Пенрик и Дездемона. Книга 3 - Лоис МакМастер Буджолд

Аделис покачал головой.

– Иногда я гадаю… – Он выпрямился, собираясь с духом, чтобы отдать необходимые неприятные приказы, и позвал своих адъютантов.

Прежде чем покинуть скрипторий, Пен схватил перо, бумагу и чернила, чтобы поспешно набросать письмо Никис и предупредить ее о недавно открывшейся опасности.

…Сразу же сделай укрытие, из кисеи либо марли, для колыбели Флорины. Прочно закрепи его по краям, чтобы ни одна муха не пробралась. Если найдешь ткань, сделай такие же пологи для всех кроватей. В более тесных деревянных домах в кантонах можно было затянуть марлей окна, чтобы защититься от насекомых, но открытая седонийская архитектура Орбаса к этому не располагала. И все же. Расскажи про этот фокус соседям с детьми. Он на мгновение задумался. Нет, расскажи всем. Убивай всех слепней, которых увидишь в доме, но не голыми руками. Я вернусь, как только… Он вычеркнул последнюю строчку. Я не знаю, когда смогу вернуться. Скорее всего, работы станет еще больше, но, возможно, мы найдем способ положить этому конец.

А потом еще одно письмо военному врачу в приграничный форт, с описанием новых открытий Пена, синего слепня и решительных рекомендаций по сдерживанию инфекции. Он надеялся, что к настоящему моменту они нашли себе чародея, который одобрит его совет, не говоря уже о том, что сможет претворить его в жизнь. В противном случае все это больше напоминало бред сумасшедшего. И – Пен подавил стон – кто-то должен осмотреть весь путь через Орбас, по которому кавалерия Аделиса преследовала русиллийцев… Напоследок Пен набросал короткую записку Толге, которой хотя бы не требовалось столько объяснять.

Он сунул все три письма в руки клерку Аделиса, потребовал отправить их немедленно и поспешил в госпиталь.

* * *

Реде и Дубро вместе выходили из палаты, когда Пен вбежал в больничный двор.

– Где ты был? – В голосе Реде слышался гнев, какой рождается только из страха. – Мы ждали тебя несколько часов назад!

Пен подскочил к нему, схватил за руки и закружил.

– И я с толком провел это время! Реде, я расколол этот орешек!

Ну, в теории. Практика окажется сложнее, но так всегда и бывает.

Реде высвободился и уставился на него так, будто он спятил. Наверное, Пен и выглядел безумным. Воодушевление давно не посещало тех, кто здесь работал.

Пен нетерпеливо вытащил своих слепней и повторил рассказ. Двое мужчин придвинулись ближе, бывший фермер Дубро первым понимающе закивал. Пен нерешительно изложил Дубро то, чего не стал рассказывать Аделису: более полную версию того, что они с Дез пережили у алтаря Бастарда в Тино.

Глаза Дубро расширились.

– Вы думаете, вас коснулся бог?

– С учетом сущности Бастарда, никогда не знаешь наверняка. Но Дез отреагировала так, как реагирует на божественное, а именно отступила. Съежилась, если быть точным.

Нет нужды в грубости, фыркнула она.

– И укус слепня, – Пен помахал левой рукой, – очень в духе Его шуток.

Реде поймал руку Пена и с профессиональным любопытством изучил рану, которая наконец начала покрываться запекшейся коркой. Разглядев вблизи кровавые пятна на тунике Пена, врач нахмурился.

– Это твоя кровь? Не пациента?

– Шаманская магия – еще одна дисциплина, о которой я с радостью подробно расскажу тебе…

– Надо полагать, – пробормотал Реде, который достаточно близко узнал Пена.

– Но не прямо сейчас. Сначала я должен отвести Дубро… нет, сначала я должен… нет, сначала… – Пен умолк, сделал глубокий вдох, на мгновение задержал его и начал снова: – Сначала я должен сделать обход и посетить самых тяжелых пациентов. Потом – отвести Дубро в конюшни кавалерии и показать, как находить больных лошадей. Это не придаст нам популярности, и потому я должен убедиться, что все понимают: ответственность лежит на мне, а не на нем.

– Если кто-то будет жаловаться, запиши имена, – мрачно сказал Реде. – Я привлеку их в качестве сменных медбратьев. Так они быстро поймут, что к чему.

Пен кивнул, понимая, что это отнюдь не шутка.

– Я могу лечить больше пациентов? – спросил Дубро. – Думаю, Маска справится.

– Нет. Ну, может быть. Если эта зараза когда-нибудь кончится, возможно, я могу не следить так пристально за выносливостью вашего демона. Но первая ваша обязанность – отделять больных лошадей и уничтожать слепней, потому что это избавит нас от новых случаев.

– Как быстро? – напряженно спросил Реде.

– Точно не знаю, но сейчас понимаю, что это уже начало происходить до того, как кавалерия вернулась со своими больными – людьми, лошадьми и паразитами – и начала все заново. – И русиллийцы, нельзя про них забывать. – Должно быть, я убил всех синих слепней в форте вместе с прочими, когда впервые избавлялся от хаоса. Период, который понадобится болезни, чтобы развиться в последнем укушенном, станет нашей финальной точкой.

До тех пор, пока не прилетят новые слепни из укромных уголков, где они плодились – в Тино, речной долине и, о боги, Вилноке. Зараженные животные в деревне и городе станут более серьезной проблемой, чем в форте, поскольку никто не захочет отдавать своих любимцев без серьезных признаков болезни.

Генерал Арисайдья не обладал прямыми полномочиями отдать такой приказ гражданским, и Пенрику придется обратиться с этой проблемой к герцогу Джурго. Аделис, да благословят его боги, сразу же отклонял запросы герцога и защищал Пена от требований посетить дворец, используя совершенно правдивое оправдание: чародей тесно контактирует с больными и не должен туда входить. Если бы кто-то из семьи, придворных или слуг герцога заболел синюшной лихорадкой, приоритеты Пена, без сомнения, сразу бы изменились без его согласия. Убедить Джурго оплатить забой животных из своего кармана… проклятье, покровителю Пена это не понравится. Надо добавить этот пункт в список дел. К прочим.

Реде ахнул. Вновь схватил левую руку Пена и наклонился, вглядываясь в укус.

– Последний укушенный. Это ты?

– Э-э…

В возбуждении от своего открытия Пен даже не подумал, что к божественному откровению прилагалась болезнь. Мог ли белый бог позаботиться о том, чтобы Пен не упустил намек, послав ему зараженную муху? Он боялся, что ответ на этот вопрос звучал так: Разумеется.

Будь осторожен в своих молитвах, вздохнула Дез.

– Пока рано говорить, – сказал он Реде и встревожившемуся Дубро. – Но в любом случае Дез сможет исцелить меня так же, как мы исцеляем других. Однажды она исцелила трещину в моем черепе и провела трепанацию, чтобы удалить кровяной сгусток. Конечно, проблема была в том, что все это время мне нужно было находиться в сознании…

– Кровь Матери, – выругался Реде. – Я хочу услышать эту историю.

– Позже, – пообещал Пен. – И лучше за галлоном вина. О. – Он повернулся к Дубро. – Возможно, этого не было в вашем обучении, но один чародей не может исцелить другого.