Повести и рассказы - Роберт Рик МакКаммон

​Сначала он подумал, что взрыв сорвал крышу и ребёнок наверняка погиб… но, подняв глаза, с изумлением увидел сквозь клубы дыма маленькую фигурку у самого края, шестью этажами выше. Она отчаянно махала руками.

В голове чётко и твёрдо прозвучало:

«Иди».

Он двинулся вперёд. Оба полицейских тут же повернулись к нему.

​— Пожарная лестница! — крикнул Джейс. — Я могу забраться!

— Нет больше пожарной лестницы! — прохрипел мужчина в обгорелых остатках ночной рубашки. Лицо его блестело от пота, а к груди он прижимал сломанную руку. — Рухнула… в переулок упала!

​В метре от Джейса стоял зевака с полной бутылкой воды. Джейс вырвал её у него из рук и запрокинул над собой, облив волосы и лицо. Натянул капюшон куртки, застегнув молнию до самого верха — так, что открытыми остались только глаза. И снова шагнул вперёд, к охваченному пламенем входу.

— Нельзя! Стой!

Чернокожий полицейский схватил его за руку. Белый — за другую.

Через две секунды они уже лежали на тротуаре по обе стороны от Джейса Брауна: у чернокожего была сломана ключица, у белого — челюсть и чуть ли не насквозь прикушен язык. Всё это — от коротких, сокрушительных ударов локтями. Обоих оторвало от земли, словно они ничего не весили.

Джейс побежал. За спиной женщина-азиатка умоляла: «Пожалуйста, спасите моего сына!» Зачем он это делал? уже завывали пожарные сирены — и явно не одна. Через считаные минуты они будут здесь. Так зачем?

Потому что этих минут не было ни у него, ни у мальчика. И попытаться спасти его вдруг стало самым важным в жизни Джейса. Никакой уверенности, что он сумеет забраться наверх… но он обязан попытаться. Команда в голове звучала всё громче и настойчивее: «Иди». И подчиниться его заставляла сила, перед которой невозможно было устоять — она не позволяла отступить.

Опустив голову, как бык, он бросился в огонь.

Ад поглотил его. Оглушительный жар выжигал силу воли, а грохот стоял такой, будто рушилась сама земля. Всё вокруг вспыхивало ослепительно-белым и ярко-оранжевым пламенем. Он боялся, что глаза сгорят прямо в глазницах. Где лестница? Сверху огонь лился, словно жидкий металл, будто весь дом уже расплавился. Нужно двигаться: ещё четыре шага по битому стеклу и горящим обломкам — и вот пролёт.

Он начал подниматься, по неосторожности схватился за железные перила и мгновенно обжёг ладонь. Всё выше; навстречу, пошатываясь, спускались пожилые мужчина и женщина, обезумевшие от дыма и копоти, у мужчины из раны на голове текла кровь. Они уставились на Джейса диким взглядом. Джейс махнул им: вниз, скорей! Они молча прошли мимо. Он побежал вверх. На третьем этаже каркас стен пылал докрасна, адский жар перехватывал дыхание. В коридоре среди пузырящегося гудрона лежало скрюченное тело, выгоревшее до чернеющего скелета. Джейс понял, что подошвы его кроссовок плавятся. Ещё через миг огонь впился в затылок: загорелась куртка. Он сорвал её; теперь нужно было вырваться на крышу — вдохнуть воздуха, пусть один глоток, хоть немного, пусть даже сквозь дым, — иначе смерть.

На пятом этаже загорелись его длинные волосы. Он затушил их голыми руками с отчаянной быстротой и продолжил подъём. Едва миновав площадку, услышал новый чудовищный грохот и, обернувшись, увидел, что часть потолка рухнула прямо на лестничный пролёт, перегородив путь горящими обломками.

На мгновение его охватила паника. Ни ему, ни мальчику отсюда уже не выбраться. Но если пути назад нет — что ж; единственный выход — наверх.

Джейс на ощупь пробрался сквозь плотную завесу дыма и нашёл узкую лестницу, ведущую на крышу. Выбив дверь и вырвавшись в прохладную ночь, он сделал первый судорожный вдох, который запомнил до конца жизни. И всё же воздух оставался тяжёлым от гари: дым непрерывными клубами валил из окаймлённых огнём дыр величиной с пикап.

Пришлось перепрыгнуть горящий провал двухметровой ширины, надеясь, что край не обрушится под ногами. Приземлившись, он увидел мальчика — худенького, лет двенадцати, в синих джинсах и сером свитере. Тот свернулся в калачик у самого края крыши, выходившего на улицу, и сжал колени руками. Он застыл от ужаса, глядя перед собой сухими, немигающими глазами. В нескольких шагах в стороне лежал на боку телескоп на сломанном штативе.

Когда Джейс приблизился, мальчик не мигая уставился на него, но не шевелился — словно не был уверен, что перед ним живой человек, а не призрак. Джейс перегнулся через карниз и посмотрел вниз. Первая пожарная машина только что подъехала. Через несколько кварталов неслась вторая, сверкая мигалками. Под оплавленными кроссовками пошла мелкая вибрация: весь дом задрожал. Джейс видел записи направленных взрывов, видел, как целые здания за считаные секунды складываются карточным домиком, и боялся, что старый дом разрушен слишком сильно и вот-вот всплывёт или просядет фундамент. Опять времени не было… Катастрофически не хватало времени, чтобы пожарные успели поднять сюда лестницу… не успеют.

Едва он это подумал, раздался новый жуткий треск и грохот. В глубине здания рухнул огромный кусок крыши, выплеснув столб огня, словно извергающийся вулкан. Жар стоял невыносимый; Джейсу казалось, он чувствует запах собственной опалённой плоти. Он посмотрел влево. Сквозь едкий, евший глаза дым различил переулок, а за ним — соседний десятиэтажный дом. Людей из него уже эвакуировали, но он ещё не загорелся.

Переулок… не меньше трёх с половиной метров шириной. Может, все четыре с половиной. Далеко. Пожарная лестница на той стене казалась достаточно прочной, чтобы выдержать падение мальчишки весом в тридцать шесть килограммов и мужчины в сто четыре. А если нет — они очень скоро об этом узнают.

Он почувствовал, как участок крыши под ним и мальчиком начинает сползать вправо. Вместе с этим послышались выстрелы: взрывались остатки карниза.

Времени не хватало.

Джейс