Битва за Юкатан - Алексей Птица

* * *

Генерал Игнасио Браво сидел в походной палатке, склонившись над картой Юкатана, которая больше всего походила на пятна акварели, чем на военный документ. Территории крусоб на ней были обозначены сплошным зелёным пятном с редким вкраплением мелких точек селений, и одной крупной, упирающейся в самый центр, под названием Чан-Санта-Крус.

Карта была старой, потрёпанной, с ободранными краями, и ориентироваться по ней казалось возможным разве что примерно. Её масштаб не позволял указывать ни троп, ни болот, ни карстовых пещер или мангровых зарослей, где легко потерять не только отряд, но и самого себя. Никто не исследовал эту часть Юкатана всерьёз, разве что в стародавние времена, но тогда карт никто толком не делал, а те, что делали, оказались годны лишь для того, чтобы разжигать ими костры.

Генерал вздохнул, достал из кармана форменного кителя платок и вытер им вспотевшую шею и лоб. Влажность и духота стояли страшенные, и выдержать подобные изыски джунглей в его возрасте становилось всё труднее. Он чувствовал, как каждый вдох даётся с усилием, как пот стекает по спине, пропитывая мундир, и как глаза устают от тусклого света, еле проникающего сквозь плотную ткань палатки. А тут ещё и наступление.

Мысль его прихотливо извернулась и, уйдя от образа карты, перенеслась к некоему субъекту, которого звали Эрнесто де Ланда, и который сейчас находился где-то в самой гуще сельвы. Браво знал о нём немного, но и того, что знал, хватило, чтобы насторожиться. Этот человек появился из ниоткуда, получил звание, собрал отряд и теперь воевал с крусоб так, как будто только и занимался этим всю жизнь.

Генерал по мере возможностей навёл справки о нём, но узнал лишь то, что де Ланда негласно поддерживают члены «Божественной касты», хотя и далеко не все. Те, кто отнёсся к нему прохладно, не спешили говорить об этом открыто, предпочитая держать своё мнение глубоко при себе. Браво понимал, что с этим Ланда всё сложно, и подобный расклад сил в юкатанской элите его весьма радовал. Значит, этого де Ланда можно использовать в своих собственных целях, если приманить чем-то. Тем более, что ему присвоили звание капитана просто так, а это уже настораживало. Лейтенанта он вообще заочно получил, и почти сразу звание первого капитана, минуя звание «второго капитана». Приказ был подписан в Мехико лично военным министром, и это уже само по себе говорило о многом. Дальше — больше. Звание майора он получил мгновенно, как будто кто-то ждал, когда он соберёт отряд в пятьсот человек, что по меркам Юкатана весьма существенно. И звание подполковника ему присвоят в случае победы — это как пить дать, гм.

В глубокой задумчивости генерал Браво провёл пальцем по карте, очерчивая область, где, по его расчётам, должен сейчас находиться отряд де Ланда. Он знал, что дальше всё зависит от того, как он, генерал Браво, сможет подать всю ситуацию. Если де Ланда окажется полезным, он походатайствует за него перед военным министром, особенно если ему от этого тоже что-нибудь перепадёт. А пока…

Он откинулся на спинку стула, чувствуя, как усталость давит на плечи. Его взгляд вновь упал на карту, и он подумал о том, что этот де Ланда может стать либо его самым полезным союзником, либо самой большой головной болью. Всё зависело от того, сможет ли он доверять этому человеку и насколько тот готов идти до конца.

Додумав эту мысль, генерал взял перо, обмакнул его в чернила и, нахмурившись, начал писать короткое письмо, которое должно уточнить его планы на предстоящую кампанию. Время не ждало, и он хорошо понимал, что каждый день, проведённый в бездействии, мог стоить ему победы. Закончив писать, он отложил перо, и его пальцы, старые и уставшие, на мгновение замерли над бумагой.

Где-то за стенами палатки слышались голоса солдат, шум готовящегося к походу лагеря, и эти звуки напоминали ему о том, что война не станет ждать, пока он решит, кому доверять. Внутри у него закипало раздражение, смешанное с любопытством, и он знал, что должен принять решение, которое определит дальнейший расклад событий. Он сжал перо и дописал письмо, чувствуя, как каждое слово ложится на бумагу с той же тяжестью, что и на его плечи.

Наконец, запечатав конверт сургучом, Браво откинулся на спинку походного кресла. Дерево жалобно скрипнуло под его весом, возмущаясь на своём языке. Генерал закрыл глаза, давая себе передышку от назойливых мыслей, но они не унимались, сворачивая с троп войны на тропы куда более мирные, но от того не менее запутанные. Да, он стар, и ему нужен покой. Настоящий покой, который можно купить только землёй и тишиной. Не этой духотой, не этим комариным звоном, не запахом пота и пороха, а настоящим комфортом в солнечной прерии.

Он родился в сухой, выжженной солнцем северной Мексике, но у него всегда была мечта жить в зелёном, влажном штате Оахака. Там, среди гор и долин, где воздух пахнет кофе и цветущими деревьями, он мог бы провести свои последние годы в спокойствии и комфорте. Поместье, которое он присмотрел, было заброшенным, но ещё крепким. Стоит вложить деньги, и оно засияет заново: белые стены, красная черепица, апельсиновые рощи, а главное — тишина, которую не нарушают ни выстрелы, ни крики.

Президент Диас, несомненно, вознаградит его. Браво знал это. Порфирио Диас умел быть благодарным, но его благодарность всегда являлась практичной. Он не давал деньги из казны, предпочитая отдариваться землею согнанных со своих мест общин индейцев, льготами или доступом к ресурсам, которые ты сам должен разрабатывать, как говорится, за свой счёт.

Денег он давал мало, предпочитая платить возможностями, а не звонкой монетой. Полученные территории придется ещё обустраивать, вкладывать средства, находить управляющих, договариваться с соседями. Но генерал хорошо понимал, что в таких делах без правильного совета можно и прогореть, увязнув в налогах и бюрократии.

Поэтому ему нужен человек, который разбирается в местных делах, тот, кто знает местную сельву, умеет считать деньги и не боится грязной работы. Возможно, это будет кто-либо из местных, не связанных с армией, или, наоборот, тот, кто уже доказал свою лояльность и смышлёность, например, этот новый майор, де Ланда, ведь в подарок Диас презентует ему местные земли, и их также нужно осваивать.

Конечно, больше всего земельных наделов получит он, генерал Браво, но это сельва, и её трудно победить. Она наступает тогда, когда человек отступает, и все