Академия волков. Темная кровь - Ульяна Соболева

— Ты слишком много думаешь, — сказал Дарсил после особенно жалкой попытки. — Сила Стража — это инстинкт. Чувствуй, не думай.

— Легко сказать, когда ты не последний из вида, который забыл, как использовать свои способности.

Он усмехнулся — редкое зрелище. — Попробуй иначе. Вспомни момент, когда сила пришла естественно. Когда ты не думала, просто действовала.

Я закрыла глаза. Вспомнила. Ночь нападения. Теневой волк прыгал на меня. Страх. Паника. И серебристый свет, взорвавшийся защитой.

— Так, — прошептал Дарсил. — Именно так. Теперь направь это.

Я сфокусировалась. Представила серебристую нить, тянущуюся из моего сердца наружу. Свет вспыхнул снова, но на этот раз... контролируемый. Формирующийся в сферу вокруг меня. Щит.

— Отлично, — голос Дарсила был довольным. — Теперь расширяй. Включи меня в защиту.

Я попыталась расширить сферу. Свет дрогнул, начал рассеиваться.

— Не теряй концентрацию!

Слишком поздно. Щит взорвался волной, отбросив нас обоих в разные стороны. Я упала на спину, тяжело дыша.

— Прогресс, — сказал Дарсил, поднимаясь. — Медленный, но есть. Ещё два дня до полнолуния. Продолжим завтра.

Вечер второго дня.

Я стояла на балконе своих покоев, глядя на закат. Небо горело — кроваво-красное, переходящее в фиолетовое, предвещающее бурю. Или битву. Природа всегда знала, когда надвигается насилие.

Внизу студенты всё ещё тренировались. Я видела Милу и Сару — обе с серебряными ножами, отрабатывающие движения. Мои подруги, готовящиеся убивать. Из-за меня.

Дверь открылась без стука. Рэйвен. Он вошёл, закрыл за собой, прислонился к двери.

— Кайр на военном совете. Подумал, проверю, не сбежала ли ты.

— Куда бежать? Мы в осаде.

— Справедливо. — он подошёл, встал рядом на балконе. Мы молчали, глядя на закат. Плечо к плечу, но не касаясь.

— Завтра полнолуние, — сказала я наконец.

— Знаю.

— Ты готов?

Он усмехнулся. — К смерти? Всегда. К победе? Посмотрим.

— Рэйвен...

— Не надо. — он повернулся ко мне. — Не говори прощальных слов. Не сегодня.

Я посмотрела на него. На синие глаза, полные чего-то тёмного и отчаянного. На шрамы, что он носил снаружи и внутри.

— Если мы не выживем завтра...

— Тогда мы не выживем. — он пожал плечами. — Но знаешь что? Я рад, что последнее, что увижу — твоё лицо.

Его рука поднялась, пальцы коснулись моей щеки. Лёгкое прикосновение, полное невысказанного.

— Ты выбрала его. Я принял. Но это не значит, что я перестал любить.

— Знаю.

— Завтра я буду драться за тебя. Убивать за тебя. Умру за тебя, если придётся. — голос был хриплым. — Не потому что надеюсь на что-то взамен. Просто потому что ты стоишь этого.

Слёзы жгли глаза. Я не позволила им упасть.

— Ты не умрёшь, — сказала я яростно. — Ни ты, ни Кайр, ни кто-либо ещё. Мы выживем. Все.

— Такая уверенность. — он усмехнулся. — Откуда?

— Потому что я не позволю иначе. — серебристый свет мелькнул в моих глазах. — Я последний Страж. И завтра я покажу Королю мёртвых, почему мой вид был создан, чтобы править оборотнями.

Что-то в его лице изменилось. Восхищение. Или страх. Или оба.

— Вот это АлАя, которую я люблю. — он наклонился, поцеловал меня в лоб. Целомудренно. Нежно. — Королева тьмы и света.

Он ушёл, оставив меня на балконе с закатом и надвигающейся войной.

Дорогой дневник, завтра полнолуние. Завтра Король мёртвых нападёт с армией нежити. Завтра люди, которых я знаю, умрут. Может, я умру. Может, мы все умрём. Академия готова настолько, насколько возможно. Стены укреплены. Оружие заточено. Студенты тренированы. Кайр организовал защиту до последней детали. Рэйвен нашёл врага, составил карты, готов атаковать. Профессор Дарсил научил меня контролю. Немного. Достаточно? Не знаю. А я... я приняла решение. Если всё пойдёт к чёрту, если Король мёртвых будет побеждать, я отдам себя. Добровольно. Чтобы остальные жили. Кайр будет против. Рэйвен тоже. Но это моя жизнь. Моё решение. Моя война. И я закончу её на своих условиях. Так или иначе. Завтра. В полнолуние. Конец или начало. Посмотрим.

"Есть особая красота в последней ночи перед битвой. Все лишнее отпадает. Остаётся только правда — кого ты любишь, о чём жалеешь, и готов ли умереть завтра."

Дорогой несуществующий дневник, сегодня последний день. Завтра полнолуние. Завтра Король мёртвых придёт со своей армией нежити. Завтра многие из нас умрут. Странно, как это знание меняет всё. Мелочи, которые казались важными вчера, сегодня ничего не значат. А вещи, которые я игнорировала, вдруг становятся единственным, что имеет значение.

День начался с дурного предзнаменования. Когда я проснулась, все вороны исчезли. Сотни птиц, которые покрывали крыши Академии последние дни, улетели за ночь. Крыши были пусты. Деревья безмолвны. Даже обычные птицы замолчали. Природа знала. Животные всегда знают, когда надвигается катастрофа. Они бегут. А мы, глупые люди, остаёмся и точим мечи.

Небо было цвета свинца — тяжёлое, давящее, беременное грозой, которая не могла разразиться. Воздух был густым, влажным, липким на коже. Дышать было трудно, как будто атмосфера сгущалась, готовясь к чему-то ужасному.

Я стояла у окна своих покоев, глядя на Академию внизу. Студенты двигались по территории с мрачной целеустремлённостью — последние приготовления перед битвой. Никто не бегал. Никто не смеялся. Академия превратилась в город мёртвых, ждущих своей участи.

— Ты не спала. — Голос Кайра за спиной. Я не слышала, как он вошёл. Он становился всё тише последние дни, движения более плавными, звериными. Человек отступал, давая место Альфе.

— Сон для тех, у кого есть завтра, — ответила я, не оборачиваясь. — Я не уверена, что у меня оно есть.

Он подошёл, встал позади, руки легли на мои плечи. Прикосновение было осторожным, как будто я могла сломаться. — У нас будет завтра. Обещаю.

— Не обещай того, что не можешь контролировать.

— Тогда обещаю это: если завтра не наступит, я умру, защищая тебя. — Голос был железным. — И это я контролирую.

Я наконец повернулась к нему. Он выглядел измождённым — тёмные круги под глазами, резкие скулы стали ещё острее, челюсть покрыта щетиной. Идеальный контроль трещал по швам. Под ним было что-то дикое, едва сдерживаемое.

— Кайр...

— Я не могу потерять тебя. — Слова вырвались, как признание.