Трансильвания - Оксана Пелевина

– Мне казалось, что замок ближе. И я надеялась, что дорога к нему будет проще.

– Нам придется подняться наверх, – пояснил Ирвинг. – Надеюсь, все отдохнули, и никто не сойдет с пути раньше времени.

– Мы не станем искать проводников? – удивился Кристиан. – Может быть, стоило попросить кого-то из местных отвести нас в замок?

– Никто бы из них не согласился, – пожал плечами Ирвинг. – Здесь боятся выходить из дома после заката, забыл?

– Меньше слов, – прервал этот разговор Эрих. – Если решили идти – идемте.

Согласившись с бароном, путники начали восхождение к вершине, где их ждал темный, казавшийся заброшенным, древний замок Бран. Путь был не из легких, и уже через полчаса Каталина почувствовала усталость. Тропинка то сужалась, то расширялась. Приходилось постоянно смотреть под ноги, чтобы не наткнуться на камень или торчавший из-под земли корень. Компания шла молча, каждый сосредоточенно думал о чем-то своем. В этой тишине были отчетливо слышны далекие крики филина и шорох листвы. Вдруг меж деревьев мелькнула темная тень. Послышался треск веток. Путники замерли, прислушиваясь.

– Кто это там? – тихо спросила Каталина, прячась за спинами мужчин.

Треск повторился, и кто-то снова мелькнул в кустах у тропинки.

– Это он, Дракула?! – уже чувствуя, как дрожат ее колени, испугалась Талия.

– Не похоже… – голос Ирвинга утонул, заглушенный воем волчьей стаи.

– Ах! Волки, это волки! – вскрикнула Каталина, взглядом столкнувшись с перепуганной сестрой.

Сердце сразу ушло в пятки, по спине побежала толпа мурашек. Ладони начали холодеть. Спрятаться от зубов голодной стаи на пустой тропе было негде. Волки пока не показывались, но их вой будто становился ближе.

– Нужно вернуться обратно, – предложил Кристиан.

– Ну нет. Мы прошли уже половину пути, – заявил Ирвинг.

В этот момент что-то вокруг начало меняться. Путники не сразу заметили, что на тропинке стало светлее. А когда, наконец, поняли, что происходит, потеряли дар речи. Вдоль всей тропинке, будто фонари, указывающие путь к замку, замерцали голубые огоньки. Они словно висели в воздухе и плавно перемещались, меняясь местами.

– Вы это видите? Невероятно… – с придыханием прошептал Ирвинг.

Пытаясь постичь суть этого необычного явления, Каталина вдруг поняла, что читала об этом ранее.

– Точно как в романе Брэга Сокера, – вспомнила она. – Помните, добираясь до замка графа, главный герой видит голубые огоньки, сопровождавшие его.

– И слышит волчий вой… – уточнил Ирвинг. – Никогда бы не подумал, что отец описывал реальное явление. Я был уверен, что это вымысел. Он никогда не рассказывал мне о том, что стал свидетелем чего-то подобного.

– Это можно считать хорошим знаком? – поинтересовался Кристиан.

– Полагаю, да. Видимо, в замке нас ждут, иначе зачем указывать дорогу, – ответил Ирвинг.

За ближайшими деревьями вновь мелькнула чья-то тень.

– Волк! – вскрикнула Талия.

Один из кустов затрещал, его ветки раздвинулись, и на тропинку вышел тот, кто так долго преследовал путников. Но, ко всеобщему удивлению и облегчению, «волком» оказался рыжий пес.

– Это же всего лишь бродячая собака, видимо, идет за нами от самого города, – усмехнулся Кристиан.

Не задерживаясь возле путешественников, пес вновь нырнул в кусты и растворился между темных деревьев. Волчий вой постепенно затих.

Все продолжили свой путь к вершине холма, и спустя час вошли в ворота каменного замка.

Здесь, за стенами, надежно защищавшими Бран от чужих глаз, было безлюдно и темно. Внутренний двор казался таким же заброшенным, как и весь остальной замок.

– Я бы не сказал, что здесь кто-то живет, – оглядываясь по сторонам, произнес Кристиан. – Это место выглядит безлюдным.

– Первое впечатление может быть обманчивым, – предположил Ирвинг.

Покрутившись во дворе еще несколько минут, путники решили, что здесь им делать нечего. Их интересовал сам замок и тот, кто мог в нем обитать. А потому, отыскав главный вход, гости направились внутрь. Они и не подозревали, что, ступив за ворота замка, уже привлекли чужое внимание.

Из окна одной из башен за гостями пристально наблюдали чьи-то глаза. Незнакомец таился в темноте, ничем не выдавая своего присутствия.

Он ждал. И ждал давно. Вскоре он примет тех, кто так настойчиво жаждал встречи с ним. Но лишь одному Богу было известно, чем обернется это знакомство.

Тяжелая дверь со скрипом отворилась, громко шаркнув по неровному полу. Этот неприятный, режущий слух звук, эхом разнесся по старому замку. Едва переступив порог, Каталина почувствовала холод, годами живший в этих каменных стенах. Тотчас по позвоночнику пробежала волна мелкой неприятной дрожи. Каталина понимала, что с ней происходит, но отказывалась принимать свой страх. Это она настояла на поездке в замок Бран и теперь не могла показать своим спутникам испуг. Делая вид, что ничуть не взволнована, Каталина шагнула вперед, обгоняя мужчин, и первой прошла вглубь мрачного холла. Талия, глядя на сестру, завидовала ее смелости. Как только скрипнула дверь старого замка, ее сердце подло кольнул страх, который она прогоняла прочь всю дорогу. Сейчас, понимая, что обратно не повернуть, все, что могла сделать испуганная девушка, – это незаметно отступить назад, прячась за спинами сопровождавших ее мужчин.

Место, что жители Трансильвании испокон веков считали проклятым, сегодня выглядело пусто и безжизненно. Медленно двигаясь по первому этажу, путники внимательно осматривали каждый квадратный метр старого замка.

– Не похоже, чтобы здесь кто-то жил, – произнес Кристиан, осматриваясь.

– Так речь идет и не о ком попало, – напомнил Ирвинг. – Местные судачат о графе Дракуле. А как, по-вашему, должен выглядеть дом вампира?

– Вампиры – всего лишь местная легенда. Никто же из нас не верит в истинность их существования. Ведь так? – Кристиан с легкой усмешкой взглянул на Ирвинга, но тот остался непоколебимо серьезен. Казалось, вопрос юноши даже несколько задел его. Хмыкнув, Ирвинг незаметно скосил взгляд на барона.

– Легенды не рождаются на пустом месте. Я уверен, что вампиры – это не вымысел.

– Это поэтому вы, мистер Торнби, таскаете с собой чеснок? – усмехнулся барон. – Мой вам совет – вытряхните его из карманов, ничего кроме дурного запаха он