Трансильвания - Оксана Пелевина

Поднявшись наверх, Каталина застала в комнате лишь Талию:

– А где наш новый знакомый?

Вздохнув, Талиша кивнула в сторону открытого окна.

– Ушел, значит, – недовольно поморщилась Каталина. – Вот ведь трус! Получил нужную информацию и сбежал! А что еще можно было ожидать от этого проходимца! Какой джентльмен позволил бы себе оставить беззащитных девушек в столь жуткой ситуации? А еще говорят, что британцы – образец вежливости и галантности. Вот уж точно, ушел «по-английски».

– Не злись ты так, – попыталась успокоить сестру Талия. – Попадись Ирвинг на глаза барону, уверена, было бы хуже.

– Уже защищаешь его? – удивилась Каталина.

– Просто не вижу поводов так искренне злиться. Он ведь спас нас.

Спорить с этим аргументом было невозможно, и Каталина решила закрыть разговор об Ирвинге, махнув рукой.

– Что там внизу? – осторожно поинтересовалась Талия. – Когда придут жандармы?

– Их не будет, я полагаю.

– Как это?! Но что тогда мы будем делать с папой и Терезой? – голос Талии стал ниже, напряженнее.

– Барон Рифхогель пообещал все взять в свои руки. Надеюсь, он правда хочет нам помочь.

– Ну, вот, а ты думала о нем, как о дурном человеке, – осторожно заметила Талия.

– Он еще ничего не сделал, Талиша, – надулась Каталина. – Но если барон избавит нас от необходимости объясняться перед жандармами, я буду ему искренне благодарна.

Остаток ночи сестры провели в комнате Талии, закрыв дверь на ключ. Сон был тревожным, коротким. Каталина едва успела коснуться головой подушки, как наступил рассвет. Вставать не было никакого желания. Вчерашние события казались дурным сном. Но что-то подсказывало Каталине, что как только она спустится вниз, ее вновь накроет жуткая реальность. Она не знала, сдержал ли Эрих своего обещания, не знала, что ждет ее там, в гостиной. Время шло. Поднявшись на ноги, девушка подошла к двери и прислушалась. По ту сторону было тихо. А потому, обернувшись на спящую сестру, девушка аккуратно выскользнула из комнаты и вернулась в свою спальню.

Надев длинное платье алого цвета и поправив прическу, девушка привела себя в порядок. Попутно отметив, что на столике возле кровати нет привычной чашки чая. Без Терезы позаботиться о завтраке было некому. С горечью вспомнив о судьбе горничной, что жила в их семье последние четыре года, Каталина смахнула одинокую слезу. Подойдя к двери комнаты, девушка обхватила пальцами ручку и ненадолго замерла. Собраться с духом сегодня было сложнее, чем обычно.

«Если я вновь увижу мертвых, клянусь богом, лишусь рассудка. Но пока не выйду из комнаты, этого не проверю».

Сделав глубокий вдох, девушка распахнула дверь и направилась вниз по лестнице. Сегодня, ступая на каждую из ступеней, Каталина слышала, как сердце на пару мгновений замирало, чтобы в следующую секунду начать отбивать барабанную дробь. Добравшись до первого этажа, девушка затаила дыхание и вдруг облегченно выдохнула. В гостиной было пусто и чисто. На полу не осталось ни одной капли крови. Мертвые исчезли, будто и вовсе никогда не появлялись в этом доме.

«Барон сдержал слово. Интересно, где теперь тело отца и где Тереза?»

Едва успев подумать о бароне, Каталина услышала его уставший голос и вздрогнула от неожиданности. Все это время Эрих неподвижно сидел возле камина, не привлекая к себе внимания.

– Доброе утро, Каталина.

– Барон?! Вы уже пришли? – удивилась девушка.

– Я не уходил. Подумал, что не стоит оставлять вас одних этой ночью. Да и работы здесь оказалось больше, чем предполагалось.

– Что вы сделали с телами?

– Вам не стоит задаваться этим вопросом. Для вашего же спокойствия, я оставлю этот вопрос без ответа.

Наконец, осмелев, Каталина обошла гостиную, все еще с некоторым беспокойством поглядывая на те места, где ночью лежали мертвые.

– Барон, вы, кажется, хотели о чем-то со мной поговорить?

– Так и есть. Но хочу заранее предупредить, Каталина, разговор не из приятных.

– Как и все те, что были в последние дни.

– Вам стоит попросить Талию спуститься вниз. То, что я скажу, касается и ее тоже.

Тон барона заставил девушку напрячься. Она понимала, что разговор предстоит серьезный. Не споря с Эрихом, Каталина поднялась наверх и разбудила сестру. Вскоре обе девушки сидели в гостиной, глядя на барона, стоявшего точно перед ними.

– Вам что-нибудь известно о Мариусе Пруэтте? – начал Эрих.

Каталина напрягла память. Это имя вертелось на языке, девушка точно помнила, что его часто упоминали на светских мероприятиях. Но в связи с чем? На помощь ей пришла сестра.

– Кажется, его именем назван какой-то закон, – неуверенно произнесла Талия. Барон кивнул.

– Вы правы. Мариус Пруэтт, человек неприятный во всех отношениях, но близкий к императору, стал автором закона, значительно испортившего жизни многих женщин. Этот закон требует, чтобы незамужняя женщина, не достигшая тридцати лет, обзавелась законным опекуном. Только так она сохранит свое имущество, распоряжаться которым сможет лишь с согласия опекуна.

И тут Каталина вспомнила все светские сплетни, связанные с этим законом. Десятки скандалов, обманов и интриг. Закон Пруэтта стал ловушкой для молодых женщин, лишившихся защиты семей. Бесчестные опекуны нередко обирали своих подопечных. А порой превращали в бесправных рабынь. Каталина сделала глубокий вдох и оперлась рукой о стену.

«Незамужняя женщина младше тридцати лет, лишившаяся обоих родителей… Боже, ведь речь в законе теперь идет и о нас с Талией».

В этот момент кровь прилила к лицу, обдав девушку жаром. Неприятно запульсировали виски, в глазах будто помутнело.

– Вы хотите сказать, что нам нужен опекун.

– Да, это так, – подтвердил барон. – И мне следует сообщить вам, что еще до своей внезапной кончины, Петер просил меня в случае непредвиденной ситуации принять эту роль на себя.

– Что?! – удивилась Каталина, не веря тому, что услышала. – Отец просил вас стать нашим опекуном?! Это просто смешно!

Забыв обо всех приличиях, Каталина, не стесняясь, высказывала все, что в эту минуту творилось у нее на душе.

– Простите, барон, но папа прекрасно знал мое отношение к вам. Он понимал, что я никогда бы не согласилась на это. Никогда!

– Видимо, отец уповал на ваше благоразумие. Но, как я вижу, напрасно.

– Каталина, прошу, успокойся, – Талия попыталась коснуться руки сестры, но та лишь вскочила с дивана.

– С чего бы отцу вообще просить вас о таких вещах? – продолжала негодовать старшая Эстерхази. – Он не мог знать заранее о том, что упадет с лошади в глухой трансильванской деревне. Вы просто хотите воспользоваться ситуацией, так? Надеетесь получить право распоряжаться нашим имуществом и нами?!

Едва сдерживая нарастающую в груди злость, Эрих негромко, но строго спросил:

– Зачем мне это?