Имперский детектив КРАЙОНОВ. ТОМ V - Арон Родович

— И тебя не смогли найти, — тихо сказал Женя.

— Карловы пытались. Я верю в их попытку, у них ресурсы, люди, связи. Если меня, простого барона, выкрали и камерами с охраной найти не смогли, то подумай: тот, кто решился украсть графского наследника — наследника рода, про чьи возможности знает весь Серпухов, ты думаешь, он не подготовился? Это люди того же уровня, что увели меня. Или выше.

— Да, — Женя кивнул. — Логика понятна. Вопросов больше не имею.

Мы прошли ещё метров двадцать. Фонарь на углу «Паруса» бросал жёлтое пятно на тротуар, и в этом пятне я увидел свою тень — длинную, тонкую, скользящую по мокрому асфальту. Воздух был сырым и металическим — то ли от ограды, то ли от решёток ливнёвки под ногами.

— Ещё одно, — продолжил я. — Когда я поднял ту бумажку и считал Максима, там не было паники. Ни страха, ни боязни за свою жизнь. Констатация факта: перед ним стоит та, кого он ожидал здесь увидеть. Ожидал, хотя не должен был, потому что ему позвонил Костя, и он шёл к Косте. Его это скорее раздражало, чем пугало.

— Ну, — Женя хмыкнул, — это было до того, как всё пошло не по плану.

— Может быть. Но человек, который боится за жизнь, думает иначе. У страха другой вкус на предметах, Жень. Я его знаю. Здесь его не было.

Мы свернули к подъезду. Мазда стояла, где я её помнил, — чёрная, с росой на капоте, тускло блестевшая в свете подъездного фонаря. И рядом с ней, переминаясь с ноги на ногу на мокром асфальте, стояла Света.

Куртка застёгнута до подбородка, сумка через плечо, руки в карманах. Она увидела нас метров за пятнадцать и подошла ближе к машине — быстро, как человек, который мёрзнет и устал ждать. Каштановые волосы были убраны под капюшон, и лицо в тени выглядело острее, чем в пентхаусе, — скулы, подбородок, тёмные провалы глаз.

— Кстати, — Женя понизил голос, когда до Светы оставалось шагов десять. — Насчёт неё. Тебе не кажется странным? Живёт в Подольске — а сидит у Элизабет до двух ночи.

— По дороге разберёмся, — сказал я. — Думаю, к нам сейчас прилетит интересное предложение.

— Какое?

— Увидишь. Она чего-то боится. По повадкам видно, ей нужна защита сейчас, и она не причастна к пропаже Максима.

— Это из чего ты взял?

— Она была сегодня у Элизабет не потому, что Максим должен был пропасть. Она хотела остаться на ночь — планы поменялись, когда мы заявились. По дороге услышим что-нибудь вроде «не подскажете, где можно переночевать» или «не знаете ли съёмную квартиру». Она ищет, где спрятаться.

— А то, что она знает Максима?

— Помнишь, как она встала на его защиту? Вскинулась, начала объяснять — домашний, всегда звонит, если задерживается. Она знакома с ним ближе, чем думает Элизабет. Может, дружит напрямую. Может, ещё что-то. Но к похищению — нет.

— Слушай, Ром, — Женя покачал головой, — ты странно всё это раскладываешь. Мне от твоей логики иногда не по себе.

— Не понимай. Просто поверь. — Я остановился за три шага до Светы и посмотрел на Женю. — Если Максима должны были убить — его уже убили, прошло четыре часа. Если похитили ради отца — здесь бы работала бригада. А если ему сейчас угрожает опасность — мы его сегодня ночью не найдём. Даже с отцом и его людьми — не найдём. Завтра, с зацепками и именами, — шанс есть. Сегодня — нет.

— Принял, — согласился Женя. — Едем.

Света стояла у пассажирской двери и смотрела на нас. Взгляд — тот же, что в пентхаусе: внимательный, оценивающий, с лёгким прищуром. Она слышала, как мы подходили, и по тому, как она чуть выпрямилась и убрала руки из карманов, я понял, ждала не просто машину. Ждала решения.

— Спасибо, что подвозите, — сказала она. Голос ровный, собранный, без лишней благодарности. — Элизабет легла. Я закрыла за собой.

— Садись, — Женя разблокировал Мазду брелком, и машина мигнула фарами, на секунду залив парковку жёлтым. — Назад или вперёд?

— Назад, если можно.

Я сел на переднее пассажирское. Женя — за руль. Света устроилась сзади, положила сумку на колени и пристегнулась. Щёлкнул ремень, и в салоне стало тихо — та плотная, обитая тишина нового автомобиля, в которой слышно каждый вдох.

Женя завёл двигатель. Мазда тронулась мягко, почти бесшумно, вышла с парковки и свернула на дорогу. Фонари потекли за окном — жёлтые, размытые, один за другим. Город спал. Редкие окна горели в панельках вдоль дороги, и в одном из них мелькнул силуэт, человек стоял у окна посреди ночи, смотрел наружу. Бессонница или ожидание — и то и другое я знал.

Я достал телефон. 02:04. Пятница. Четверг всё-таки закончился, незаметно, где-то между парком и парковкой.

— Света, — сказал я, повернувшись вполоборота. — Куда в Подольск? Какой адрес?

Пауза. Короткая, меньше секунды, но я её поймал — та заминка, которая бывает, когда человек готовился к вопросу и всё равно не может ответить сразу.

— Улица Кирова, двадцать три.

— Понял. Жень, навигатор нужен?

— Нет, — Женя качнул головой. — Знаю дорогу. Через объездную быстрее будет, по трассе пробок нет.

Мы выехали из жилого массива на широкую дорогу. Фонари здесь стояли чаще, и в их свете асфальт блестел, мокрый, с длинными отражениями. Встречных машин — одна за три минуты, грузовик, ушедший в левый ряд.

Я ждал. Считал секунды. Двенадцать, тринадцать, четырнадцать…

— Роман, — сказала Света сзади. — Можно вопрос?

Двадцать одна секунда от выезда на трассу. Быстрее, чем я ожидал.

— Давай.

— Вы не знаете случайно… — она помолчала, и я услышал, как она сглотнула. Горло сжато, слова идут через усилие. — Где в Серпухове можно снять квартиру на ночь? Посуточно. Я… мне, наверное, лучше не ехать домой сегодня.

Я не повернулся. Смотрел в лобовое стекло, на дорогу, на мокрый асфальт, на огни фонарей, скользящие навстречу. Женя рядом усмехнулся — коротко, одним выдохом через нос. Я заметил краем глаза, как дёрнулся уголок его рта. Угадал. Он тоже услышал.

— Не в Подольск? — спросил я.

— Нет. Если