Битва за Юкатан - Алексей Птица

первую очередь необходимо не ему, а де Ланда. Это в его интересах прибыть к нему для разговора, выслушать, согласиться на условия или попытаться их оспорить. Браво знал цену времени и не собирался тратить его на пустые волнения. Впрочем, он уже получил от него телеграмму, присланную из Мериды, что его немного удивило. Хотя какая разница, где шастает эта Тень Кукулькана, лишь бы не в Мехико.

Через несколько дней, с самого утра, в дверь его кабинета в штабе федеральной армии постучался адъютант и доложил, что к нему прибыл подполковник де Ланда.

— Зови его, — ответствовал генерал и потянул на себя внутренний ящик стола, в котором лежала папка с приказом военного министра о присвоении подполковнику Эрнесто де Ланда очередного звания — «полковник». Кстати, второй фамилии де Ланда почему-то нигде не указал. В документах он фигурировал просто как Эрнесто де Ланда, без упоминания материнской фамилии.

Возможно, это было упущением, а возможно и намеренным шагом, чтобы отрезать прошлое. Браво не знал, и его это не интересовало. Обычно таких людей вызывали в президентский дворец для вручения погон, но в данном случае Порфирио Диас не счёл это нужным. Военный министр прислал погоны и приказ с нарочным, и затягивать это дело не стали, потому что уже и без того прошло почти полгода, и близился 1899 год. Кроме приказа о присвоении звания в том же ящике лежала и медаль за Кастовую войну в серебре. Неплохая награда для безвестного офицера, но зато хорошо отличившегося в бою.

В это время в кабинет вошёл Эрнесто. Он выглядел иначе, чем при их последней встрече: та же собранность, та же прямая спина, но в движениях появилась иная уверенность, не та, что даётся войной, а та, что приходит, когда человек знает, чего он хочет. Браво оглядел его, отложил папку в сторону и указал на стул.

— Садитесь, — сказал генерал, и в его голосе послышалась едва заметная усмешка. — Вы знаете, что вы уже полковник? Поздравляю с повышением. Хотя, полагаю, вы уже знаете о приказе?

— Нет, не знал, — ответил де Ланда, садясь. — Поэтому это известие для меня очень неожиданно. Благодарю вас!

— Я вам говорил, что это в моих силах, и раз я сказал, значит, сделал! — и генерал довольно откинулся на спинку кресла, так, что старое дерево скрипнуло под его весом. — Вы выполнили свой договор, а я свой. Это весьма приятное известие для вас. Вот сам приказ о присвоении вам звания «полковник». Вы его заслужили, и это всё, что я могу сделать для вас по вашим заслугам. Ах да, совсем забыл. Президент решил учредить медаль за Кастовую войну. Вам досталась в серебре, гордитесь ею. Вот она.

Генерал счёл за нужное встать. Он крикнул адъютанта, и тот, появившись в дверях, протянул ему плоскую коробочку, обитую тёмно-синим бархатом. Браво открыл её и извлёк медаль — серебряный крест на ленте цветов мексиканского флага. Он подошёл к де Ландо, и тот поднялся ему навстречу. Генерал приколол медаль к его сюртуку, чуть ниже левого лацкана. Булавка вошла в плотную ткань с усилием, и де Ланда выдержал, не дрогнув.

Затем он взял со стола погоны, новенькие, с тремя серебряными звёздами и золотым шитьём. Он протянул их Эрнесто, и тот принял их обеими руками, как принимают оружие или знамя. Погоны оказались тяжелее, чем он ожидал, Браво пожал ему руку, коротко, крепко, без лишних слов.

— Поздравляю, полковник, — сказал он, и в его голосе мелькнуло довольство сделанным, но очень небольшое.

Он вернулся за стол, тем самым показав, что церемония закончена. Де Ланда поняв это занял своё прежнее место на стуле.

— А теперь давайте к делу. Вы же получили моё письмо? И, полагаю, приехали не только за погонами?

— Да, сеньор генерал, так и есть. — Ваши предложения для меня интересны. Иначе бы я не приехал.

Браво чуть усмехнулся, и в этой усмешке мелькнула тень одобрения. Он не любил пустых разговоров, и этот человек ему нравился всё больше тем, что не тратил времени на лишние церемонии.

— Не сомневаюсь, — сказал он и, наклонившись вперёд, положил руки на стол, как будто собирался сказать что-то, что не предназначено для чужих ушей. — Мои люди захватили много пленных. Слишком много, и их нужно куда-то девать. Кормить их за счёт федеральной казны я не намерен, да мне это и не позволит никто. Отправить их обратно в джунгли я тоже не могу, ведь они снова возьмутся за оружие, и через год всё начнётся сначала. Я не для того воевал пятьдесят лет, чтобы оставить после себя тлеющий уголёк.

Де Ланда кивнул, понимая логику генерала, но по его лицу было видно, что он не разделял её, хоть и понимал. Пленные являлись обузой, и Браво хотел превратить эту обузу в ресурс.

— Согласен, — сказал де Ланда. — Вам уже поступили предложения от других асьендадос?

— Да, — Браво поморщился, как от зубной боли. — Предложений много, но все они хотят получить людей за копейки, и ни один из них не проливал крови в этой войне. Ни один! Они сидели по своим усадьбам, считали доходы с хенекена и ждали, когда мы сделаем за них грязную работу. А теперь пришли делить добычу, — он подался вперёд, и его глаза сузились. — Так что у вас есть преимущество перед ними.

— Преимущество в цене? — спросил де Ланда внимательно глядя на него, и явно понимая, куда клонит генерал.

— Нет, — Браво усмехнулся, и в этой усмешке не имелось ни капли тепла. — Цену я поставлю больше, чем они хотят дать. И в то же время не настолько много, чтобы вы не смогли её заплатить, — он помолчал, давая словам осесть. — Вы проливали кровь вместе с моими солдатами, и помогли взять Чан-Санта-Крус. Вы знаете этих людей, и что важнее всего, — он сделал паузу, и его голос стал тише, почти интимным, — вы не станете их убивать. Я видел, как вы обращаетесь с индейцами. Вы не садист и не палач. Вы не будете морить их голодом и не станете вешать на деревьях для устрашения. Вы дадите им работу, возможно, они даже выживут. Не все, конечно, иначе, вам просто не вернуть затраченные на них деньги, но пусть они лучше принесут пользу вам, чем им…

Де