Варвар из стриптиз-клуба - Валерий Сопов

— Уровень третий, — сказал он. — Здравствуй. Лечить по-прежнему не умеешь.

Он вызвал параметры.

[Имя: Свен.]

[Класс: Варвар.]

[Уровень: 3.]

[Сила: 12.]

[Выносливость: 10.]

[Интеллект: 3.]

[Обаяние: 2.]

[Бонусы экипировки: ловкость +1; скрытность +2; сопротивление ментальному вторжению +10; объём инвентаря +1.]

— Даже интеллект не вырос. Мир спасён от чрезмерного развития личности.

Командор запрыгнул на крышку трона. Перед глазами Свена появилось новое окно.

[Командор Рыжий: симпатия +1.]

[Командор Рыжий: симпатия 2.]

[Обнаружена возможная стадия развития: «Малый Дух Леса».]

[Условие активации: доверие недостаточно.]

Котёнок выглядел всё тем же: маленьким, грязным и очень довольным собой.

— Даже не думай, — сказал Свен. — Сначала научись не прыгать на противника пятого уровня без разрешения.

Командор начал умываться.

— Да. Именно такую реакцию я ожидал от подчинённого.

Старый гоблин поднял палец.

— Он Босс?

— Он командор.

— Выше Босса?

Свен посмотрел на котёнка.

— Судя по поведению — да.

Он подобрал плеть. Оружие оказалось тяжелее, чем выглядело. В рукоять были вставлены маленькие костяные пластинки с вырезанными словами. Большую часть Свен не понимал. Плеть не помещалась в кармашек пояса, как до неё не помещался посох. Пришлось свернуть её и повесить через плечо, стараясь не задевать рану.

Каску он снял с головы Клыка и сразу поставил на пол. Изнутри она пахла так, что вдохновение могло прийти разве что в попытке немедленно от неё избавиться.

Свиток выглядел действительно пустым. Стоило развернуть его, как все каракули исчезли. Осталась серая бумага и едва заметная строка у нижнего края:

[Содержимое ожидает записи.]

— Нет, — сказал Свен.

— Что нет? — спросил старый гоблин.

— Ничего туда не пишем. Вообще. Никогда. Особенно кровью, слюной, душой и другими жидкостями, которые так любят проклятые предметы.

Гоблин уважительно кивнул.

— Ядом можно?

— Тоже нельзя.

Свиток поместился в пояс. Каска — нет. Свен оставил её возле трона вместе с плетью на время, а сам проверил дальний проход.

Тот действительно выводил из зала. За поворотом начинался подъём, потом коридор резко шёл вниз. Оттуда тянуло влажной прохладой и запахом минералов. Где-то далеко шумела вода — не ручей, а что-то более широкое. «Серая вода» могла оказаться подземным озером, рекой или гоблинским названием лужи. Проверять сейчас сил не было.

Свен вернулся и заставил оставшихся гоблинов отнести оружие к дальней стене. Они подчинились без спора. Старый принёс две связки пустых жестянок и показал, где хранят верёвку. Свен растянул её поперёк обоих проходов, подвесил жестянки и добавил по костяному кружку. Система ловушку не зарегистрировала, но звенеть она могла и без официального признания.

— Если ваши грибники вернутся, — сказал Свен, — вы объясните им, что произошло.

— Ты убил Клыка.

— Это я заметил.

— Значит, ты Босс.

— Мы уже обсуждали.

— У нас так.

— У вас было так. Теперь у вас переходный период.

Старый гоблин нахмурился.

— Это кто?

— Самый опасный Босс. Невидимый и всегда временный.

Гоблин подумал и кивнул, будто объяснение его удовлетворило.

Свен подошёл к трону. Садиться на крышку не хотелось, но ноги решили за него. Он сгрёб с сиденья несколько костей, проверил доски и осторожно опустился.

Командор забрался на плечо. Ткнулся мордой в щёку, потом улёгся вокруг шеи, устроив подбородок на здоровом плече.

