Венец ведьм - Антон Чижъ

— Девушка, у вас не занято?

Родион держал большую чашку нежно, как дитя. Он из племени тех, кто завтракает кофе. С круассаном или без. С сахаром или без. С бутербродом или… В общем, Варвара обрадовалась, увидев именно его, что было немного неожиданно для неё же самой.

Закинув ногу на ногу, Родион сделал первый глоток. У кофеманов по утрам он считается самым важным. Первый глоток, который настраивает весь день. Рабства кофе Варвара не признавала. Не осуждала, но не принимала. Она человек чая. В доме у себя кофе не держит. Все подруги знают, ругаются, но терпят. Включая вон ту, вдалеке, что пока состроила каменное лицо.

— Отличный аппетит — признак здоровья. — Родион по-кошачьи облизнул пенку с губы. — С учётом пропорций вашей фигуры можно предложить отличный обмен веществ. В наше хворое время — самый ценный подарок от родителей.

— Утром бегала, — сказала Варвара будто в оправдание. — Родион, вы хорошо знаете Лию?

Ответ она поняла сразу, когда брови собеседника дёрнулись.

— Глорию Рейнольдс? Очень мало знаком. Она пишет хорошее фэнтези, её романы быстро набирают популярность. Я прочёл, кажется, один или два. А что вас интересует?

— Что она за человек?

— Ах, это. — Родион сделал второй большой и долгий глоток. Не менее важный. — Слышал, у неё непростой характер. Она обидчива, но довольно дружелюбная. Наверное, это всё. Вам-то что за дело?

— Она ночью уехала из отеля. Портье в этом уверен.

— С кем не бывает. Почему расспрашиваете?

Сказать или нет? Варвара загадала: если под листиком салата окажется фасоль, выложит. Даже если пожалеет потом. Она перевернула вилкой зелёный листок.

— Утром на пробежке я наткнулась на тело. Это была Лия. Промокшая, будто из воды. Кожа бледная. Она была мёртвая.

Кажется, Родион не поверил. И с чашкой не расстался.

— Полицию вызвали?

— Нет.

— Почему?

Варвара собралась с духом:

— Потому что тело исчезло. Просто исчезло. Само уйти не могло. Море спокойное, волны унести не могли. Забрать никто не мог. Я вернулась с портье очень скоро, но тело исчезло — как растаяло. — С досады Варвара отшвырнула вилку.

Утешать и веселить Родион не спешил. На что она рассчитывала… Совсем немного.

— Вы уверены, что тело было?

Худшее, что могла услышать Варвара от этого человека. Что ж, такое мрачное утро выдалось.

— Теперь уже не уверена.

— Почему?

Интонация этого «почему» кольнула равнодушием. Отступать некуда. Сама загнала себя в угол. Играть честно — значит проигрывать.

— Потому, что вчера в бокал мне-то что-то добавили. Я не помню ничего, что было на балу. Утром проснулась на кровати в платье в состоянии выпотрошенной тушки.

— Как ваше самочувствие?

— Как видите, жива.

— Что принимали?

— Контрастный душ, — ответила она и набила рот салатом, чтобы разговаривать так. — Не могу исключить, что отравленное сознание разыграло меня.

Родион вернулся к чашке, отпил свой проклятый кофе:

— Я же говорю: у вас прекрасная наследственность.

— Яд в шампанском вас не удивляет. Так принято на Тёмном балу?

— Вы раздражены, голодны, но принимать пищу не можете, устали, ждёте от меня утешения и нарочно говорите глупости, чтобы позлить, — выдал он так, будто видел её насквозь. — Если не глажу вас по головке, то потому… Потому, что уважаю как сильную личность. Этим вы мне нравитесь. Вы должны сами справиться с этой проблемой. И вы справитесь.

Лекарство было горьким, но полезным. Варвара его приняла.

— Верите, что видела Лию Маковскую мёртвой?

— Вы врач? — спросил он, как этот вопрос задавал Филин.

— Я умею отличить мёртвого человека от живого.

— Не сомневаюсь. Остаётся вопрос: куда исчезло тело?

— И второй, — поспешила она. — Кто меня отравил?

— Шампанское оказалось излишне крепким?

Варвара неторопливо растерзала сосиску, чтобы успеть выбрать правильные слова.

— Я пережила студенческие вечеринки в театральном институте.

Чашка освободилась от кофе. Родион облизнулся. Только не мяукнул. Так похож на сытого породистого кота.

— С таким опытом не поспоришь, — кивнул он. — Вероятно, вам что-то подсыпали. Это мне кажется абсурдным. Вас тут никто не знает, вы человек случайный, посторонний, не писательница. За что вас убивать? За то, что фэнтези не знаете? «Седьмую ведьму» не читали? Могу предположить одно…

— Меня перепутали с Лией! — осенило Варвару. — Ну конечно. Вернее, всыпали в два бокала для надёжности.

— В чём тут надёжность?

— Очень просто: отравили крайние бокалы. Мы с Лией стояли по концам шеренги ведьм. Если поднос перевернуть, Лия всё равно получит своё. Случайная жертва не в счёт.

— Просто и разумно. С вами опасно иметь дело. Кто же это мог сделать?

— За бокалами никто не следил до тех пор, пока Филин их не раздал.

Родион согласно кивнул:

— То есть… кто угодно. Даже кто-то из ведьм.

— Подсыпать и встать в ряд.

— Ужасное коварство. Ведьмы, что с них возьмёшь.

— Вы видели, как Лия ушла с бала? Или с кем?

— Нет. Нам тоже завязали глаза. Повязки сняли, на террасе ведьм не было. Я думал только о вас. Я уверен, что мы танцевали с вами. Я это чувствовал.

Варваре тоже хотелось в это верить.

— Жаль, что я ничего не помню, — ответила она.

— Значит, надежда жива. — Родион встал. — Благодарю за приятный завтрак.

Дождавшись, когда он уйдёт, Варвара накинулась на горки еды. Она снова была голодна, как дракон. И не стеснялась этого. Дед рассказывал, что прапрадед Ванзаров отличался зверским аппетитом, потому так успешно ловил преступников. И не только поэтому. Вспомнив о предке, Варвара перестала жевать. Положила вилку. Отодвинула тарелку. Она поняла, что совершила ошибку.

Иногда очевидное только кажется таковым.

* * *

Их было шесть. Ровно шесть. Шестёрка чёрных воронов на костюмерной вешалке. Варвара рассчитывала, что найдёт четыре, что докажет пропажу Лии вместе с её платьем. В номере его не было. Уехать в бальном платье