Самоучитель опричника. История политического розыска в России в XV–XVIII веках - М. М. Кром

другое — по делам о дисциплинарных нарушениях, подобных громкому делу Шафирова-Скорнякова 1723 года. Возможно, это было связано с намерением царя усилить в Москве значение филиала Сената — Московской Сенатской конторы. Она воспроизводила структуру «большого» Сената в Петербурге, и Преображенская канцелярия должна была, по примеру Тайной канцелярии, передать дела в Контору розыскных дел Московской конторы Сената. Так это и случилось позже, когда в начале 1728 года весь Сенат, вместе с императором Петром II, Синодом и Верховным тайным советом перебрался в Москву, и все считали, что этот переезд окончательный. Именно тогда дела ведомства Ромодановского отошли в Сенат и в Верховный тайный совет, что и привело к закрытию знаменитого приказа в 1729 году. Однако, возвращаясь к судьбе Тайной канцелярии, отметим, что реорганизацию розыска по плану царя, провозглашенному в указе 15 января 1724 года до его смерти в 1725 году, так и не провели. Думаю, что в неисполнении указа царя виноваты сами сенаторы, которые тянули с приемом бумаг от Тайной канцелярии и явно не желали взваливать на свои плечи новое и очень сложное поручение. Петр I же, занятый другими делами, их, по своему обыкновению, не понукал, да к тому же и сам был непоследователен. В сентябре 1724 года вопреки изданному ранее указу о закрытии Тайной канцелярии он приказал Толстому принять колодника Шапошникова в свое ведомство и «при случае об нем Его величеству доложить».

После того как в январе 1725 года умер Петр Великий, и на престоле оказалась императрица Екатерина I, Первая тайная канцелярия еще продолжала существовать. И хотя ее начальник отказывался принимать от местных властей новые дела и колодников, это, тем не менее, происходило по личным указам императрицы. Весьма крупным в 1725 году стало дело монаха Самуила Выморокова, которого за «непристойные слова» приговорили к смертной казни. Экстракт из его дела Екатерина I слушала вместе с двумя другими делами из уст майора Ушакова 30 июля 1725 года. Государыня одобрила предложения Тайной канцелярии о наказаниях Выморокова и других преступников. Тем же летом 1725 года Екатерина I слушала доклады по делу архиепископа Новгородского Феодосия Яновского, расследование которого вели П. А. Толстой и А. И. Ушаков. В декабре 1726 года по своему ведомству докладывал императрице дела и князь Иван Ромодановский. Тогда же он составил проект приговора по делу Феофана Прокоповича и Маркела Родышевского.

И все же в истории петровской Тайной канцелярии была поставлена точка. Это произошло 28 мая 1726 года, когда появился указ Екатерины I на имя П. А. Толстого об окончательной ликвидации Тайной канцелярии на том основании, что она «учинена была на время для случившихся тогда чрезвычайных тайных розыскных дел и, хотя тому подобные дела и ныне случаются, однако не так важные и больше бывают такие дела у тайного действительного советника господина князя Ромодановского». «Того для, — предписывалось в резолютивной части указа, — по получении сего нашего указу вышепомянутую Тайную канцелярию, которая и ныне еще в вашем ведении, с делами и с приказными служителями отдайте в ведение помянутому … князю Ромодановскому». На практике же, когда стали разбирать «вершенные» и «невершенные» дела, то оказалось, что посылать в Москву и нечего — законченные дела запечатали в сундуки и отдали в архив Коллегии иностранных дел, а некоторые незаконченные дела отослали в Адмиралтейскую и Военную коллегии по служебной принадлежности проходивших по этим делам преступников. Конфискованные же вещи и деньги передали в Соляную контору.

В феврале 1726 году «при боку» (так отмечалось в именном указе) Екатерины I возник Верховный тайный совет, составленный из «первейших» вельмож того времени: А. Д. Меншикова, Ф. М. Апраксина, Г. И. Головкина, П. А. Толстого и других. С самого начала наделенный широкими полномочиями, Верховный тайный совет стал «стягивать» к себе власть, в том числе и в делах политического розыска, которых, действительно, как сказано в указе о ликвидации Первой тайной канцелярии, было сравнительно немного. Согласно указу о создании Совета, все дела, приговоры по которым вели к смерти, поступали от верховников на утверждение императрицы. В делах политического розыска члены Совета — верховники, выполняли роль одновременно следователей и судей: на своих заседаниях они выслушивали записи допросов, экстракты по делам розыска, выносили приговоры. Они заслушивают доклады И. Ф. Ромодановского, хотя позже — с мая 1726 до начала мая 1727 года в этой роли выступает генерал А. И. Ушаков. В мае 1727 года Ушаков, вместе со своим бывшим начальником по Тайной канцелярии П. А. Толстым и другими сановниками, попал в немилость и был выслан в Ревель.

А. И. Ушаков.

После смерти Екатерины I (7 мая 1727 года) и с восшествием на престол 12-летнего Петра II некоторое время сыскными делами ведал фактический правитель России А. Д. Меншиков. Он распоряжался, как расследовать дело П. А. Толстого и его сообщников, которые пытались весной 1727 года воспрепятствовать резкому усилению власти Меншикова. Светлейший как раз тогда задумал женить наследника престола великого князя Петра Алексеевича на своей дочери Марии. По указу Меншикова кабинет-секретарь А. В. Макаров и секретарь самого Меншикова Андрей Яковлев вели обыск и потом выслали из Петербурга княгиню А. П. Волконскую и ее друзей. Предположительно причиной ссылки Волконской и ее кружка стало то, что Волконская — придворная дама, узнала и сообщила Толстому о намерении Меншикова выдать замуж свою дочь за великого князя. Ко времени краткого правления Меншикова относится указ, который восстановил прежнюю систему географического распределения дел сыскного ведомства. Указом 22 мая 1727 года дела по обвинению в оскорблении Величества, в измене, возмущении и бунте «из ближних к С. — Петербургу мест» (Прибалтика, Новгород) предписывалось посылать в Петербург и «доносить в Сенат[е]», а «из дальних губерний и провинций в Москву — к действительному тайному советнику и генерал-губернатору князю Ромодановскому». После падения Меншикова осенью 1727 года расследование и управление политическим розыском в наиболее важных делах полностью перешло к Верховному тайному совету, который стал следственным органом первой инстанции. Этот вывод подтверждается многочисленными документами — верховники не только сами вели допросы и очные ставки, но иногда присутствовали и при пытках. Обычно же они отряжали для этого тайного советника Василия Степанова или Анисима Маслова. Из Совета руководили следственным делом Меншикова, там же составлялись инструкции и указы офицерам гвардии, которые допрашивали светлейшего, заслушивали рапорты и экстракты о ходе следствия по его делу.

В 1728 году