Трансильвания - Оксана Пелевина
– А что мы ищем? – поинтересовалась Талия, на что Ирвинг развел руки в стороны.
– Понятия не имею, если честно. Вероятно, что-то, что может быть связано с Трансильванией, вампирами или моим отцом.
Покопавшись в ящиках стола, юноша не нашел ничего интересного.
Но вдруг его внимание привлек голос Талии. Протягивая руку, она указывала пальчиком в нижнюю часть стола.
– Мне кажется, здесь что-то есть. Замаскированный ящик, у папы в кабинете есть такой же.
– Ну конечно! Секретная секция! – радостно воскликнул Ирвинг. – Хм, заперта, где-то должен быть ключ.
Выпрямившись, юноша еще раз окинул взглядом кабинет.
– Что Рената любила больше всего? Правильно, птиц!
Чучел в кабинете было огромное множество. И юноша был уверен, что в одном из них спрятан ключ от тайного ящика. Вот только в каком именно…
Внимательно изучив чучело совы, Ирвинг расстроено отошел в сторону. Ключа в нем не было. Покрутив в руках чучело дятла, Ирвинг покачал головой.
– Ничего! Пусто!
Чучело сокола юноша осматривал с особой тщательностью. Но так и не отыскал внутри ничего любопытного.
– Да где же этот ключ?! – Ирвинг начинал злиться от бессилия. Но вдруг ему на глаза попалось чучело небольшой синей птички.
– Талия, ты знаешь, как выглядит лазурная свиристель? – загадочно спросил Ирвинг.
Талия призадумалась, но быстро мотнула головой:
– Нет, кажется, нет.
– А мне почему-то кажется, что это она, – произнес Ирвинг, подходя к синей птице. – Рената что-то писала о ней в своих записях, что я нашел в ее доме. Значит, она имела для нее особое значение.
Погладив свиристель по лазурным перьям, Ирвинг аккуратно приоткрыл ее клюв. И здесь его поджидала удача. В клювике крошечной птички блестел маленький позолоченный ключ.
– А вот и ты, дружок!
Не теряя времени, Ирвинг подошел к столу и открыл секретный ящик. Внутри лежала толстая записная книжка – дневник Ренаты Лист. И карта с пометками, сложенная в несколько раз. Не веря своему везению, Ирвинг схватил его в руки, перелистывая одну страницу за другой.
«Здесь Рената описывает подробнее свое путешествие в Трансильванию. Кажется, во время экспедиции с ней произошло что-то странное. Это я изучу позже… Слишком много записей… Ясно лишь одно: жизнь профессора висела на волоске, но ее спасли. Некто М. Коста… Хм… Рената опасалась, что за ней придут. Ведь там, в Трансильвании, встретилась с кем-то, кого знала… И узнала тайну, которую нельзя было вытаскивать на свет… Любопытно».
Читать дневник в кабинете было небезопасно, и Ирвинг понимал это. А потому, спрятав книжицу в карман, вновь залез в ящик и вытащил оттуда карту.
– Это карта Трансильвании, здесь Рената отмечала свой маршрут, – пояснил он для Талии. – Отлично, теперь мы сможем пройти по ее следам.
– Я все еще считаю идею Каталины безумной, – честно призналась Талиша. – И мне бы не хотелось отпускать ее в столь опасное путешествие.
– Не обязательно отпускать ее. Поедем с нами, – предложил Ирвинг. – Разве тебе не хочется раскрыть правду смерти отца? Получить ответы на все вопросы?
– Хочется, конечно, но… Не таким способом.
– А другого нет. Поверь, никто из тех, кого ты знаешь, не станет помогать вам. Люди не любят копаться в таких делах. Я знаю, о чем говорю. Там, в Лондоне, я пытался привлечь полицию и знакомых к расследованию гибели папы, но никто не стал меня слушать. Пришлось взять все в свои руки.
– Ты, кажется, пошел на большой риск. Я на такое не способна, – с долей сожаления призналась Талия.
– А вот тут ты не права! – усмехнулся Ирвинг. – Сдается мне, ты просто плохо себя знаешь. Вот скажи: раньше ты проникала тайно в чужие кабинеты? Рылась в чужих вещах?
– Нет, никогда!
– А сегодня сделала это. Более того, указала мне на секретный ящик стола, без тебя я мог бы его и не найти. Из тебя могла бы получиться просто замечательная воровка.
Не зная, как правильно реагировать на столь сомнительный комплимент, Талия ответила:
– Спасибо… Кажется.
За дверью кабинета стало шумно, в коридор высыпали студенты.
– Пора уходить, – прислушавшись, произнес Ирвинг. – Вряд ли Каталина сможет так долго забалтывать ректора.
Выскользнув из кабинета, Ирвинг отправил Талию к выходу, а сам вернулся за Каталиной, попутно подбросив украденный ключ на стол ректора.
На крыльцо университета юноша выскочил в приподнятом настроении.
– У нас все получилось! Вы даже не представляете, насколько ценные вещи попали нам в руки! Дневник профессора и карта ее перемещений!
Каталина, глядя на робко улыбающуюся сестру и довольного Ирвинга, не могла разделить радости своего нового знакомого. За время беседы с ректором ей пришлось пообещать подарить университету коллекцию редких книг и сделать значительное пожертвование.
– Во что ты нас втянул? – грозно спросила она. – Да еще и ключ выкрал? Как так можно?
– Не выкрал, а позаимствовал. И, в конце концов, вернул обратно. Но это не главное. Теперь я знаю, что мы должны делать и куда лежит наш путь.
– Я и до этого знала – в Бралуй, деревню, где погиб отец, – заявила Каталина и заметила, как при упоминании этого места вздрогнула ее сестра.
– Да, да, с нее мы и начнем свой путь, – кивнул юноша. – Но теперь известно, куда двигаться дальше.
Ирвинг принялся рассказывать о найденной карте и пересказывать содержание дневника. Видя восторженное лицо юноши, удивляясь его невероятной энергичности, Каталина не могла долго злиться на него и вскоре смягчилась. Кроме того, от ее цепкого взгляда не ускользнуло изменившееся настроение сестры. Глядя на нового знакомого, Талиша неосознанно улыбалась. Подвижное живое лицо Ирвинга приковывало к себе ее внимание. Он был свободным, открытым этому миру, и это несмотря на то горе, что жило в его прошлом. Задорные завитки его волос падали на лоб, и Талии отчего-то хотелось протянуть руку, чтобы коснуться их пальцами. Но она сдерживала этот порыв, боясь показаться легкомысленной. Увлеченный своим рассказом, Ирвинг не упустил из внимания улыбку, внезапно озарившую лицо девушки. Отметив про себя, что его новая знакомая необычайно привлекательна, молодой человек игриво подмигнул ей, заставив Талию мило засмущаться. Ее интерес и молчаливая поддержка будто добавляли ему сил и решительности. Его голос становился громче, движения раскрепощеннее, смех искреннее. Что же это такое? Задумываться об этом юноша, чье лицо и само уже покрылось легким румянцем, не стал и просто наслаждался блеском очаровательных карих глаз, взиравших на него с нескрываемым восхищением.
«Видела бы Талиша себя со стороны», – мысленно усмехнулась Каталина, уже зная, что еще не раз припомнит сестре этот момент.
Когда Ирвинг наконец закончил строить планы, Каталина сумела вставить