Воздушная кавалерия. Том 11 - Джек из тени

— Они понравились друг другу, — пожал плечами Строганов, не открывая глаз. — Это было видно невооруженным глазом. К тому же… Анастасии нужна серьезная опора. Я по понятным причинам лишь временный костыль. Слишком много волков в столице точат зубы на юсуповское наследство. А статус супруги испанского инфанта намертво зацементирует ее неприкосновенность. Трон получит надежный выход на мадридские двор, кроме Цесаревича. Ну, и мы тоже кое-что…

— Прагматик ты наш… — фыркнула сидевшая напротив Елена. Графиня держала на коленях бокал с минералкой, но ее серые глаза лукаво блестели в полумраке: — А как же намеки старого Альфонсо насчет кузин в Андалусии? Он ведь прямым текстом предложил тебе еще парочку испанок с родовыми корнями пристроить.

Кирилл медленно приоткрыл один глаз, посмотрел на спокойное, чуть насмешливое лицо старшей жены, перевел взгляд на ухмыляющуюся Наталью, которая уже предвкушала бурю, и совершенно не моргнув глазом ответил:

— Я подумаю.

Наталья прыснула в кулак, не сдержав хохота. Елена картинно закатила глаза к кожаному потолку лимузина, покачав головой:

— Как всегда неисправим…

Воздух в зале заседаний Сената Российской Империи всегда казался Триане искусственным. Слишком тяжелым, слишком пропитанным ароматами дорогого табака, застарелой зависти и въевшегося в дубовые панели страха потери влияния. Раньше, наблюдая за хитросплетениями местной политики из тени гостевых лож, она лишь оценивала расстановку сил. Но сегодня все было иначе. Триана сидела в кресле по правую руку от Цесаревича, и ее новый статус ощущался почти физически. Она больше не была заморской гостьей, испанской инфантой, которую можно попытаться втянуть в кулуарную интригу. Теперь она — Цесаревна. Фигура на доске, с которой старым волкам придется считаться, хотят они того или нет. Впрочем, сегодня старым волкам было откровенно не до нее.

Триана чуть прикрыла глаза, скрывая за пушистыми ресницами насмешливый взгляд. За последний месяц она, под чутким руководством Алексея, с головой погрузилась в изучение экономической изнанки Империи. Супруг не делал из государственных отчетов секрета, напротив, он щедро делился инсайдами, обучая ее читать между строк финансовых отчетов и протоколов ИСБ и жандармерии. И сейчас испанка отчетливо видела, как именно эти отчеты бьют по карманам присутствующих.

Аристократия, веками сидевшая на монополии по добыче и переработке Пыли, кормилась с военных и гражданских заказов, диктуя свои цены. Они считали себя неприкасаемыми. Ровно до того момента, пока конгломерат Строгановы-Воронцовы-Ростовы не провернул операцию, от наглости которой у многих в этом зале до сих пор дергался глаз.

Сначала были странные, казавшиеся безумными инвестиции. Люди Строганова скупали гигантские участки земли там, куда нормальный дворянин не поехал бы даже в ссылку. Глухие болота, промерзшая тундра, территории, максимально удаленные от любых транспортных артерий и, что самое главное, лишенные даже намека на пылевые аномалии. В светских салонах откровенно ржали. Графа называли сумасшедшим, поймавшим звезду после удачных военных контрактов.

Смех оборвался очень резко. В тот самый день, когда юный граф Гончаров и молодая княгиня Юсупова — верные цепные союзники Аудитора — принесли в Имперскую Канцелярию увесистые папки с документами. Это была не стандартная процедура в службе лицензирования и регистрации патентов, где информацию можно было купить за взятку. Это было прямое утверждение патентов через Канцелярию Трона, что само по себе означало прорывные технологии.

Двигатели внутреннего сгорания⁈ Старые князья, узнав об этом, лишь брезгливо морщились. Жечь мертвую органику, когда есть элегантные пылевые реакторы? Тупиковая ветвь, архаика, удел нищих стран, не имеющих доступа к аномалиям.

Но Строганов не собирался спорить. Он просто выкатил на полигоны Военного министерства первые партии тяжелых армейских грузовиков с ДВС. Машины рычали, дымили, пахли соляркой и маслом, но они делали то, на что была способна пылевая техника, плюс кое-что сверху. Они бесперебойно работали в условиях жестких температурных перепадов, их можно было чинить в поле кувалдой и ключом на коленке, а главное — они не глохли при приближении к границам аномалий, где «дикая» Пыль сводила с ума сложные артефактные контуры. И стоили эти железные монстры в разы дешевле пылевых аналогов.

А затем ловушка захлопнулась окончательно. Оказалось, что те самые «бесполезные» болота скрывают колоссальные запасы нефти. Заработали буровые вышки, потянулись нитки трубопроводов. Причем станции переработки собирались из модулей прямо на местах, что резало логистические издержки до минимума. Строганов не просто создал альтернативный источник энергии для армии — он создал замкнутую экосистему, полностью независимую от старого дворянского пула.

И вот теперь, когда акции пылевых синдикатов просели минимум на треть, а некоторые «уважаемые» люди, попытавшиеся сыграть на понижение против конгломерата, потеряли целые состояния, Сенат истерил.

Триана перевела взгляд на Алексея. Цесаревич сидел в глубоком резном кресле, расслабленно откинувшись на спинку. На его лице застыла маска вежливого, почти скучающего внимания. Он смотрел на выступающего за трибуной князя Шаховского — грузного мужчину с багровой от гнева шеей, который сейчас буквально брызгал слюной, сотрясая воздух пафосными речами.

— … это прямая угроза экономической безопасности государства! — надрывался Шаховский, потрясая зажатыми в кулаке листами с отчетами. — Ваше Императорское Высочество, господа сенаторы! Мы наблюдаем беспрецедентное формирование агрессивной монополии! Конгломерат графа Строганова сознательно дестабилизирует рынок энергоносителей! Они никого не пускают в долю! Требования их службы безопасности при попытке войти в совместные предприятия нарушают все мыслимые нормы дворянского достоинства! Нас заставляют проходить проверки, словно мы не дворяне, а подозреваемые в жандармском управлении!

По залу прокатился гул одобрения. Многие сенаторы, чьи кошельки за последнюю неделю изрядно похудели, закивали, переговариваясь в полголоса. Отсутствие самого Императора на заседании давало им ложную надежду на то, что можно продавить ситуацию, сыграв на мнимой неопытности Наследника.

Триана едва заметно улыбнулась. Наивные. Они до сих пор думают, что Алексей — это просто представитель Трона, а не архитектор всей этой мясорубки.

Шаховский продолжал распинаться, требуя государственных компенсаций за «выпадающие доходы» пыледобывающих гильдий и настаивая на принудительном отчуждении части нефтяных месторождений Строганова в пользу «традиционных поставщиков военного ведомства» ради так называемой «справедливой конкуренции».

Цесаревич дождался, пока князь сделает паузу, чтобы набрать в легкие воздуха для очередного пассажа.

— Вы закончили, князь? — негромко, но так, что звук мгновенно разлетелся по притихшему залу, спросил Алексей.

Шаховский осекся. Тяжелый, холодный взгляд Романова не предвещал ничего хорошего.

— Я высказал позицию тридцати двух уважаемых семей Империи, Ваше Высочество, — слегка сбавив тон, но все еще с вызовом ответил