Боевая целительница в Академии. Книга 2 - Виктория Рэд Харт
И тогда Тарт подумал о родных.
О том, как годами обижался: «Они не хотят со мной говорить. Им плевать». Но сам ни разу не пошел первым на контакт. Не сел рядом. Не спросил: «А как у вас дела?».
Он ждал, что они догадаются. А они ждали, что он сделает шаг. И никто не сделал.
— Да, — ответил Тарт, глядя брату в глаза. — Наверное, стал взрослее.
И подумал: «Теперь я буду спрашивать. Уточнять. И не ждать, пока другие догадаются. Даже если будет страшно. Даже если мне откажут. Я сделал первый шаг, и вот он, брат, смеется. И мать на кухне задержалась, прислушивается. Значит, не всё потеряно».
— А знаешь, — добавил он, — я умею заряжать артефакты и даже делать пару крутых. Хочешь научу?
Брат удивленно вскинул бровь.
— Как от такого предложения можно отказаться?
А Тарт почувствовал: это только начало. Самая интересная часть его истории впереди. И, возможно, самая поучительная. Потому что иногда самый опасный враг — не страшный зверь, а сковывающий страх.
Эдильгийцы и лекари
Тайя и Антоний сидели в полумраке. Напротив — человек в маске. Голос его звучал тихо, вкрадчиво, как шорох змеи.
— Нужно совсем немного. Просто подмешать Эльзе этот дурман, — шептал он. — Она это заслужила.
— Мы не участвуем в ваших играх, — громко ответила Тайя, скрещивая руки на груди.
— Уверены? А если я скажу, что мы решим ваши проблемы? — человек в маске наклонил голову и торжественно улыбнулся. — Поможем твой сестре, Тайя, оплатим долг твоей семьи, Антоний.
Тайя замерла, Антоний опустил глаза. Тишина в комнате стала давящей.
— У вас нет причин отказываться. Разве какая-то простолюдинка ценнее, чем ваша семья? — усмехнулся человек в маске.
Он ушел, оставляя за собой запах серы и тревоги. А на столе рядом с его креслом остался бутылек с темно-зеленой жидкостью.
Лориэн
Лориэн вернулся в эльфийское королевство. В доме пахло деревом и тишиной. Родные встретили его на пороге — мать, отец, младшая сестра.
— Отец Ирмы согласен расторгнуть помолвку, — почти тут же рассказала мать, и ее голос дрожал от радости. — Ты можешь жениться на своей любимой.
Лориэн кивнул. Он должен быть счастлив. Должен улыбаться, благодарить, обнимать родных. Но внутри почему-то появилась пустота. Давняя договоренность расторгнута, а радости нет.
— Хорошо, — ответил он тихо. — Я подумаю.
Мать удивленно подняла бровь, но ничего не сказала.
Ректор Вейлон
Вейлон сидел в своем кабинете. На столе лежало приглашение на встречу с королем. Плотная бумага, золотые буквы, королевская печать.
— Интересно, — проговорил он вслух. — Чего хочет король?
Он долго смотрел на приглашение, перебирая варианты, вспоминая события последнего года, в большинстве которых звучало имя Эльзы.
— Скоро узнаем, — прошептал он и засобирался.
Дерек на Плато Дюжины Ветров
Дерек лежал на широкой кровати в незнакомой комнате. За окном завывал ветер — тоскливо, протяжно, будто оплакивал кого-то. Стены давили. Рана на плече значительно стянулась.
Лекарь, пожилой дракон с цепкими пальцами, похожими на когтистые лапы, осмотрел ее, покачал головой и сообщил:
— Ничего серьезного. Через пару дней заживет.
Но Дерек знал: проблема не в ране. Внутри бушевало пламя — живое, дикое, непокорное. Оно рвалось наружу, жгло изнутри, не слушаясь, не подчиняясь. Он сжимал простыни, стискивал зубы, мышцы тела напрягались до треска, до хруста в суставах. Рядом — нет ее. Она уехала с Игнисом.
«Она выбрала его? У них всё серьезно?» — эти мысли выводили его из себя, заставляли огонь в нём бушевать от ревности и тоски, от бессилия и злости.
Он был от нее далеко уже четыре дня. Четыре дня — вечность.
Стая переселилась в отдельный дом на краю поместья. Дерек становился опасен даже для своих. Его собственное пламя, которое раньше служило ему, теперь грозило сжечь всех, кто окажется рядом.
Румус застыл у окна, глядя в темноту. Вошедший лекарь вытирал руки о небольшое светлое полотенце и печально покачивал головой.
— Если мы не стабилизируем его состояние за три дня, он провалит следующее испытание, — произнес Румус, не оборачиваясь. Голос прозвучал ровно, но в нём чувствовалась сталь.
— Чем его лечить? — спросил он у лекаря.
— Рана несущественна. Его огонь — вот в чём проблема, — ответил лекарь, пряча полотенце в сумку. — Вам надо искать того, кто сможет его успокоить. Иначе он не только испытание провалит, но и себя уничтожит.
Астер сидел в кресле у камина, сжав подлокотники до скрипа. Огонь в камине метался, бросая на его лицо рваные тени. На лице застыли отчаяние и горечь от того, что он не может помочь своему вожаку, своему другу, своему брату.
— Но где искать ее? И как уговорить? — тихо спросила Рина.
Драконица стояла у двери, обхватив себя руками, будто пыталась согреться. Ее голос дрожал не от холода, от страха.
Румус медленно повернулся. В свете камина его лицо казалось вырезанным из кости — острое, белое, почти прозрачное. Глаза блестели холодно, расчетливо, но в глубине пряталось что-то еще. Что-то темное, отчего Рине стало не по себе.
— Украдем, если понадобится, — сказал он тихо, и в его голосе не было ни капли сомнения. — У нас другого выхода нет. Или она будет рядом с ним, или нам конец.
В комнате повисла тишина. Только ветер выл за окном — тоскливо, протяжно, как зверь, у которого отняли детеныша. Он бросался на стёкла, скреб их, пытался разбить.
Дора
Дора в своей комнате металась от стены к стене.
Волосы растрепаны, под глазами темные круги — следы бессонницы.
На столе — красивый конверт с золотисто-красными линиями.
Она уже открыла его и после этого не могла больше ни спать, ни есть, ее терзали муки совести.
Дора набрала сообщение Эльзе, в котором была надежда и мольба.
От автора
Дорогой читатель!
Спасибо за внимание к книге.
Пожалуйста, оцени книгу и оставь свой отзыв на Литрес или LiveLib.
Третья книга уже готова и выйдет осенью.
А пока рекомендую почитать мои новые книги «Эхо магического мира. Тайна беглянки» об опасном путешествии в мир магии и «Академия героев. Ниша для призрака.» — история становления женского отряда героев.
Подписывайся на меня как на автора на Литрес и в соцсетяхhttps://vk.ru/redhart
С уважением, Виктория