Обжигающий Север. Связанные рунами - Айлин Лин
- Всех их просто раздавило камнями, где-то выше случился обвал, чудо, что вход в пещеру не завалило, - Астор вернулся, скинул плащ.
Я подала ему ложку и указала на бурлящий котелок:
- Попей горячего.
Ярл потянулся к воде, и тут рука его замерла:
- Криста? Здесь горят камни? Что это?
Открыла было рот, рассказать про уголь, но тотчас захлопнула, клацнув зубами. А что я ему скажу? Как объясню свои знания?
- Это колдовство? – Астор отодвинулся подальше от костра, глядя на меня с недоверием и тревогой.
- Нет, вовсе нет, - поспешила успокоить его, - камни такие, называются уголь.
- Откуда ты знаешь? – Прищурился он, рассматривая костёр.
- Давно, когда я была ещё маленькой, в дом к нам случайно попал путешественник. Не помню, как его зовут и откуда прибыл скиталец, но он рассказывал нам истории, которые я тогда посчитала обычными легендами. В том числе и о камнях, что могут гореть как дерево, а греть ещё лучше. Увидев костёр людоедов, вспомнила ту историю.
- Хургова пустошь, - почесал Астор в затылке, - откуда они берутся, камни такие?
Пожала в ответ плечами:
- И сама не знаю, скорее всего, людоеды где-то собирали их, тут в горах.
Астор взял в руки один из камней, который лежал подле костра, повертел, понюхал, только что на зуб не попробовал.
- Кто сумеет раздобыть их в большом количестве, озолотится. Они дают больший жар, чем дрова, и горят дольше. Кузни скупят такое чудо по приличным ценам.
- А ты не лишён торговой смекалки, - толкнула я в бок ярла, улыбнувшись, - может вернуться потом, поискать, откуда людоеды их брали.
- Мы вернёмся вместе, - Астор бросил камушек и погладил меня по плечу, - Криста, иногда мне кажется, что ты посланница богов, будто сама судьба свела нас, и… я не хочу тебя отпускать.
Сердце ухнуло вниз и, пропустив удар, взмыло снова, забившись где-то в горле. Я протянула руку, погладив щёку мужчины и Астор поцеловал мою ладонь, наклонился ниже, не сводя с меня взгляда синих глаз, его губы прикоснулись к моим, на секунду мы оба замерли, но тотчас устремились друг к другу. Поцелуй длился, пока не закончился воздух в лёгких. В нём было всё, что мы не могли сказать: чувственность, нежность, боль от потерь, новая надежда.
Астор обнял меня, прижав к груди. Мы объяснились, не сказав ни слова. Но на могиле павших воинов, которыми стали проклятые пещеры, всё было излишним. Только один поцелуй, способный передать все эмоции. Мы словно баюкали друг друга в объятьях, так и уснули у костра обнявшись.
Открыв глаза, увидела, что Астор закутал меня в плащ и уже развёл потухший костёр. На огне закипал котелок. Я подошла к входу в отнорок, на улице было ещё темно, едва-едва из-за пиков гор на Костяной хребет прокрадывались робкие утренние сумерки. Вернувшись к огню, достала вяленое мясо, кинула его в воду, отыскала в сумах немножко крупы. Получится не очень вкусная, но питательная похлёбка. Астора всё не было, и я уже начала волноваться, когда услышала шаги. Схватив меч, лежавший у стены, поднялась, спрятавшись у самого входа. Грузная поступь, не такая, как у ярла, заставила меня собраться от страха, каждая мышца напряглась точно канат. Занесла меч над головой, ожидая того, кто войдёт в пещеру.
У входа показалось какое-то чудище, покрытое свалянной грязной белёсой шерстью, завизжав от страха, замахнулась на него и тут же упала, сбитая с ног.
- Криста! Ты что творишь? – Возмутился Астор, - а если бы я тебя убил? Чего кидаешься?
- Исп-п-пугалась, - икота сдавила горло.
- Кого?
Я ткнула в чудище, оказавшимся тушей козла, которую Астор тащил на плечах.
Ярл глянул на неё, на меня и расхохотался:
- Ты от мёртвого козла защищалась?
- Насмотришься на всякое, будешь от собственной тени мечом отмахиваться, - проворчала я смеясь.
- Не бойся, теперь нашими соседями в горах будут только они, - кивнул он на убиенное животное, - я сходил на охоту, благо луков твари насобирали вдосталь. Козлы проворны и днём их убить сложно, а вот ночью, когда они засыпают, укрывшись в скалах, можно попытать счастья. Сейчас разделаю его, теперь пищи нам хватит. Выступим с тобой завтра с рассветом, сегодня же подготовимся к походу. Нам ведь надо не только пещеры отыскать, где руны хранятся, но и назад вернуться.
День прошёл в хлопотах. Мы нашли три отличных перемётных сумы. Нагрузили туда мяса, которое предварительно заморозили у пещеры, оставшийся хлеб и уголь. Вдруг другого нам по пути не попадётся. Порыскали в трофеях людоедов, было противно, но иначе нам не осилить дорогу. Астор нашёл для меня отличный тулуп из козьего меха, такие носили жители предгорий и даже сапоги, сделанные наподобие унтов. Размер подошёл мне идеально, а значит, твари украли девушку из близлежащих сёл. Может она и была мамой Крахна, молодого людоеда, с печалью подумала я, осматривая хорошо сохранившиеся вещи.
Остальное барахло, оставшееся от тварей, сволокли в большую пещеру и подожгли. Если кто-то из людоедов и вернётся, у них будет меньше возможностей выжить. Мы не хотели оставить им даже единого шанса.
Я смотрела на костёр у входа в пещеру. Астор стоял позади, обняв меня за талию и его прикосновение было таким… правильным. Пламя полыхало, ярилось, швыряясь снопами искр к высокому своду пещеры, словно огонь старался пожрать саму память о чудовищах, живших здесь. Мы скидали остатки угля в костёр и смотрели, как плавятся наши клетки. Жар стоял такой, что и приблизиться к пламени стало невозможно, казалось, скоро потечёт камень, оплакивая сотни убитых в этом склепе, ставшем братской могилой для наших друзей.
***
И снова серая хмарь раскинулась над головой, снова позёмка ярилась, обдавая нас ледяными иглами. Мы продирались вверх, увязая почти по пояс в снегу, сума нещадно оттягивала плечи, и я удивлялась, как Астор