Звездные Рыцари. Книга 3 - Юрий Винокуров

Тем, кто шёл к «Гамме-4» с юга и с востока, повезло. Колонна Содружества вошла под чистое небо раньше и уже грузилась, а Драконы спустились с хребта ещё на прошлой неделе. А вот северные колонны Лиги были ещё в пути.

Одну из них Арбитр видел на самом краю чистого неба. Колонна с тачками и носилками заметила стадо и встала. Люди сбили тачки в круг, затащили носилки с ранеными внутрь и встали вокруг с оружием. Стадо накрыло круг и, не задерживаясь, пошло дальше, к «Гамме-4». Когда оно прошло, на том месте остались только перевёрнутые тачки. Людей не было вовсе, ни живых, ни мёртвых.

За двое суток так исчезли четыре группы, семьсот человек. Из северных колонн до поля «Гаммы-4» дошли двести пятьдесят.

«Гамма-4» держалась. Гарнизон стоял на стенах, а за стенами, на поле, модули садились и уходили вверх, прикрывая защищающуюся базу огнем своих турелей, что и позволило людям выстоять. Голос Грейна звучал в эфире раз в несколько часов, хриплый и короткий, каждый раз докладывая о количестве эвакуированных. Сто пятьдесят человек гарнизон потерял на стенах, но посадочное поле удержал.

К счастью, другого Пастыря с ордой не было, судя по всему, он управлял стадом дистанционно, поэтому собранные со всей округи твари полегли все до одной. Остальные, во главе с самим Пастырем, судя по всему, не успевали.

Пятнадцатого июля, в последний вечер перед Перезагрузкой, связист «Гаммы-4» прочитал эсквайру последнее послание. Было оно самым коротким из всех, и главной строкой в нём стояло: «Последний модуль ожидает вас до рассвета».

Связист дочитал, и канал должен был умолкнуть. Вместо этого в нём щёлкнуло, и заговорил другой голос, хриплый и усталый.

«„Браво-7“ на связи…»

Короткая пауза, и тот же голос добавил:

«Иди и победи, рыцарь!»

Больше в канале не было ничего, одна пустая несущая. Арбитр прогнал эти слова через всё, что у него было. «Браво-7» по реестру Лиги значилась первой базой коменданта Грейна на этих Играх и на перекличках давно не отвечала.

«Рыцаря» не нашлось нигде. Рыцарей на поверхности Скверны не было ни одного, их туда не спускали, чтобы они не умерли, а эсквайр по законам Империи рыцарем называться не имел права. Слова не были ни позывным, ни приказом, ни кодом Лиги. Каждое из них по отдельности Арбитр знал, а вместе они звучали так, будто комендант вдруг заговорил на чужом языке. Кому это было сказано, Арбитр догадывался. Что именно было сказано, он не понимал.

— Коменданта поднять последним модулем, — сказал Инквизитор, помолчав дольше обычного. — И сразу же ко мне на мостик.

Последние модули поднимались в небо всю ночь. Буря вокруг чистого неба в ту ночь вела себя беспокойно, рвалась то тут, то там, и в одной из прорех к северу оптика нашла людей. Сто человек, а может, чуть больше: прореха затянулась раньше, чем оптика закончила счёт. Шли они к «Гамме-4», и расстояние с их темпом Арбитр сложить успел. До рассвета они не успевали, и не успевали сильно. Но продолжали идти.

Последний модуль ждал на поле до последней минуты. Эсквайр Виктор из клана Ястребов к нему так и не пришёл. Но пришёл Грейн.

На рассвете сто двадцать вторых суток с начала Игр Возвышения последний модуль оторвался от поля «Гаммы-4», и почти сразу небо над базой закрылось. Буря сошлась над предгорьями плотно, без единого просвета.

— Сто двадцать вторые сутки наблюдения, — сказал Арбитр. — Небо над «Гаммой-4» закрыто. Эвакуация завершена. Ход Игр…

На этом слове Арбитр снова запнулся. Он не знал, что сказать. Зато теперь у него были цифры, и Арбитр продиктовал их как отчет.

— За тринадцать суток открытого неба, со сто девятых по сто двадцать вторые сутки наблюдения, поднято на борт двадцать семь тысяч триста девяносто шесть инициированных. Содружество Равных — девять тысяч сто девяносто шесть. Золотая Лига — пятнадцать тысяч двести тринадцать. Протекторат Драконов — две тысячи девятьсот восемьдесят семь. Чёрная Уния, Единая Республика, Конфедерация Ориона, Альянс Внешних Миров — ноль. На поверхности в момент закрытия неба живыми оставались, по последним докладам, до тысячи ста человек, из них до тысячи у Содружества Равных. Численность инициированных в зоне Чёрной Унии не установлена.

Грейна привели, когда Скверна уже закипала. Вели его двое стражей Инквизиции, два Рыцаря в полной броне, хотя нужды в этом не было никакой: Грейн шёл сам, в той же грязной форме, в которой, похоже, провёл на стене последние двое суток, с перевязанной рукой, и шёл он с прямой спиной и высоко поднятой головой. На мостике он посмотрел сначала на Инквизитора, потом на Арбитра, коротко кивнул обоим и перевёл взгляд на главный экран. Инквизитор отступил на полшага, освобождая ему место. Арбитр это видел и решил, что ему показалось.

Буря, которая сто двадцать два дня прятала от Арбитра Мёртвый мир, теперь рвалась на куски сама. Прорехи открывались по всему восточному континенту, десятками, и не затягивались, и сквозь них было видно, как шевелится поверхность. На части поверхности планеты сама земная твердь шла складками. Хребет на востоке, через который шли Драконы, ломался и вставал заново, и снег с его вершин сползал в долины. Реки уходили из своих русел. Там, где стояли брошенные базы, земля проседала и вспучивалась, и базы уходили в неё вместе со стенами и вышками. А между складками одна за другой вспыхивали элериумные зоны, и золото их расползалось по рыжей равнине, сливалось и горело там, где утром ещё ничего не было.

Спутники над западным континентом передавали на «Истину» то же самое. Приборы мостика показывали постоянно усиливающийся фон, и цифры на них менялись быстрее, чем он успевал их читать.

Где-то на юго-востоке была «Альфа-1» Содружества и тысяча человек, которые так и не подняли свой плацдарм. Где-то к северу от «Гаммы-4» шла сотня граждан Лиги, которой не хватило одной ночи. Арбитр смотрел туда, и ему внезапно было… тяжело.

Грейн смотрел в другую сторону. Арбитр проследил его взгляд по карте. Комендант смотрел южнее «Гаммы-4», на сектор «Браво», туда, где у реки стояла «Браво-7», база, именем которой он назвался вчера в эфире. Смотрел он долго и очень внимательно, так, как смотрят на знакомое место. К слову, местность вокруг «Браво-7» не изменилась. Скорее