Так себе гладиатор - Яна Каляева

год мы ни разу этого не сделали — никому даже в голову не пришло. Как ни крути, мы были в первую очередь соперниками. Конечно, некоторые гладиаторы дружили между собой, встречались, проводили вместе время — но никогда не здесь. Да и зачем, когда к нашим услугам все клубы и рестораны Касабланки, а любой дом почтет за честь нас принять… Этими привилегиями я, впрочем, тоже почти не пользовалась — такие вещи не особенно много значат, когда они у тебя уже есть. А потом, я всегда предпочитала общество всяких отбросов, вроде меня самой. Нет, это вовсе не потому, что я — бастард! Просто, сдается мне, потенциал тех, кого принято держать за «третий сорт — не брак», сильно недооценен.

Секретности в моих планах все равно уже никакой нет — что знают двое, то знает и свинья, а сейчас в порту вовсю идет вербовка… Наверняка возле Шамбары нам подготовят горячую встречу. Ну и ладно, тем больше веселья!

Однако сейчас гладиаторы вполне могут собраться. Я глянула на браслет — до начала дневного боя еще три часа… А, сегодня ведь нет ни дневных, ни вечерних боев. Арена как бы замерла в ожидании боя за звание первого чемпиона — то есть моего поединка с Тариком.

Твою ж Галадриэль! Настроение сразу испортилось. Я не хотела, чтобы до этого дошло. Если честно, мне это звание первого чемпиона никуда не уперлось. Илюха, кстати, завершил Сезон в тройке лучших, но не первым — и меня бы это тоже совершенно устроило. Денег, конечно, первому заплатят больше, но на фоне заработанного за год это не так уж значимо. А мой портрет в галерее — я не Тарик, чтобы сходить с ума по такой ерунде. Тарик действительно сам не свой по этому чемпионскому титулу…

Я бы, может, ему и уступила, но вот же незадача: гладиатор не выбирает своих противников. А поддаваться, проигрывать нарочно — нет, вообще не вариант. И уйти с Арены сейчас нельзя, тогда я потеряю заработанное за весь год. А без этих денег не смогу снарядить армию. Есть, конечно, еще Илюхины деньги, но я их брать не хочу. Потому что он жив — вот почему! Да и вступление в наследство занимает время, которого у меня нет.

Я вдруг поняла, что идея отказаться от боя и уйти с Арены пришла мне в голову первый раз за этот год. Не то чтобы мне здесь что-то сильно не нравилось… но почему раньше я ни разу даже не задумывалась в эту сторону? Ха, понятно почему — еще одна ментальная прошивка. Ее с меня тоже сняли на перекрестке. Прошивка, впрочем, совсем легкая: в гладиаторы и без того попадают те, кто готов сражаться на песке, но их сознание чуть-чуть корректируют так, что никакие другие варианты просто не приходят им в голову. Забавно.

Я дошла до холла и уселась в кресло, которое стояло по центру. Ахад, как обычно, разлегся у моих ног. Да, здесь свободно могли бы разместиться все сорок гладиаторов, которые, однако, весь этот год нуждались в чем угодно, только не в обществе друг друга. Интересно, сейчас придет хоть кто-нибудь?

Первым вошел Юсуф — бесшумно пересек холл и остановился у стены, не садясь. Следом появился Коготь — неспешный, исполненный достоинства, словно даже обычный вход требовал соблюдения какого-то ритуала; взглянув на меня, он заговорщически подмигнул. Штиль вошел со своей обычной полуулыбкой, но поглядывал с любопытством: приглашение явно его удивило, и теперь он гадал, что я затеяла. Вообще пришли многие, почти две трети от общего состава. Кажется, я смогла их заинтриговать! Последней появилась Кримсон — прямая, как копье, и непроницаемая; в холл она вошла с таким видом, будто уже одним своим присутствием делала всем одолжение.

Инадзума, Скиннер и Плеть так и не пришли — но это и к лучшему. А вот Тарика нет, скверно… Ладно, все равно пора начинать.

Я поднялась из кресла.

— Спасибо всем, что пришли! Много вашего времени я не отниму, знаю, что вы все ужас до чего занятые деловые перцы. У всех уже есть планы, что делать после Арены? Если вдруг у кого нет — я тут собрала по случаю небольшую армию и поведу ее сражаться в Азанию! Знаете, где это? Я тоже так, приблизительно. Там есть разлом, что бы это ни значило, Шамбара, в котором недавно нашли морготову прорву гемм. Это ужасно секретная информация, но ее знает уже каждая собака. Я предлагаю махнуть туда и поучаствовать в драчке! Если победим, разлом будет наш… всех, кто за него воевал. Нас ждут дикие местные банды, монстры, убитые в хлам дороги, унылые пустыни и непроходимые джунгли, экономия воды, дрянная жратва…

— Звучит привлекательно, — заметил Коготь. — Но это чистой воды авантюра!

Я радостно улыбнулась:

— Еще какая.

— Гая, это какое-то безумие, — Юсуф нахмурился. — Ты же ничего не знаешь про местную специфику, ты даже колодец в пустыне найти не сможешь… или надежный склад запчастей, или базы, где можно закупаться…

— Зато все это сможешь ты! Ты же вырос в этих местах, знаешь все входы и выходы. Коготь, а вот ты только мечтать горазд об обществе, где никто не будет превознесен, а разумные сами обо всем договариваются? Или готов построить его на практике?

— Ты берешь меня на слабо, — с видимым удовольствием сказал Коготь. — Это низкий и дешевый прием. Но он работает! Твоя идея настолько безумна, что я просто не могу оставаться в стороне. Я в деле.

— А теперь самое веселое! — я воздела к потолку указательный палец. — Группа «Эфир», вы оцените! Среди прочих целей — нам надо разыскать нашего ланисту, он там потерялся где-то. Вы только представьте — мы такие заявимся в моргот знает какие перди и спасем его. После этого он никому из нас не скажет, — я состроила кислую рожу, пародируя Илюху, — «С вашей техникой вас еще не во всякий бродячий цирк возьмут! Таким ударам место в базарной драке! Как вы меня все утомили, ничтожества!» Ланисте придется признать, что кое-чему он нас все-таки научил!

Группа «Эфир» разразилась хохотом, «Сталь» присоединалась за компанию, заразившись общим настроем. Со всех сторон понеслось:

— Я хочу это слышать! Я в деле!