Абиссинец 1890. Том 9 - Сергей Насоновский

Семен переступил возле столба. Портной сразу повернул голову на звук.

— Кузнец ведь тоже без иглы был. Такой же, как я…

— Ты-то за свою жизнь хватаешься, а он, даже когда я с него кожу живьем снимал, ни слова не сказал, — продолжил Аркадий Игнатьевич. — Чего он сильнее смерти боялся?

— За семью, — прохрипел Векшин. — Он как-то обмолвился. Я спросил, чего родных сюда не перевезет. Работа есть, место тоже найдется. А он говорит: не мне решать, где им жить. Сделаю, что велено, будут живы. Не сделаю, худо будет.

— А те, которые без языков, где живут? Тоже по мастерским?

— Нет, они люди лесные, не знаю я их стоянок. Кому, где работать велено, там и держатся. Некоторые давно здесь. Про них вообще мало что известно. Откуда появляются, я не знаю.

— Если здешних перебить, сколько времени пройдет, прежде чем замену пришлют?

— Если записок не дождутся, начнут выяснять. Может, несколько дней пройдет. А может, с соседней станицы кто раньше подойдет. Я вам срока не назову. Только после вашего послания они точно не отступятся. Они своим именем дорожат, вы теперь для них дело чести.

Портной наклонился вперед.

— Вы только не думайте, что они на рожон полезут, если сейчас с вами не получится у них. Могут отойти. Неделю, две ждать, месяц, год, пока человек не расслабиться. А после домой вернется, к жене, к детям. Они через того, кто ему дорог, и подберутся.

Когда дядя закончил расспрашивать, Семен снова завязал портному глаза и отвел за дальний конец сруба. Илька остался возле него, выбрав место, откуда был виден и проезд. Кремень по-прежнему смотрел за лесом.

Я выбрался из-за перегородки.

— Думаете, опять к губернатору подбираются? — спросил я, когда дядя подошел ближе. — Красные повязки ведь от той засады пошли. Унтербергера тогда не взяли, теперь сперва нас решили убрать. Или до Корфа добраться хотят.

— Думал об этом. Только странно было бы нас предупреждать о своих намерениях.

Семен присел рядом со мной.

— А фальшивки?

— По ним тоже странно. Охотиться на нас, чтобы мы не разыскали все фальшивки? — ответил дядя. — Тогда помимо фальшивок еще что-то должно быть, более крупное.

— Китайские власти могли школу нанять?

Аркадий Игнатьевич помолчал.

— У них переговоры с нами идут. Новые убийства только прибавят нашим доводов, чтобы на них давить. Но мало ли кто там решил по-своему поступить.

— Значит, до этой школы все-таки добираться придется, — проворчал Рыжий.

— И что ты там найдешь, Семен? Тех, кому заплатили за работу. А тот, кто заплатил, останется здесь и других наймет. Нам заказчик нужен. Но прежде надо путь расчистить.

Фараон с Костей вернулись после полудня. Костя вел лошадь шагом, Ракитин сидел сзади, возле лежавшего пленного.

Китайца устроили подальше от столбов.

Ракитин подошел к дяде.

— В общем, сделали, как ты приказывал. Доктор в холодную сперва не пускал. Пришлось твою бумагу показать. Он, конечно, взъелся, просил сказать, что он всего этого не знает.

Дядя выслушал, не перебивая.

— Четверых сегодня за станичным кладбищем прикопают. Рисунки мы с них срезали. С атаманом объяснился. Где оставили двоих, я ему сказал. Он, конечно, нашими методами возмущен. Но уговорились, что через несколько дней его люди снимут тела, если те, кто Кедра положил, раньше не заберут.

Фараон вынул небольшую стопку бумаг. На верхнем листе были фамилии, даты и несколько столбцов цифр.

— Это по фальшивкам?

— Да. У лавочника десятка нашлась, за припасы получил. Еще работникам при расчете подозрительную бумажку выдали, но там пока проверяют. Кто платил, когда, за что — все записано. Людей опрашивают.

Дядя пробежал взглядом по записям.

— От кого плательщикам деньги пришли?

— Это пока выясняют. По первому случаю человек установлен, но до него еще добраться надо. По второму пока только предположения.

Аркадий Игнатьевич сделал пометку возле фамилии.

— Предупреждения передал? — спросил дядя.

— Да, сегодня же в Лончаково отправят.

— Благодарствую. Вот, Абиссинец, теперь ваши хоть будут знать, что вы в целости.

Я, услышав выдохнул, вспомнив о Саше, а Фараон продолжил:

— Пленного перед дорогой доктор осмотрел и намекнул: если что, сюда его больше не везти. Говорит: «Прикопайте его, где под кустом, чтобы мороки не было».

Дядя кивнул, сложил бумаги и убрал в саквояж.

— Давай-ка эту живопись китайскую рассмотрим.

Мы подошли к китайцу. Ракитин стянул с него рубаху.

На коже переплетались дракон, цветы и тонкие извилистые линии. Над драконьей головой чернели три точки.

Аркадий Игнатьевич присел рассмотреть художества.

— Вот это везде повторяется.

Под цветком шла изогнутая полоска, далее она огибала голову дракона.

— И здесь есть. — Фараон указал на бок пленного.

Я наклонился. Два изгиба, а дальше небольшие зубцы вдоль одной стороны.

— На речку похоже. А это горы могут быть.

Дядя попросил принести карты из своего саквояжа и подвести Векшина, но повязку с него не снимать.

— Что про рисунки на телах душегубов слышал, Игнат? — спросил дядька.

— Они по рисункам принадлежность к школе среди своих узнают и ступени в иерархии определяют. Большего не знаю.

Дядя развернул карту. Несколько раз осмотрел рисунок, сопоставляя его с реками на китайской стороне. Потом вернулся к одному из притоков и провел пальцем вверх по течению.

— Смотрите. Здесь река дважды заворачивает. А вдоль нее гряда идет. Прямо как у него. И вот смотри, получается, что дракон — это, возможно, место, где располагается их школа. То есть они так выходцев из этой школы узнают.

Он обвел пальцем немалый кусок карты.

— До самой школы отсюда сколько? — спросил Фараон.

— Эко ты шустрый. Это пока предположение, его проверить следует. Таких поворотов на реках хватает.

Аркадий Игнатьевич отметил район карандашом и свернул карту.

— Это отдельно. Для проверки.

Пока Фараон натягивал на пленного рубаху, дядя взял берданку Кедра и подошел к портному:

— Ты говорил, что до этих безъязыкатых вам не было дела и что вы работали только через связных. Тогда как они оказались у кузнеца?

— Не знаю, может, следили за вашим человеком.

Дядя провел ладонью по прикладу.

Я еще ночью вспоминал, как мастеровой выскочил на меня с сумой. На выученного бойца он не походил.

— Одним кузнецом там точно не обошлось, — сказал Фараон. — Кедра у мастерской взяли и оттуда вывезли. Значит, бойцы уже рядом были.

— Или он знал, где их найти, — ответил Аркадий Игнатьевич. — И нашли они друг друга быстро. Пока мы за сборщиком у конюшенного