Между любовью и предательством - Элейна Р. Галлеа

Это очень глубокий вопрос. У неё было много ответов: в замешательстве, встревожена, взволнована, разрывается на части, вывернута наизнанку. В итоге она решила уточнить:

— Ты про правило номер десять? — спросила она, понизив голос, чтобы слышал только Занри.

Он кивнул.

— Да.

— Я… в порядке.

Ложь. Её чаша эмоций была уже почти переполнена. Но как ещё она могла ответить?

Райкер уже дважды озвучил ей свои чувства. И оба раза она промолчала в ответ. Просто скрывать свои истинные намерения — это одно, но заявлять о фальшивой любви — совсем другое. Для неё это чересчур.

Бринли никогда никому не говорила этих слов. И сейчас не станет.

— Ты должна быть сильной, Би.

Тихий голос Занри звучал твёрдо и уверенно, помогая вернуть опору под ногами, как будто перевёртыш знал о том, как её разрывает изнутри.

— Буду.

Бринли кивнула, пытаясь сама себя в этом убедить.

Каким-то образом её голос даже не дрогнул, несмотря на бурю, разворачивающуюся в груди.

Перевёртыш сжал её ладони.

— Ты должна.

Бринли снова поразилась напряжённости в голосе Занри. Возможно, она просто давно с ним не общалась, но сейчас он казался ей очень… настойчивым. И это показалось ей странным. Почему он так заинтересован в этом деле?

Но тут музыка закончилась. Занри отступил, и Райкер занял его место.

Рука фейри снова легла на её поясницу и притянула Бринли ближе. Он внимательно всматривался в её глаза.

— Ты в порядке?

Нет. Она настолько не в порядке, что даже уже и не помнит, как ощущается это долбанное «в порядке».

Но она не могла сказать этого вслух и потому ответила:

— Да.

Он удерживал её взгляд, большим пальцем выводя круги на её обнажённой спине. На протяжении всего вечера он пользовался любой возможностью прикоснуться к ней. Это очень отвлекало и затрудняло мыслительный процесс.

— Ты можешь сказать мне правду, Бринли, — мягко произнёс он. Тихо, но так, чтобы она расслышала.

Меньше всего на свете она хотела сказать ему правду.

Если Райкер узнает, кто она и зачем она здесь, все приложенные усилия и достигнутые успехи будут перечёркнуты. Он либо бросит её в тюрьму, либо закончит начатое шесть лет назад. Она мысленно представила, как бы он разозлился и в то же время расстроился из-за правды.

Но просто отмолчаться не получалось, поэтому она осмотрелась вокруг. Некоторые продолжали засматриваться на её фейри. Жадно следили за ним взглядом, некоторые с откровенной похотью. Что ж, это неплохой предлог.

— Они пялятся на тебя.

Едва Райкер услышал её недовольный тон, его карие глаза заблестели, а губы изогнулись в дьявольской ухмылке, и от этого…

Чёрт, ну конечно. У этого невероятно притягательного фейри, которого она должна убить, ещё и ямочки на щеках появились.

Что уж там, почему бы и нет.

Ямочки были на обеих щеках, только усиливая его привлекательность. Это просто нечестно, что боги одарили одного мужчину такой внешностью. Почему они не дали ему бородавку на лице или хотя бы кривой нос? Что-нибудь, что сделало бы его хотя бы чуточку менее… идеальным.

И да, чёрт возьми, он божественно красив. Бринли всячески старалась игнорировать этот факт, но теперь это уже просто невозможно.

— Милая, ты что, ревнуешь? — Райкер понизил свой глубокий, дымчатый голос и закружил её так, как сама бы она никогда не смогла.

Её щёки вспыхнули.

— Нет, не ревную.

Райкер закружил её в воздухе, и багровая ткань изящно взлетела. Он поставил её обратно на ноги и окинул потемневшим взглядом.

— Ты такая милая, когда врёшь, моя маленькая вампирша.

Он прижал её к себе так, что она почувствовала его сердцебиение.

Бринли потеряла дар речи. Да, она врала ему… но о другом. Вся её личность была лишь маской. По крайней мере, в этом она пыталась убедить саму себя. Проблема в том, что чем дольше она находилась так близко к Райкеру, тем сложнее ей было вспомнить, в чём именно заключается её ложь.

Слава Исване, Райкер не ждал от неё ответа. Он лишь тихо хмыкнул и продолжил вести её под музыку.

Ещё несколько композиций спустя Бринли поймала себя на том, что у неё пересохло в горле. Она замедлилась, её рука выскользнула из пальцев Райкера и рассеянно потёрла шею.

Взгляд Райкера проследил её движение и тут же потемнел.

— Хочешь пить?

Разве? Её переполняло множество желаний, по большей части запретных. Жажда — это, пожалуй, единственное из них, которое можно утолить прямо сейчас.

Бринли кивнула, и Райкер повёл её к бару.

При их приближении эльф смерти с алыми шрамами на правой руке и маской на лице опустил бокал, который вытирал полотенцем.

— Добрый вечер, примите мои поздравления с помолвкой.

— Спасибо, — с улыбкой ответила Бринли бармену.

Райкер, не выпуская руки Бринли, заказал бокал кровавого вина для неё и пиво для себя. Бринли обычно возмущалась, когда мужчины делали заказ за неё. Это унизительно, потому что она сама может озвучивать свои желания. Но было что-то приятное в том, как Райкер ловко взял на себя главенствующую роль. К своей досаде, Бринли вынуждена была признать, что ей это нравится.

Бармен быстро принёс напитки. Райкер поблагодарил его, взял бокалы и мотнул головой в сторону небольшой тёмной ниши в глубине зала.

— Ты не против? — спросил он с хрипотцой в голосе.

Дрожь пробежала по позвоночнику Бринли, дыхание перехватило в горле. Ей не стоит уединяться с Райкером. Последствия будут очень нехорошими. Она понимала это, но всё же не стала отказываться. Пока что.

Приличная девушка — правильная, следующая предписаниям — осталась бы в толпе. Бринли нельзя оставаться наедине с Райкером, ведь чувства могут взять верх над разумом.

Правила номер шесть и восемь вспыхнули в голове Бринли, напомнив ей, почему это плохая идея. Но сегодня ей не хотелось следовать правилам. Ей хотелось пойти с Райкером. К тому же они не останутся совсем-совсем одни. Они всё ещё будут в зале с остальными. Чуть в стороне, но не в другом помещении.

Что плохого может случиться, если она разочек не последует правилам? Да ничего, наверное.

— Я только за, — выдохнула она, не успев прикусить язык.

И чёртовы ямочки снова заиграли на щеках Райкера. Подав ей бокал вина, он переплёл их пальцы и повёл её через толпу. Пару провожали любопытные взгляды, но никто не стал останавливать.

Ниша была тёмной, спрятанной за большими колонками, и в ней было довольно тихо. Напряжение отпустило Бринли, и она выдохнула. Милое местечко. Возможно, это не такая