Трансильвания - Оксана Пелевина

– Не важно… Все это не важно… – с грустью ответила Талия. – Не думаю, что барон станет утруждать себя этим. Да и не знаю, как к этому отнеслась бы Каталина. Она в некотором роде недолюбливает Эриха Рифхогеля.

Чувствуя, что к горлу подкатывает ком, а глаза начинают предательски наполняться слезами, Талия отвернулась. Этот разговор лишь сильнее растревожил ее душу. Видя, что творится с девушкой, понимая, что это он приложил руку к ее страданиям, Кристиан едва сохранял рассудок. Юноша надеялся, что этот разговор успокоит его. Но все пошло не по плану. Он никогда прежде не считал себя дурным человеком, но последние несколько дней не мог отделаться от мысли, что падает в бездну.

Талия, понимая, что слезы вот-вот покатятся из ее глаз, поспешила отвернуться.

– До свидания, Кристиан, я передам ваши слова Каталине.

Больше не оборачиваясь на юношу, Талия поспешно взошла на крыльцо и, отворив дверь, вошла в дом.

* * *

В гостиную Каталина ворвалась в растрепанных чувствах. И, замерев на пороге, ахнула, увидев, во что превратился ее дом. Ни разу за всю свою жизнь девушка не видела, чтобы в этих стенах было настолько шумно. Повсюду раздавался громкий, выходящий за рамки светского приличия, мужской смех. Незнакомые молодые люди вольготно расположились на диванах, сидели на стульях, расхаживали по дорогим коврам. В гостиной было дымно от незатухающих сигар. Девушка закашлялась. Среди толпы незнакомцев Каталина не сразу заметила Иствана. Кузен первым подал голос, заметив, как она вошла.

– Каталина! А вот и ты! И где же, расскажи нам, ты пропадала до самого заката? И где потеряла свою сестру?

– Не твое дело, – резко выплюнула Каталина. Подойдя к дивану, где в компании друзей по-хозяйски, перекинув ногу на ногу, сидел Истван, девушка грубо выпалила:

– Последи за языком, кузен. И впредь не задавай мне подобных вопросов.

В гостиной раздался громкий смех. Расположившиеся подле Иствана молодые люди весело загудели.

– У-у-у, а у твоей кузины острый язычок, – рассмеялся Юрген – невысокий рыжий парень в расстегнутом пиджаке.

– Истван, неужели ты позволишь своей подопечной так тебе дерзить? – подхватил Лукас, заметно захмелевший молодой человек с растрепанными волосами.

Слыша насмешки друзей, Истван заметно покраснел. Его взгляд стал жестче и злее.

– Забыла, с кем говоришь? – зло обратился он к кузине. – Я твой опекун, и ты обязана отвечать на все мои вопросы.

– Ты взял на себя обязанности лишь по распоряжению моим имуществом, вот и займись этим. Оглянись и посмотри, во что ты превратил мой дом всего за несколько часов. Это неприемлемо. Будь добр, попроси своих гостей немедленно освободить дом. А свои вопросы касательно моей жизни оставь при себе.

– Смотри-ка, Истван, какая серьезная у тебя подопечная, – усмехнулся Лукас.

– Выгоняет нас, никакого гостеприимства, нужно заняться ее воспитанием, – произнес Юрген.

Поддавшись общему настроению, Истван откинулся на спинку дивана и, усмехаясь, взглянул на кузину снизу вверх.

– Как ты верно заметила, теперь вашим имуществом распоряжаюсь я. И я решаю, кому приходить в этот дом, а кому его покидать. Станешь упираться – жди наказания. Уж я-то с твоей дерзостью совладаю.

– И как же? – зло усмехнулась Каталина. – Пожалуешься матушке?

На диванах вновь раздался громкий смех.

– Хороша, чертовка, – смеялся Лукас.

– Не из пугливых, – заметил Юрген.

Не весело в этот момент было только Иствану. Уже пригубивший не один бокал крепкого алкоголя, он, пылая яростью, вскочил на ноги.

– Лучше заткнись, пока не получила! Или думаешь, к тебе кто-то прибежит на помощь? Может быть, мамочка? Или папочка? Нет… Они оба уже гниют в земле и им нет до тебя дела. А потому от моего гнева никто тебя не спасет.

Видя, что Истван разошелся, друзья силой усадили его на диван.

– Что же ты рассвирепел? Успокойся! Будь у меня такая кузина, я бы искал к ней другой подход, – произнес Юрген.

– Уж нам-то твои подходы известны! – вновь рассмеялся Лукас. – Слюной смотри не захлебнись, а то я вижу, как ты на нее посматриваешь.

– А что такого? Ну разве она не красива? – продолжал Юрген.

– Еще как, – ответил Лукас.

– Вот и я о том.

Юрген поднялся на ноги и, не спуская опьяненного взгляда с девушки, сделал несколько шагов в ее сторону.

– Куда ты, сядь… Начнешь руки распускать, потом не жалуйся, что тебя в приличные дома не пускают, – произнес Лукас, впрочем, не стремясь остановить друга.

– А что сразу распускать? Я, может быть, с серьезными намерениями? Истван, вот скажи: отдал бы за меня свою кузину?

– Да на что она тебе? – недовольно фыркнул сын тетушки Ирэн.

– Истван теперь с ней не расстанется, – произнес Лукас, – уплывет рыбка, уплывет и дом.

– И то верно, – подтвердил Истван.

– А если я к ней, предположим, чувствами воспылаю?

Каталина медленно попятилась назад, ей не нравилось русло, в которое вошел этот разговор. А Юрген, посматривая на девушку сальным хмельным взглядом, подбирался к ней все ближе.

– То, что пылает в твоих штанах, Юрген, вовсе не чувства, – смеялся Лукас.

– Чтобы потушить этот пожар, и не обязательно идти под венец, – вдруг произнес Истван. – Достаточно подняться на второй этаж, там есть свободные комнаты. А мы сделаем вид, что ничего не видели.

От громкого нахального смеха становилось тошно. Желая уйти в свою комнату, Каталина попыталась обогнуть Юргена и проскользнуть к лестнице. Но это ей не удалось. Молодой человек быстро преградил ей путь.

– Ну что, последуем дельному совету? Куда это ты сбегаешь?

Вытянув руки, Юрген схватил девушку за запястье, не позволяя уйти.

– Не трогай меня! Истван, усмири своих гостей!

Но сын тетушки Ирэн лишь усмехнулся, не проронив ни слова. Ему доставляло удовольствие наблюдать за тем, как расширяются от страха ее глаза. Как тонкие руки пытаются сбросить с себя мертвую хватку Юргена.

В этот момент в гостиную вошла Талия и замерла, не ожидая увидеть того, что здесь творилось.

– О, а вот и вторая сестра, – усмехнулся Истван. – Лукас, как она тебе? Нравится? Забирай. Но только на этот вечер.

– Что здесь происходит? – в непонимании прошептала Талия.

– Талиша, уходи отсюда, – крикнула Каталина, все еще тщетно пытаясь вырваться из хватки Юргена.

Не послушавшись, Талия рванула к сестре на помощь.

– Отпусти ее!

Но добраться до лестницы не успела, дорогу ей преградил возникший на пути Лукас.

– Не мешай им, лучше присядь с нами.

Сердце Талии застучало от страха. В горле возник ком, мешавший закричать.

В этот миг по гостиной дома Эстерхази плавной, заставляющей поежится волной, пробежал сквозняк. И сквозь плотный сигаретный дым выступила высокая мужская фигура.

Одним резким толчком в грудь