Свен закрыл глаза.

В темноте снова прозвучал финальный удар. Меловой клык рассыпался. Клык-Щекотун пытался договорить последнюю фразу — и не смог.

Свен открыл глаза.

— Мы убили поэта, — сказал он.

Командор тихо мяукнул.

— Нарушили местную иерархию.

— Мяу.

— Получили персональный кнут и стихи в инвентаре.

Котёнок замурлыкал.

— Я почти начинаю привыкать к этому миру.

Старый гоблин у стены поднял голову.

— Ты странный Босс.

— Я не Босс.

— Странный.

— С этим спорить не буду.

Жестянки на растяжках молчали. Из второго выхода тянуло прохладой. Плошки снова горели, бросая по стенам неровные тени. Одна из них прошла по выцарапанной строке о нежном злодее и исчезла в трещине.

Свен положил посох поперёк коленей. Бумеранг оставил под правой рукой. Плеть свернул у ноги. В таком положении было неудобно спать, зато удобно проснуться от чужого шага.

— Полчаса, — сказал он Командору. — Потом разбудишь.

Котёнок замурлыкал громче.

— Это не колыбельная. Это приказ.

Мурлыканье стало ровным, тёплым и очень убедительным.

Свен собирался закрыть глаза только на несколько секунд.

На этот раз Система не спорила.

Свен проснулся от жестянки.

Она звякнула один раз, помолчала — и звякнула снова, негромко, будто незваный гость у входа вежливо кашлянул и теперь ждал разрешения войти.

Свен открыл глаза.

Первым вернулось ощущение чужого подбородка на здоровом плече. Потом — боль. Ступня пульсировала в такт сердцу, грудь саднила при каждом вдохе, рассечённый висок стянуло липкой коркой, а плечо после плети Клыка-Щекотуна словно заменили плохо пригнанной деревянной деталью, которая жила своей жизнью и с хозяином не советовалась.

— Полчаса, — хрипло сказал он.

Командор Рыжий сидел у него на груди и смотрел с выражением человека, который давно выполнил приказ, составил отчёт и теперь ожидал служебного повышения.

— Даже не споришь. Значит, проспал я больше.

Котёнок мяукнул.

У растяжки снова тихо звякнуло.

Свен медленно снял Командора, положил рядом и потянулся к бумерангу. Посох лежал поперёк коленей. Кнут Поэтического Гнева был свёрнут у ноги. Каска Вдохновения стояла возле трона и продолжала пахнуть так, будто вдохновение прежнего владельца питалось исключительно испорченными носками.

Трое оставшихся гоблинов сидели у дальней стены. Двое спали, прижавшись друг к другу спинами. Старый гоблин со связкой ключей не спал. Он поднял ладони, показывая, что в них ничего нет, и подбородком указал на проход.

— Вода пришла.

— Своими ногами?

— В миске.

— Уже правдоподобнее.

Свен поднялся. На первом же шаге боль из ступни долетела до затылка и постучала изнутри, требуя внимания. Он переждал, опираясь на посох, затем пошёл вдоль стены. Командор бесшумно двинулся рядом.

У растяжки стоял молодой гоблин. Обеими руками он держал глиняную чашу. Верёвка проходила перед ним на высоте груди, жестянки едва покачивались.

— Я вода, — сообщил гоблин.

— Ты сегодня уже третий, кто занимает должность не по образованию.

Гоблин не понял, но на всякий случай улыбнулся. Зубов в этой улыбке было меньше, чем задумывала природа.

Свен не стал подходить вплотную. Велел поставить чашу на пол и отойти. Гоблин подчинился, переступил через собственную пятку, едва не упал и скрылся за поворотом.

Вода пахла камнем и железом. Свен сначала дал понюхать Командору. Котёнок фыркнул и отвернулся.

— Отлично. Либо чистая, либо у тебя нет квалификации санитарного инспектора.

Он сделал несколько глотков, промыл висок и смочил присохшую повязку