ВОЙНА И МИР - Иеромонах Тихон (Невидимов)

Христос говорит: ”Любите друг друга” не потому, что любовь сделает жизнь безопасной, а потому, что иначе зло начнет говорить нашими устами и действовать нашими руками.

.

– Отец игумен, выходит, мы все время возвращаемся к одному и тому же? Я могу сделать все, что мне поручено, могу любить, предупреждать, молиться, жить по заповеди, но все равно не узнаю, чем это закончится. Как тогда не превратить эту неизвестность ни в безразличие, ни в постоянный страх и вину?

.

– Вот теперь ты спрашиваешь о самом главном.

...Человеку не дано знать весь путь. Но ему дано знать, перед Кем он идет. Делай то, что действительно тебе поручено, и не бери на себя того, чего Бог тебе не поручал. Если согрешил – кайся. Если можешь помочь – помоги. Если можешь защитить – защити. Но не требуй от себя быть Богом. Этого от тебя никто не требовал.

Ты хотел бы заранее знать, что твой правильный поступок приведет к правильному исходу. Хотел бы знать, что молитва будет услышана именно так, как ты ее понимаешь, что любовь сможет уберечь близкого от всякой беды, что если ты достаточно постараешься, то ничего непоправимого не случится. Но за этим желанием есть еще одно, самое глубокое: тебе хочется иметь власть над будущим, чтобы уже сейчас знать, что оно не причинит тебе того, чего ты боишься...

Такой власти у человека нет. И, может быть, хорошо, что нет. Потому что тогда человеку пришлось бы самому держать на себе весь мир, а человек этого не вынесет.

...Тебе дано другое. В тебе есть образ Божий – разум, свобода, совесть, способность любить, способность обратиться к Богу и начать сначала. Обстоятельства могут многое сделать с человеком, но они не должны сами решить, каким будет его сердце. Ты не можешь выбрать все, что произойдет с тобой, но в том, что происходит с тобой, остается место для твоего ответа Богу.

Зосима посмотрел на образ Спасителя.

– Поэтому Христос и не дает нам знания о завтрашнем дне. Он дает Себя. Он показывает, как человеку жить перед Отцом, когда исход не в его руках. В заповеди нам показано, где нельзя переступать черту; в Блаженствах – каким должно становиться сердце; в любви – как относиться к другому; а во Христе мы видим Самого Человека, Который полностью живет перед Отцом и доверяет Ему даже там, где человеческому глазу еще ничего не видно.

Так что не бойся того, что тебе не открыто, и не обвиняй себя в том, чего ты не мог знать. Твоя жизнь не становится пустой только потому, что ты не знаешь ее конца. Человеку не нужно видеть всю дорогу, чтобы идти перед Богом.

.

Савватий поклонился старцу и вышел из келлии. У двери он остановился, вернулся, снял с полки маленькую свечу и зажег ее перед образом Спасителя. Несколько мгновений постоял, глядя на огонек, а потом оставил свечу гореть и вышел в темный коридор. За дверью дорога была видна лишь на несколько шагов, но теперь он не стал останавливаться, чтобы мысленно пройти ее до конца.

.

+

4. НАСТОЯЩЕЕ, КОТОРОЕ УКРАЛА ВОЙНА

.

”Итак, не заботьтесь о завтрашнем дне,

ибо завтрашний день сам будет заботиться о своем:

довольно для каждого дня своей заботы”

Мф. 6:34

.

Молодой иеромонах Савватий пришел к старому игумену Зосиме с вопросом:

– Иногда мне кажется, что человек во время войны может продолжать жить и все-таки как будто перестать жить своей жизнью. Он ходит на работу, разговаривает с близкими, приходит в храм, что-то делает по дому, а самого его как будто нет. Один все время возвращается к тому, что уже произошло, другой живет тем, что еще может случиться. А некоторые вообще не могут оторваться от новостей. Почему так происходит?

.

– Человеку трудно оставаться там, где он находится, когда внутри него все время что-то зовет его в другое место. Война может отнять у человека не только то, что было у него, но и то, что происходит с ним сейчас. Он сидит за столом с семьей, а мыслями снова стоит в том последнем дне. Или еще ничего не случилось, а он уже живет тем, что, может быть, случится завтра.

...Бывает и иначе: человек все время смотрит в телефон, читает сообщения, слушает чужие разговоры и чужие беды, а потом вдруг замечает, что не помнит, о чем ему только что говорил собственный ребенок.

.

– Но если человек потерял близкого или ждет известия о нем, разве можно сказать ему: ”Перестань думать об этом и живи сегодняшним днем”? Это ведь звучало бы жестоко. Как будто от него требуют забыть того, кого он любит, только потому, что рядом еще остались другие.

.

– Нет. Так говорить нельзя. Память не нужно отнимать у человека. Если он любит, он будет помнить. Если ждет, он будет ждать. Церковь не требует от человека перестать любить того, кого сейчас нет рядом. Другое дело, что память и жизнь – не одно и то же. Можно помнить человека и продолжать жить. А можно так войти в один прошлый день, что из него уже не выйти. Тогда вчерашнее начинает занимать место сегодняшнего.

Я знал одну женщину... За столом сидели муж, дети и она. Дочь рассказывала, что было в школе, муж спрашивал, что приготовить на ужин. Женщина отвечала, улыбалась, даже шутила. Со стороны казалось, что все как обычно. Только телефон лежал рядом с ее рукой, и время от времени она смотрела на него. Ее брат пропал без вести. Последний раз они разговаривали незадолго до этого. И каждый раз, когда она оставалась одна, она снова и снова прокручивала тот разговор: что он сказал, что сказала она, не могла ли она сказать иначе, почему тогда не настояла, чтобы он не ехал...

Она была за этим столом, но значительная часть ее жизни оставалась там, в последнем разговоре.

.

– А что с ней делать? Ведь нельзя сказать: ”Не думай о брате”. И нельзя сказать: ”Забудь тот разговор”.

.

– Конечно, нельзя. Я бы спросил ее иначе: ”Что из того, о чем вы сейчас думаете, уже произошло, а что происходит сегодня?” Это очень простой вопрос. Он ничего не отнимает