Чарующая мелодия страны грёз. Книга 1 - Тан Ци

– Я и не хотела ничего требовать от тебя. Просто…

Он резко прервал ее:

– Тогда еще лучше.

Он взмахнул рукавами и покинул комнату новобрачных. Перед кроватью легли осколки лунного света. Она смотрела на его удаляющийся силуэт и думала, что все не должно было быть так.

Она окликнула его по имени:

– Шэнь Ань! – Прямо как тогда у Цанлуе, прижимая его окровавленного к себе, плача и задыхаясь. Но он не остановился. Она не плакала – просто стояла в растерянности.

Она плакала навзрыд только один раз, когда нашла его там, полуживого, на поле, заметив, что он еще жив. Сун Нин сняла свою красную свадебную одежду, аккуратно ее сложила и легла на кровать, глядя, как две свечи в виде дракона и феникса догорают дотла. Лунный свет за окном был холоден и печален.

* * *

На следующий день Сун Нин отправилась к жене старого генерала, чтобы справиться о ее здоровье, и услышала, как служанки сплетничали о том, что прошлой ночью генерал ночевал в павильоне Лотосового Ветра. Там жила Лю Цици. Она подумала, что Цици – красивое и энергичное имя.

Она слышала о том, что на одежде, которую Цици сшила для генерала, все стежки были идеальными, а вышитый на ней бамбук выглядел как настоящий.

Слышала, что лотосовый суп, который Цици сделала для Шэнь Аня, взяв первые семена из пруда, был выдержан так, что сладкий аромат его бил в нос.

Слышала, что, хотя Цици не может говорить, она вечно находит повод развеселить генерала.

Сун Нин рассудила все вот так: Лю Цици изначально должна была стать женой Шэнь Аня. Это она сама вклинилась в их отношения, разрушив их совместную судьбу, так что, по сути, этот поступок можно приравнять к измене. Тут, получается, нечего было и обсуждать. После свадьбы, кроме той единственной встречи в брачную ночь, Шэнь Ань больше не появлялся перед ней, что по факту говорило о нем как о верном своей любви мужчине. Это достойно восхищения. Она любит Шэнь Аня, но, раз уж так все сложилось, оставалось лишь превратить эту любовь в веру. Ведь вера не знает ни обиды, ни желаний.

Сун Нин часто слышала о том, как там Цици и чем она занимается.

Хотя она уже, казалось, все для себя поняла и старалась направить свое чувство в русло «Я люблю тебя, но ты тут ни при чем», на самом деле не хотела видеться с Цици. Но есть некоторые вещи, которые не случаются так, как ты этого хочешь. Даже если император в столице пожелает, чтобы у него родился еще один мальчик, его наложницы во дворце не смогут так быстро и сразу выполнить его приказ. Родится девочка, мальчик или аппетитная булочка с маринованной свининой – все уже предопределено Небесами. Так же предначертано было и то, что Сун Нин, которая никогда не имела привычки гулять после обеда, однажды ни с того ни с сего пошла прогуляться в сад за домом. И вот в тот день, когда были слышны трели соловьев и ласточек, цветы касались ив, склоняющихся к берегу, Сун Нин впервые встретила легендарную Лю Цици.

* * *

У всякой истории есть предыстория. Здесь она заключалась в том, что Сун Нин в саду подняла с земли яшмовую подвеску. Она была инкрустирована золотой фольгой и собрана так, будто бы всегда была целой, но в самом центре виднелась ясная трещина.

Она подняла ее, прищурилась и долго рассматривала на солнце, убеждаясь, что это та самая подвеска, которую она разбила, расставаясь с Шэнь Анем в разгар зимы прошлого года. К ней в спешке подошла девушка и протянула свои похожие на луковые перья пальцы, указывая одной рукой на подвеску, а другой – на себя. Она подняла голову и ясно увидела Сун Нин, и лицо ее резко стало мертвенно-бледным. Сун Нин задумалась, где же она уже видела ее. И в этот момент легкий ветерок донес тонкий запах лекарственных трав. Этот аромат мгновенно вернул ее в то время, когда она пришла к маленькой лечебнице за снежной горой, до которой она несла Шэнь Аня на своей спине. Держа в руках подвеску, Сун Нин улыбнулась и сказала:

– Ты тоже тут? Шэнь Ань правда человек, который не забывает о проявленной доброте. А где твой дедушка?

У девушки задрожали губы, она развернулась, собираясь сбежать. Сун Нин слегка нахмурилась и схватила ее.

– Я такая страшная? Ты меня боишься?

Та изо всех сил пыталась вырываться, пятясь, но за ее спиной вдруг раздался голос Шэнь Аня:

– Цици.

Цици. Сун Нин на миг потеряла бдительность, и Шэнь Ань уже вырвал девушку из ее рук. Он закрыл ее, словно могучее высокое дерево, оберегающее вьющуюся лозу, лицо его смягчилось, и жест этот был полон ласки. Но, подняв глаза на Сун Нин, он снова стал холоден, как лед. Он спросил:

– Что ты делаешь?

Она ответила невпопад, глядя на девушку, что стояла за спиной Шэнь Аня:

– Цици… Это ты Цици?

Девушка так и не осмелилась поднять голову. Затем Шэнь Ань нахмурился, и взор его устремился на вещь, что Сун Нин держала в руках. Спустя небольшую паузу он сказал ледяным голосом:

– Это подвеска Цици. Почему ее держишь ты?

Сун Нин замерла на мгновение и изумленно уставилась на него.

– Ее? С чего это? Как она может быть ее?

Она сделала шаг вперед и положила подвеску перед его лицом.

– Ты читал письмо, что я тебе отправила? Ты забыл, что я отдала тебе половинку подвески на память? Ты забыл, как в снежных горах у Цанлуе мы…

Она хотела продолжить, но Цици внезапно схватила Шэнь Аня за рукав и что есть мочи закачала головой. В его глазах сверкнул холодный свет, и он нетерпеливо прервал ее:

– В битве у Цанлуе пять тысяч воинов Цзян пали под стрелами войск вашего царства Ли. И пусть мы заключили мир, я до самой смерти не забуду великую ненависть, что принесла та война. – Он холодно усмехнулся. – Если бы Цици не спасла меня тогда в снегах у Цанлуе, я бы сейчас был блуждающей душой на поле боя. Разве смог бы я тогда жениться на воительнице Ли, принцессе Цзинъу – Сун Нин?

Лю Цици по-прежнему качала головой, сжимая руку Шэнь Аня; слезы катились по щекам, смывая ее макияж.

Сун Нин не могла поверить своим ушам, и ее голос вырвался откуда-то из груди:

– Как же это так…