магия… — шепчет Рен.
— Я просто никогда не использовала так много за один раз. Но она скоро вернётся, я уверена. — На самом деле я ни в чём не уверена. Но я не стану тревожиться о всяких «а что, если», когда прямо передо мной и так предостаточно поводов для паники.
— Мы направляемся в безопасное место, — говорит Твино, но я улавливаю в его голосе едва заметную тень сомнения. Его глаза настороженно сканируют береговую линию.
— У вас появилось новое убежище? — догадываюсь я, проследив за его взглядом.
— Что-то вроде того. — Он смотрит на северную окраину города, где отвесные утёсы и зазубренные пики нависают и врезаются в светлеющее небо.
Заставляя себя снова найти силы, я оглядываюсь назад, на навсегда изменившийся пейзаж реки Фарлум, осматривая воды, всё ещё кишащие заключёнными, плывущими к берегу, и хаос среди ищеек на берегах, готовых их встретить — они уже спускают собственные суда, чтобы перехватить беглецов на воде. Каэлис почти вернулся, и я знаю, что выигранное им для нас время будет сильно ограничено.
— Мы будем слишком выделяться, если останемся в этой лодке. — Каждая частичка моего существа напряжена в ожидании малейшей вероятности, что Равин может меня заметить. — Мы очевидные мишени.
— У них там и так забот полон рот. — Рен кивает в сторону ищеек, пытающихся согнать или перебить заключённых по мере их приближения к берегу.
— Достаточно одного: чтобы Равин нашёл нас. — Я сцепляюсь с ним взглядом. — С такой истощённой магией и избитым телом я не уверена, что смогу от него отбиться.
— Для этого у тебя есть мы. — Джура переминается рядом со мной и похлопывает по колоде на бедре.
— Вы не знаете, на что он способен, — глухо отвечаю я.
— Думаю, мы знаем. — Тон Грегора необычайно мрачен. Он перехватывает Арину поудобнее. Она сама по себе является достаточным напоминанием о жестокости принца. Но затем он продолжает: — Мы видели, как призрачный скелет провел лезвием косы по шее Сайласа. Ни крови. Ни раны. Он просто упал. Глаза широко распахнутые и пустые, словно в них никогда и не было души.
Смерть. Мороз пробегает по спине, несмотря на мягкое тепло раннего лета. То, как Грегор описывает это, точь-в-точь совпадает с рисунком, который я видела на карте Равина.
— Ты знаешь, что это было. — Это звучит не как вопрос от Твино. Он слишком хорошо знает выражения моего лица; он видит узнавание в моих глазах.
— То, что вы видели, был Старший Аркан: Смерть, — мрачно говорю я. — Равин — это Носитель Старшего Аркана Смерти.
— О, ради всех проклятий, — стонет Грегор. — Сначала Старших Арканов вообще не существует, а потом вдруг они повсюду вокруг нас. Может, теперь и я Старший Аркан?
Он говорит это как шутку, но я отвечаю на полном серьёзе:
— Вполне возможно. — Все они вздрагивают от этих слов. Я поясняю: — Сила каждой карты Старшего Аркана всегда существует в мире. Когда одно воплощение Старшего Аркана умирает, сила передаётся другому человеку — это может быть нерождённый младенец, а может быть кто-то, ссохшийся от старости.
— То есть ты хочешь сказать, что один из нас может внезапно проснуться и обнаружить, что способен наносить чернила легендарных карт? — В тоне Грегора вдруг проклёвывается надежда.
— Есть только два Аркана, для которых вы могли бы совершить такое открытие, поскольку сейчас неизвестно местонахождение лишь двух Старших: Колесницы и Повешенного. — Напоминание о Сайласе заставляет их всех замолчать. К счастью, они не спрашивают о Повешенном. У меня сейчас нет сил объяснять им историю с Эзой.
— Так ты говоришь, шанс есть? — Грегор кажется обнадёженным.
— Думаю, ты бы заметил кое-какие изменения в своей силе, — отзывается Джура.
— Заметил бы? И как бы я это понял? — Грегор смотрит на меня.
— Я не то, чтобы авторитетный эксперт в этом… — бормочу я. — К тому же, будучи Старшим Арканом, ты становишься мишенью. Король держит их всех на учёте и под рукой — либо при собственном дворе, либо при дворах Верховных Лордов и Леди подчинённых ему кланов.
— Король не хочет, чтобы его игрушки сломались, — бормочет Твино.
— Ему, очевидно, плевать на то, если его «игрушки» сломаются. — В словах Грегора сквозит злоба, когда он поправляет Арину на руках. — Если я не Колесница и не Повешенный, может, мне стоит убить ещё парочку Старших, просто чтобы проверить, не повезёт ли мне…
— Не лучшее применение нашего времени, — предостерегаю я, но он меня не слышит.