Повести и рассказы - Роберт Рик МакКаммон

— У меня один вопрос, — сказал Чарльз Янси, вцепившись в подлокотники кресла. Хотя горло словно сдавило, голос был пугающе спокойным. — В сумасшедший дом пора мне или вам?

— По какой-то причине, — продолжил Берген, словно собеседник ничего не сказал, — Зелёное платьице проявило к вам интерес. Вы можете сидеть здесь и отрицать её существование до Страшного суда, но вы видели и её, и тех двоих. Так что оставим вопросы о том, кого запереть в палате с мягкими стенами: ни вы, ни я не безумны, равно как и множество, множество постояльцев и сотрудников, которым она являлась. Разумеется, мы это не афишируем и не признаём; было бы глупо, и это погубило бы «Клифтон». Достаточно сказать, что Зелёное платьице — добрый дух. Она находила для нас пропавшие ключи… они просто появляются то тут, то там. А когда в 1954 году в «Магнолии» выступала певица Джилл Хармон, Зелёное платьице часто видели в тени в глубине зала, где она стояла. Однажды вечером Джилл обнаружила у себя на туалетном столике маленькую стеклянную мисочку с мятными конфетами, и никто не признался, что принёс их; это было вдвойне любопытно, потому что у Джилл болело горло и ей нужны были мятные конфеты, они были ей необходимы, но она никому об этом не говорила. — Берген отвернулся от окна. — Зелёному платьицу, кажется, нравится музыка. И танцы. Она любит на них смотреть.

Янси не удержался. Вырвавшийся у него смешок напоминал лай раненой собаки.

— Ничего смешного, — поправил Берген. — Печально, что они почему-то не могут уйти дальше. Или не хотят. Думает ли Коулмен, что по-прежнему выполняет здесь работу, которой нет конца? Верит ли Грег, что всё ещё нужен, чтобы поддерживать порядок в приличном заведении? А она… считает ли, что обрела дом и стала любимой всеми сотрудницей «Клифтона»? Кто знает? И я скажу вам: в детстве я, наверное, слышал те же истории о привидениях, что и вы, и всегда представлял духов туманными страшилищами, но… у них есть энергия. Одним туманом всё далеко не ограничивается. Они могут двигать вещи. С виду вполне материальны, но вот они здесь, а потом исчезают, и куда они уходят, когда их здесь нет… опять-таки, кто знает? — Некоторое время он просто курил, глядя на картину в раме на стене: продуваемый ветром пейзаж. — Какой мир им известен, — сказал он, — а нам нет? По-моему, завораживает. Правда. Бояться нечего. Просто завораживает.

— Если бы я поверил хоть во что-нибудь из этого, — сказал Янси, — достал бы пистолет и вышиб себе мозги.

— Хм. Полагаю, каждый волен верить во что хочет, даже когда истина настолько очевидна.

Прохладный взгляд Бергена вернулся к агенту.

— «Клифтон» открылся в марте 1918 года. Насколько мне известно — хотя наверняка никто не знает, — Зелёное платьице останавливалась здесь с отцом и матерью в первые годы. Её имя… их имена… погибли в пожаре вместе с первыми книгами регистрации. Но сохранилась история, что её отец был богатым торговцем хлопком, который, к сожалению, не верил в докторов, и девочка уже была больна, когда они приехали. Ей стало хуже. Мать умоляла отца отвезти ребёнка к врачу, но ночью девочка умерла. Чем она была больна, никто не знает. И где похоронено её тело… этого тоже никто не знает.

— Зелёное платьице. — Янси произнёс это так, словно ощутил дурной привкус во рту. Затем подался вперёд, глаза широко раскрылись на покрасневшем лице. — Как призраки могут носить одежду? Вот вы мне скажите! А?

— Придётся спросить у них, — ответил Берген сквозь пелену дыма. — А учитывая её интерес к вам, такая возможность у вас, пожалуй, будет.

Янси осенило, и он почувствовал себя дураком: как не сообразил раньше?

— Они сломали ограждение! Пытались меня убить! И вы говорите, это призраки сделали?

— Они могут двигать предметы, как я уже сказал. У них есть энергия. Я не знаю пределов их возможностей… если у них вообще есть пределы в нашем понимании. За всё время моей работы я не видел, чтобы болты вот так срезало. Вопрос к вам, сэр: какая причина могла побудить Зелёное платьице убить вас, если она действительно велела Коулмену воспользоваться своей силой, какой бы та ни была, чтобы ослабить ограждение? Она не убийца. Не злая. Более того, я могу привести два случая, когда она спасла людей от травм… в обоих случаях это были дети. Так почему ей захотелось причинить вам вред?

Янси сидел в кресле совершенно неподвижно. Он смотрел на дальнюю стену, но его собственные шестерёнки крутились.

История с певицей, Джилл Хармон. Ей нужны были мятные конфеты, но она никому не говорила, сказал Берген. Мисочка просто появилась. Если он верит. Если. Если.

А что, если?

Что, если всё это правда? И что, если днём, когда он мысленно перерезал горло ребёнку фонтана, эта эта маленькая зелёная сучка … что?.. читала его мысли? Видела, как всё разворачивается, словно серия сериала «Дымок из ствола», из теней своего иного мира?

И если это правда.

Если.

Тогда… она знает.

Никто больше на свете не знает… но призрак в отеле «Клифтон»… она знает. И — если, если — остальные тоже, Коулмен и Крисп.

Он снова засмеялся: коротко, резко, мерзко.

— Спрошу ещё раз, — сказал Берген. — Какая может быть причина?

Янси понял: если всё это правда, ему придётся уехать из «Клифтона». Сейчас же, сию минуту. Собрать вещи и убраться. Но главная причина, по которой «Вангард» оплатила эту роскошь, — произвести впечатление на Гэвина Грейсона. Продолжать поставки в крупный универмаг в самом сердце Бирмингема — дело первостепенной важности, а после смерти Даррила Фостера — познакомить Грейсона с перспективным Янси, дать ему понять, что «Вангард» намерена прочно удержаться на рынке. Ужин в «Старой плантации» планировали больше