Абиссинец 1890. Том 9 - Сергей Насоновский

Я поцеловал ее, и мы вернулись к столу. Саша снова взяла фотокарточку, а я сел рядом и обнял ее за плечи.

Первый удар колокола донесся через открытое окно. Глубокий, протяжный звук прошел над дворами и долго не смолкал. Мы оба прислушались. Следующий удар прозвучал, когда первый почти затих.

Саша положила карточку на полку подальше от края, поправила платок. Я взял папаху, и мы вышли.

У калитки она придержала меня за руку. К большому колоколу присоединились малые. Частые светлые удары перебегали один за другим, между ними ровно отзывались колокола побольше, а над всем этим снова и снова поднимался густой низкий гул.

Я стоял и слушал. Прежде наш колокол было хорошо слышно у часовни, а теперь звон шел над всей станицей, над выгоном и разливался над Уссури.

Саша перекрестилась, и я тоже.

— Красиво как звонят! — Сказал я.

— Теперь у нас каждый раз к службе так народ собирается. Кто работу закончит раньше, еще постоит бывает, послушает.

Мы пошли к храму. С выгона подходили казаки, уже умытые, оправившиеся с дороги. На звоннице я разглядел Филиппа. Часовенный служитель перебирал короткие веревки малых колоколов, а рядом у большого стоял Моренченко. Саня тянул веревку, прислушивался и ждал следующего удара, поглядывая на Филиппа.

Возле поворота нас окликнула баба Серафима. Она шла с Нюркой и Петром Дорохиным, но, увидев меня, оставила их и подошла сама.

— Андрюшенька, с возвращением. Дай хоть обниму тебя.

Серафима прижала меня к себе, потом взяла за руки.

— Ну, слава тебе, Господи. Теперь и Сашенька отдохнет, а то все к воротам прислушивалась. Заходите к нам, как отоспишься.

— Зайдем, бабушка.

Петр пожал мне руку. Нюрка поздоровалась, улыбнулась и обняла Сашу, потом подхватила Серафиму под локоть. Дальше пошли вместе.

Перед храмом уже стоял стол под чистой скатертью. На нем лежали крест и Евангелие.

Денис Иванович Огородник поправлял книгу на аналое. Увидев меня, кивнул и протянул руку. Я подошел, поздоровался.

— Ну, дома нынче, Андрей?

— Дома, Денис Иванович.

— Добре, становись к своим.

Саша остановилась возле тетки Поли. Та обняла меня, погладила по щеке и тут же подтолкнула к остальным.

— Опосля поговорим, Андрей. Вставай, уже начинают.

Возле Пелагеи Александровны стояли Акулина Никитична с Татьянкой. Олег придержал сестренку за плечо, когда та опять потянулась ко мне. Я подмигнул ей и прошел к товарищам.

Рыжего я нашел возле Ильки. Семен смотрел на дверь храма.

— Нашел брата?

— Да я сразу сюда пошел. А мне сказали: готовится к службе. Он там, за дверью. Соваться не стал.

Рыжий поправил и без того ровно лежавший ворот.

Колокола смолкли. Над станицей еще держался их гул, когда Филипп спустился со звонницы и поспешил к храму. Моренченко сошел следом, подошел к нам и встал возле Ильки.

Перед нами разместились Овсянников, Бекетов и Огородник. Кравцов отошел ближе к Аркадию Игнатьевичу. По обе стороны стояли четыре взвода сотни, рядом с ними станичные казаки. Албазов с Завьяловым проследили, чтобы у стены оставался проход, затем тоже заняли свои места. Юдинцев подошел последним и остановился неподалеку от дяди.

Отец Василий вышел из храма. За ним Филипп нес книгу. Светлая ткань облачения шевельнулась на ветру, рыжая борода окладисто стелилась на груди. Батюшка остановился у стола.

Обе сотни разом сняли папахи, следом обнажили головы и остальные станичники. Папахи взяли в левые руки, придерживая перед грудью, чтобы правая оставалась свободной для крестного знамения. Я прижал свою к чекменю и перекрестился.

Семен стоял рядом. Левой рукой держал папаху у груди, правой осенил себя крестом и опустил ее. Все это время он не сводил глаз с брата.

Священник начал молебен. Ему ответили певчие, Огородник подхватил, за ним запели остальные. Я пел вместе со всеми.

Позади что-то шепнул Кирька. Оська потянул его за рукав, показывая на Варвару Степановну. Та посмотрела на обоих, и мальчишки выпрямились. Кирилл еще привстал на носки, чтобы лучше видеть батюшку, но больше не вертелся.

Мы благодарили за помощь и сохраненные жизни. Слова были знакомые, только теперь за ними стояли лица тех, с кем делили дорогу и ночлег. Рябой Мишка стоял в нескольких шагах от меня. Папаху он держал у груди, а правой рукой крестился, чуть склоняя голову. Рядом молились Моренченко с Илькой. У края толпы я заметил Силантия Фомича Бажина с несколькими плотниками из его артели. По всему видно, что после китайского берега он чувствовал себя в станице уже как дома, пусть и иногородним.

— Господи, помилуй, — ответил я вместе с остальными.

Семен тоже шевелил губами.

Когда отец Василий повернулся к людям, его взгляд прошел по первому ряду, задержался возле меня и сместился к Рыжему.

Следующие слова он произнес тише. Филипп поднял голову от книги, но батюшка уже продолжал прежним голосом. Только взгляд еще раз вернулся к Рыжему.

Пальцы Семена крепче сжали папаху.

Отец Василий опустил взгляд к книге. Прочел дальше, принял Евангелие. Я видел только его руки и склоненную голову. Сбоку неподвижно стоял Семен. Когда все снова отозвались на молитву, Рыжий промолчал.

К концу молебна помянули павших воинов. Над площадкой прозвучала вечная память. Я опустил голову. Вспомнились Сыч с Бурым, Монах, Кедр и Шлыков. Еще недавно можно было поговорить с каждым, попросить прикрыть, сменить на посту. Теперь мы стояли здесь без них.

После заключительных молитв отец Василий благословил людей. Сотенные первыми подошли ко кресту, за ними Кравцов с дядей. Казаки подходили по очереди, освобождая место следующим.

Семен шагнул вперед вместе со мной. До священника оставалось всего несколько человек. Рыжий провел свободной ладонью по лицу и опустил руку.

Я пропустил его.

Отец Василий поднял крест. Семен наклонился, приложился и остался стоять перед ним. Священник коснулся его головы, благословляя, затем положил ладонь на плечо.

— Семка…

Рыжий шумно втянул воздух.

— Я, Вась. Я.

Отец Василий передал крест Филиппу. Семен шагнул к нему, уткнулся лицом в плечо и обхватил обеими руками. Папаха упала под ноги. Я поднял ее и отступил, казаки рядом тоже подались в стороны.

По щеке батюшки текла слеза. Он прижал ладонь к затылку брата, а Семен обнимал его так крепко, что на спине собрались складками светлые ризы.

* * *

Конец книги.

Ждем Вас на страницах Абиссинец том 10. https://author.today/work/676952

Посмотреть буктрейлер к серии Абиссинец и послушать сандтреки можно тут: https://author.today/u/nasonovsky

С уважением, С. Насоновский и С. Щербатых

Книга предоставлена