Вор Мертвого города. Том 2 - Андрей Глухарёв
Что-то внутри меня щёлкнуло. Тот ледяной профессиональный цинизм, который я так тщательно культивировал, дал трещину — маленькую, но вполне осязаемую. Я злился на себя. Злился за то, что в ситуации, когда к моим проблемам только что прибавились четверо непредсказуемых вооружённых чужаков и раненый товарищ, я испытывал совершенно идиотское, совершенно неуместное облегчение.
Я криво усмехнулся, глядя Даррену в глаза.
— Ну вот, — сухо процедил я. — Нашёлся, бродяга. И, как всегда, притащил за собой блох.
* * *Подъём этой разношёрстной компании наверх стоил мне больше нервов, чем догонялки с каменной химерой. Верёвка скрипела, натягиваясь до предела, края балкона крошились под весом вооруженных людей. Мы тащили их, как рыбаки тянут сеть, набитую дохлой, тяжёлой рыбой. Когда последний гвардеец ввалился внутрь, бальзамировочный зал внезапно съёжился. Ещё час назад эта полукруглая комната казалась просторной. Теперь — переполненная клетка. Четверо чужих, доведённых до крайности людей в искорёженной стали. В спёртый вековой воздух башни мгновенно вплёлся густой запах недавней бойни: горелая алхимия, пот, страх и сладковатый железный смрад свежей крови.
Харгрим отреагировал первым. Не стал орать и не потянулся к молоту — просто молча, с деловитостью старого мастера, отступил в свой угол, сел прямо на разложенную парусину с подсумками и скрестил короткие мускулистые руки. Его глаза-бусинки следили за гвардейцами из-под кустистых бровей так, как матёрый цепной пёс смотрит на свору приблудных дворняг, зашедших на его двор. Ни страха — только принципиальная готовность в любую секунду чиркнуть кремнем и превратить всю башню в пылающий костёр.
Крэг, разбуженный лязгом доспехов, отреагировал иначе. Гигант медленно моргнул, прогоняя остатки своего жуткого сна, сфокусировал мутный взгляд на новых людях — и расплылся в широкой, по-детски искренней улыбке. Для Крэга мир был прост. Новые люди означали, что есть на кого смотреть, а может, если повезёт, и кого бить. Здоровяк поудобнее перехватил секиру и принялся флегматично разглядывать гостей, словно диковинных жуков.
Даррен с глухим стоном сполз по стене, оставляя на древнем камне влажный тёмный след, и осел на пыльный пол, откинув голову. Его лицо напоминало кусок мятой серой бумаги.
Лира оказалась рядом с ним раньше, чем я успел что-либо сказать.
Волшебница не проронила ни слова. Просто упала на колени, быстрым движением откинула полы мантии, чтобы не мешали, и потянулась к ране. Даррен зашипел, слабо попытавшись отстраниться, но её пальцы жёстко, без церемоний перехватили его запястье. Я стоял в двух шагах и молча смотрел. Это была не та зашуганная девчонка, что визжала в тёмном переулке при виде барельефа из черепов. Глаза — сухие, цепкие. Она вытащила из поясного мешочка кинжал, аккуратно вспорола пропитанную кровью кожу куртки, обнажая бок. Рана была дрянная. Глубокий рваный порез — след от когтя гуля или острого камня, — края уже успели воспалиться, взяв тот желтовато-сизый оттенок, который не оставляет сомнений в начавшемся заражении.
Лира наклонилась ближе, принюхалась, скривила нос и полезла в сумку. Никакой паники, никаких причитаний. Чистая тряпица, фляга с водой, крошечный стеклянный пузырёк. Руки двигались быстро и уверенно. Я отметил это с отстраненным удовлетворением. Если мы не сдохнем завтра, из неё выйдет толк.
Пока волшебница штопала моего бывшего напарника, я повернулся к незваным гостям.
Тот, кто шагнул навстречу, явно был здесь за старшего. Немолодой кряжистый мужик с широким рубленым лицом, покрытым паутиной белых шрамов. Пластинчатый доспех в глубоких вмятинах, на наплечнике под слоем копоти едва угадывалась золотая чеканка вепря. Держался прямо — с той въевшейся в кости основательностью человека, привычного к железной дисциплине, — но сейчас эта основательность держалась на честном слове. Глаза красные от недосыпа. Седая борода слиплась от чужой крови.
Он остановился в шаге от меня, тяжело опираясь на эфес длинного меча, который даже не пытался убрать в ножны.
— Капитан Гаррис, — голос у него был под стать внешности: скрипучий, как несмазанное колесо телеги. Тяжёлый взгляд скользнул по мне, задержался на Крэге. — Южные роты. Прямой контракт казначейства герцога Валериана. Вольные Города.
Я слушал, не меняя выражения лица. Имя герцога в Столице открывало любые двери, но здесь, в Эре-Нергале, оно весило меньше, чем горсть пепла под моими сапогами.
— Марек, — коротко ответил я, держа руки у пояса, поближе к метательным ножам. — А это башня, в которой вы находитесь исключительно потому, что я решил сбросить верёвку.
Гаррис криво усмехнулся. В этой усмешке чувствовалась только горечь человека, который только что посмотрел в глаза Бездне и понял, что Бездна его пережевала.
— Мы выполнили контракт до конца, Марек. Насколько это вообще возможно для смертных, — жёстко произнёс командир, пальцы сжались на эфесе. — Мы пробили Внутренние Врата. Дальше всё остальное сгорело вместе с половиной отряда под тесаками ожившей падали. У нас больше нет ни приказов, ни нанимателя, ни амбиций. Золото Валериана новые жизни не купит.
Короткая пауза. Он смотрел мне прямо в глаза.
— Мы хотим одного. Выйти отсюда живыми. Если ваши пути ведут наружу — мы не станем обузой. Клинки у нас ещё острые.
Пока он говорил, мои глаза уже прошлись по его выжившим. Я оценивал их не как союзников, а как актив. Актив был паршивым. Тот, что стоял справа от Гарриса, держал левую руку под неестественно вывернутым углом. Предплечье наспех, грубо перетянуто кожаными ремнями поверх обломка копейного древка. Сломана кость — боец из него никакой, разве что щит удержать, да и то до первого хорошего удара. Второй, молодой парень с заострившимся бледным лицом, вообще не смотрел на нас. Пялился куда-то в пол, мимо собственных сапог. Веки дёргались, он моргал слишком часто и слишком быстро, руки мелко тряслись. Волна от взрыва алхимических шашек, которыми они сносили ворота, хорошенько встряхнула ему голову. Третий стоял, прислонившись к колонне. Тупой стеклянный взгляд — я видел такой у солдат, потерявших всё своё отделение. Тело живо, инстинкты работают, но внутри никого нет. Четвёртый лежал, привалившись к стене. Хуже всех. Грудная клетка поднималась мелкими, прерывистыми толчками, а дыхание сопровождалось влажным булькающим звуком, который не спутаешь ни с чем, — пробито лёгкое, кровь скапливается внутри. Ему оставалось в лучшем случае пару часов.
— Ваша сталь мне не нужна, капитан, — наконец ответил я, возвращая взгляд на Гарриса. Голос мой был ровным. — Своей хватает. Но пока сидите тихо и не привлекаете местных обитателей — можете перевести дух. Дальше каждый сам за себя.
Гаррис коротко кивнул. Ему не нужны были клятвы в вечной дружбе — только передышка. Он обернулся к своим и сделал едва