Боевая целительница в Академии. Книга 2 - Виктория Рэд Харт

— Такого огня не существует! — крикнул кто-то из толпы.

Игнис усмехнулся, поднял руку, и на его ладони зажглось пламя. Не обычное, а черное, густое, как нефть. Свет вокруг ладони померк, будто огонь пожирал его.

Гости замерли.

Игнис сделал вид, что кидает сгусток в Илларию. Она — сильная огневичка, одна из лучших в роду, не отразила удар, а с криком пригнулась и закрыла голову руками. Непроизвольно. И на ее лице появился ужас.

Тишина.

Игнис опустил руку. Черное пламя погасло.

— Вы видите? — спросил он, обращаясь к залу. — Даже она, даже Иллария, которая владеет огнем лучше многих, испугалась, потому что этот огонь — не моя врожденная магия. Его подсадили мне много лет назад.

Он повернулся к высокому седовласому мужчине в строгом костюме — Игнату Орскому — следователю из столицы, который присутствовал на празднике как почетный гость.

— Господин следователь, — обратился Игнис, — как вы помните, в академии установили: это знаменитый черный огонь — оккультное проклятие, которое убивает носителя. Но я чудом выжил. И нестабильность моего дара связана с этим. Этот огонь невозможно получить без жертвы и запрещенного ритуала. И Иллария, как все здесь видели, знает про свойство этого огня и не сомневается, что это именно он. Этот огонь появился у меня в восемь лет, следовательно, Иллария проводила запрещенный ритуал. Но это еще не всё.

Алый вытащил из внутреннего кармана сложенный лист пергамента.

— Вот письмо, найденное у посредника Грегора, который искал возможность убить меня в академии. Письмо от Илларии. Она пишет: «Почему Игнис еще жив? Я заплатила немало».

Он передал письмо следователю.

Тот развернул, прочитал, нахмурился.

— Иллария Фламма, — позвал он, — у вас есть что сказать на это обвинение?

— Это всё неправда! — выпрямляясь, отозвалась мачеха.

— Отлично, если это неправда, то просто отразите мой огонь, мамочка, — подначил с улыбкой победителя Игнис и вновь сформировал тот самый черный огонь.

Иллария побледнела.

— Если у меня обычный огонь, вам нечего бояться.

И он еще раз сделал вид, что собирается кинуть его в мачеху.

Иллария дрогнула и отшатнулась. Взгляд ее побежал по залу, ища помощи и поддержки. Но сейчас все стояли тихо.

— Это заговор! — выкрикнула она. — Он всё подстроил!

Но никто не вступился, потому что никто не хотел связываться с черным огнем и со знаменитым следователем по кличке Палач.

Следователь махнул рукой, и двое стражников в форме подошли к Илларии.

Игнис подошел к отцу. Старый граф стоял у камина, сжав спинку кресла так, что побелели костяшки.

— Отец, — обратился Игнис громко, чтобы слышали все, — Иллария оказалась нечиста и злонамеренна. А я признанный сильнейший огневик. Я должен стать наследником рода и твоей правой рукой, иначе все подумают, что это не Иллария пыталась меня убить, а ты.

Гости зашумели. Кто-то одобрительно, кто-то растерянно.

Граф посмотрел на сына долгим тяжёлым взглядом.

— Да, — произнес он наконец, скрипнув зубами. — Ты наследник.

Игнис победно улыбнулся и, развернувшись к гостям, громко заговорил:

— Уважаемые гости, мой отец, достопочтенный граф Фламма, хочет сделать объявление. Прошу, отец.

Алый повернулся к отцу, который буравил его взглядом.

Отец объявил его наследником.

После Игнис кивнул отцу и вернулся к Эльзе.

Ночь закончилась фейерверками. Тысячи огней взлетали в небо, рассыпались золотыми хризантемами и багровыми пионами. Гости хлопали, дети визжали от восторга. А Эльза смотрела на Игниса и видела, как он напряжен.

— Ты победил, — тихо шепнула она.

— Это не победа, — ответил он. — Это только начало.

* * *

Утром отец вызвал Игниса в кабинет.

— Ты не должен был делать это так публично, — проворчал он, не глядя на сына. — Это позор для семьи.

— Позор? — Игнис усмехнулся. — А то, что она пыталась меня убить много лет, это не позор?

Отец промолчал.

И тогда Игнис понял. Понял всё. Отец знал. Знал и покрывал, потому что боялся скандала, потому что ему было жаль не сына, а репутацию и, возможно, Илларию.

— Ты знал, — догадался Игнис. — И тебе жаль не меня.

Отец не ответил.

Игнис развернулся и вышел.

Эльза сидела на скамейке в зимнем саду, рассматривала иней на листьях, кутаясь в красивый белый плащ на меху.

— Эльза, — окликнул он, садясь рядом.

Она повернулась к нему.

— Ты как?

— Нормально, — ответил он. — Отец, как и ожидалось, трус. Но это не важно.

Игнис помолчал, собираясь с мыслями.

— Ты слышала, что я теперь наследник. У меня будут земли, деньги, влияние. И мне нужен человек, которому я могу доверять.

Он посмотрел на нее прямо.

— Ты — единственная, кто не испугался моего огня и не предал, кто умеет с ним работать. Ты поддерживала и помогала мне с самого начала.

— Игнис… — начала она, но он перебил.

— Выходи за меня замуж. Не из любви, не из страсти. Из расчета. Тебе это даст статус, защиту, ресурсы. Мне — надежного союзника рядом. И официальный повод всегда иметь тебя под рукой, чтобы ты могла следить за моим состоянием, — Алый говорил ровно, без дрожи в голосе, как о выгодной сделке.

— Мы оба взрослые люди. Я не предлагаю тебе сказку. Я предлагаю то, что работает.

Эльза смотрела на него. В его глазах не было ни мольбы, ни нежности. Только холодный, честный расчет.

— А любовь? — спросила она.

— Любовь придет или не придет, — пожал он плечами. — Но уважение и доверие у нас уже есть. А это дороже. И ты мне нравишься как девушка.

Она помолчала, потом встала.

— Я подумаю, — протянула она.

— Конечно, — кивнул Игнис. — Время у тебя есть. У нас обоих есть.

Эльза вышла из зимнего сада. За окном солнце вступало в свою силу: новое, яркое. Она чувствовала, что он сказал правду. И эта правда не грела, но и не обжигала холодом. Просто была.

Что делать?

Эльза вернулась в академию уставшая, но не от дороги — от мыслей. Ирма уехала отдыхать, и заботу о лиане оставили на нее. Лаборатория встретила полумраком и влажным, живым теплом. Зеленые побеги тянулись к Эльзе, когда она вошла, будто чувствовали, что подруге плохо.

— Привет, — вздохнула Эльза, падая на стул. — Я, кажется, схожу с ума.

Лиана тут же обвилась вокруг ее ноги, потом потянулась к руке. Ее листья тревожно задрожали.

— Всё путем, — отмахнулась Эльза. — Просто… у меня теперь не жизнь, а сериал. И я не знаю, кто сценарист, но хочется ему накостылять.

Лиана качнулась, будто спросила: «И кто там у нас в главных ролях?».

— Ты не