Миллиардер, ботан, король, спаситель. Билл Гейтс и его стремление изменить наш мир - Ануприта Дас

В первом десятилетии XXI века регулирующие органы смотрели на зарождающуюся плеяду технологических компаний, таких как Google, Facebook и Amazon, как на предвестников инноваций. Новые продукты и услуги, многие из которых были удобны и бесплатны, меняли жизнь и привычки людей. Мало кто думал о том, что эти компании станут достаточно крупными, чтобы оказаться объектом государственного контроля. Скорее, как писала О’Мара, законодатели задавались вопросом: «Что мы можем сделать, чтобы помочь этой новой индустрии процветать?».

Но точно так же, как Microsoft за полтора десятилетия прошла стремительный путь от никому не известной фирмы до доминирующей технологической компании, многие стартапы последних двух десятилетий успели набрать скорость, прежде чем публика и законодатели насторожились. Потребовалось некоторое время, чтобы все осознали, что современная технологическая индустрия практически полностью состоит из монополий или дуополий и что многие из этих компаний уничтожают рабочие места и целые отрасли. Google, принадлежащая компании Alphabet, контролирует более четырех пятых рынка поисковых систем. Meta уже давно доминирует в социальных сетях и мессенджерах благодаря таким масштабным приобретениям, как Instagram и WhatsApp.

Даже такие старые компании, как Apple и Microsoft, завоевывают новые рынки. Компания Apple, которая контролирует более половины рынка смартфонов в США и является крупнейшим игроком на мировом рынке, держит в своих руках всю экосистему iPhone – от аппаратного до программного обеспечения – и получает значительную долю доходов от любого разработчика приложений, который хочет предложить компании свой продукт. Amazon переосмыслила всю систему розничной торговли, став компанией с триллионным оборотом благодаря своему неустанному вниманию к вопросам логистики и сокращения издержек. Во многом это достигается за счет использования позиции доминирующего покупателя, давящего на своих поставщиков и сокращающего оплату труда работников, чтобы увеличить свою прибыль. Подразделение Amazon Web Services – один из двух гигантов, предоставляющих бизнесу услуги облачных вычислений. Другой – Microsoft Azure. Отчасти это доминирование является естественным следствием сетевых эффектов – идеи о том, что, чем больше людей пользуются каким-то продуктом, тем выше его ценность, потому что другие участники тоже хотят находиться на этой же платформе. Обозреватель еженедельника The New Yorker Ом Малик отмечает, что в Кремниевой долине сейчас почти поголовно царит дух «Победитель получает все»[104].

Основатель компании Lotus Митч Капор, чья вражда с Гейтсом в 1980-х годах была хорошо известна, сказал в 2013 году, что, по его мнению, Цукерберг и Пейдж не так уж сильно отличаются от Джобса и Гейтса. «Я думаю, что во всех поколениях лидеры этой индустрии руководствовались очень сложной смесью мотивов, которые отчасти были идеалистическими, отчасти прагматическими, а отчасти позаимствованными у Дарта Вейдера[105]. Разница лишь в том, насколько большой вес приобрели их компании. То, что они делают, влияет не только на пять или десять миллионов ботанов и чудаков, а касается всех и вся», – говорит он.

Чувствуя критику и пристальное внимание со стороны правительства, некоторые из крупнейших технологических компаний увеличили свои лоббистские армии в Вашингтоне. В 1998 году, когда Microsoft предстала перед судом, у нее был 61 лоббист и она потратила на них чуть меньше 4 млн долларов. Осознав, что такое незначительное представительство в Вашингтоне не способствует делу, компания, по данным группы активистов OpenSecrets, наняла в 2000 году еще 107 лоббистов. За последние два десятилетия она добавляла к ним в среднем по 111 лоббистов каждый год и в 2023 году потратила на лоббирование 10,5 млн долларов[106]. Энди Джасси, занимающий с 2021 года пост генерального директора Amazon, считает своим долгом часто посещать законодателей и других правительственных чиновников в Вашингтоне. Расходы на лоббирование с 2012 по 2022 год были увеличены компанией примерно с 2,5 млн долларов до 21,4 млн[107].

Аналогичным образом Meta постоянно увеличивает свои расходы на лоббирование: с 8,7 млн долларов в 2016 году, когда разразился скандал с Cambridge Analytica, до 19,2 млн долларов в 2022 году. В разбивке по рынкам, на которых представлена Alphabet, самые большие расходы на лоббирование по состоянию на первый квартал 2023 года были связаны с бизнесом Google и интернетом.

Во время своего первого срока в Белом доме президент Джо Байден дал понять, что регулирование технологической индустрии является его приоритетом, назначив главным антимонопольным инспектором Лину Хан, прославившуюся как один из самых резких критиков крупных технологических компаний. Хан стала самой молодой в истории руководительницей Федеральной торговой комиссии. Ранее она получила известность в научных и политических кругах после своей знаковой работы 2017 года «Антимонопольный парадокс Amazon», в которой утверждала, что основа, на которой строилось и применялось антимонопольное законодательство на протяжении многих десятилетий – понятие вреда потребителю, перестала отвечать своему назначению. В качестве доказательства приводились сравнения с трестами позолоченного века. Байден также назначил в 2021 году Тима Ву, профессора права Колумбийского университета, специальным помощником президента по вопросам конкуренции и технологической политики. Тремя годами ранее Ву проследил путь от трестов позолоченного века, созданных Рокфеллером и его когортой баронов-разбойников, до агрессивной тактики поглощения или уничтожения конкуренции компанией Microsoft и далее к технологическим гигантам XXI века. В своей статье 2018 года Ву писал: «Технологическая индустрия стала состоять, по сути, из нескольких гигантских трестов: Google для поисковых систем и смежных отраслей, Facebook для социальных сетей, Amazon для онлайн-торговли. Хотя конкуренты продолжали существовать, их позиции с каждым днем становились все более маргинальными»[108]. На протяжении почти двух лет Ву помогал Белому дому понять, каким образом можно более решительно использовать антимонопольное законодательство.

Осенью 2023 года ФТК и семнадцать штатов обвинили компанию Amazon в «противозаконном сохранении монопольной власти» с использованием стратегий, которые не позволяют конкурирующим продавцам предлагать более низкие цены на других платформах и самостоятельно продвигать свои товары, что наносит ущерб потребителям. Amazon отвергла эти обвинения. Компания Google предстала перед судом спустя три года после того, как Министерство юстиции обвинило ее в вытеснении конкурентов с целью сохранения своего доминирования в области поисковых систем и рекламы. Это был первый судебный процесс над крупной технологической компанией со времен Microsoft. В марте 2024 года Министерство юстиции заложило основу для антимонопольного спектакля в стиле Microsoft, когда подало в суд на Apple, обвинив ее в поддержании незаконной монополии на рынке смартфонов. В комментарии к иску помощник генерального прокурора Джонатан Кантер пишет, что успешный судебный процесс его ведомства против «другого монополиста», под которым подразумевается Microsoft, способствовал развитию индустрии мобильных телефонов. Но теперь Apple, один из крупнейших производителей этого вида продукции, по сути, делает то же самое для защиты сложившегося рынка, на котором господствует iPhone.

Компании, как обычно, заявили, что их деятельность не направлена против конкурентов, используя тот же аргумент, что и Гейтс в ходе судебного процесса над Microsoft: барьеры для