Кровь и дурман - Наиль Эдуардович Выборнов

Припарковал машину и вышел. Ну что же, вот-вот я узнаю все — не зря ли была эта резня.

Майк Коппола сел за руль лично. Ехать было недалеко, а народу было достаточно, так что за успех миссии он не беспокоился, но его терзала всего одна мысль — надо искупить вину. Не спасти, не выполнить приказ, а именно смыть с себя тот позор, который лег на него. В тот момент, когда босс ворвался к нему с оружием и приставил ствол к его лбу, Майк успел попрощаться с жизнью. Потому что ему было нечего ответить боссу.

Он доверил его семью человеку, которому сам доверял полностью. Да, сперва у них был конфликт, но потом Катания показал себя как надежный и исполнительный человек. Он заносил долю гораздо больше остальных, к тому же он был родней старому Чиро Терранове, приходился ему племянником через жену.

Но он оказался предателем, а значит Майк доверился не тому человеку. И совершил ошибку, которая могла стоить жизни жене и маленькому сыну дона. И это было непростительно.

Единственное, что могло спасти их — это внезапность. Китаезы наверняка готовы к атаке, потому что понимают, что Чарли может узнать, где они находятся, и приехать туда. И их должно быть немало.

Дом на углу Уайт-стрит и Кортленд выглядел ничем не примечательно — это было обычное трехэтажное здание, потемневшее от времени. Хотя было кое-что интересное — это то, что на первом этаже вместо стекол были просто ставни, деревянные. Но это в других районах города было редкостью, а в Чайнатауне — нет. Тут жили даже беднее, чем в Гарлеме. А может быть, просто таковы были китайские традиции.

Возле входа в здание стояло несколько китайцев. Двое курили. У еще одного в руках был дробовик — он держал его так, явно не опасаясь ни полиции, ни кого-то еще. Впрочем, полиция на улицах Чайнатауна была редкостью, его полностью отдали на откуп местным. А если и встречались, то были еще более коррумпированными, чем в других районах города.

— Поли, — сказал Майк. — Сейчас я проеду мимо, ты должен убрать всех троих.

Поли послушно закрутил ручку, опуская стекло. Когда машина поравнялась с китайцами, он высунулся в окно и открыл огонь из своего Томпсона. Загрохотали выстрелы, оглушив Майка, на него высыпалось несколько гильз, а китайцы попадали друг на друга. Тот, что был с дробовиком, выпустил его.

То, что китайцы были вооружены, уже давало понять, что дело тут нечисто. А даже если бы это были какие-то случайные парни, то Майку все равно было бы наплевать. Он понимал, что после сегодняшнего район будут зачищать, и тогда здесь прольются настоящие реки крови. И случайно убитых, просто попавших под руку, будет немало.

Коппола повернул руль и выехал на тротуар, вторая машина остановилась позади них, третья — чуть в стороне. Он открыл дверь и вышел первым, одновременно с этим доставая пистолет, и побежал вперед, в сторону входа в дом. Выстрелил пару раз прямо через дверь, после чего всем телом врезался в створку, ворвавшись в дом.

Увидел китайца, который стоял у входа — он успел вытащить пистолет, но пока не успел прицелиться. Навел ствол пистолета ему в грудь и выстрелил дважды — тот повалился куда-то в сторону, улегся поперек прохода в подвал. И тут же получил еще одну пулю — уже в голову.

Майк на бегу наклонился, подобрав пистолет в пару своему, взял его в левую руку. С левой он умел стрелять, пусть и не так хорошо, как с правой. Он все-таки был в первую очередь боевиком, пусть в последнее время ему и приходилось заниматься легальным бизнесом.

Дверь внизу распахнулась, и оттуда тут же открыли огонь из «Томпсона». Пули полетели вверх, рикошетя от стен и потолка, визжа и выбивая искры. Остальные спрятались справа. Один из парней — еврей, вооруженный дробовиком, посмотрел на Майка, и тот кивнул.

Китаец всего на секунду перестал стрелять, еврей высунулся и высадил несколько патронов, быстро дергая цевьем дробовика. Когда Майк высунулся из своего укрытия, то увидел, что китайца отшвырнуло назад, и он заклинил своим телом дверь, не давая ей закрыться. И в двери заметил несколько дыр, которые оставила крупная картечь.

— Внизу сын и жена дона! — сказал Майк. — Будьте осторожны!

Они рванулись вниз, при этом Коппола снова побежал первым. Он перескочил через труп китайца и оказался в темном помещении, освещенном только масляной лампой — здесь даже не было электричества, это был совсем бедный квартал.

На секунду он оказался ослеплен — глаза после дневного света не привыкли к темноте.

Справа вспыхнуло — это был выстрел. Майка чуть толкнуло в сторону, но он сумел удержаться на ногах, повернулся и выстрелил. Звук выстрела отразился от стен подвала, ударил по ушам.

Майк услышал звук падающего тела. Откуда-то спереди вновь послышались выстрелы, засверкали вспышки. Майк рванулся в сторону, к колонне, за которой можно было спрятаться, правую руку резануло болью, пистолет выпал из нее. Он вскинул тот, что был в левой, выстрелил дважды — в ответ снова прилетело.

Позади послышался мат на идише, снова звук падающего тела. Майк развернулся и увидел, как один из евреев упал на землю, а второй потащил его в сторону, в укрытие.

Тот, что был с дробовиком, снова выстрелил в темноту, и на этот раз вспышка оказалась такой яркой, что ослепила Копполу — просто сноп искр вырвался из ствола.

Что-то заголосили на китайском, высоким голосом, на протяжной ноте — наверное, это кто-то из них был ранен и теперь звал маму в надежде, что она поможет. Но нет, никто ему не помог бы, потому что живых китаез в этом подвале не останется.

Снова послышались выстрелы, и стрельба спереди прекратилась. Майк правой рукой, которая едва сгибалась, потрогал бок — текла кровь, и чувствовалась боль. Его ранили и ранили серьезно — это понятно.

Он двинулся вперед, чуть прихрамывая, голова кружилась. Люди уже ушли вперед, оттуда послышался еще один выстрел, потом еще. Майк добрался до двери, ведущей в следующее помещение, вошел и увидел еще двоих китайцев, что лежали на полу. Врагов вроде бы больше не было.

— Гэй! — крикнул Майк, сам не узнав своего