Песнь Таргитая. Гойда - Юрий Анатольевич Молчан

Взгляд Илуаны смягчился, улыбка раздвинула губы, но тут же опустила лицо, пряча ее.

- Добро, - согласился Тибок. - Мы доверяем тебе наши жизни. Веди! Да помогут нам боги!

Дойдя до тупика, где пробивается свет солнца, Каргот обнаружил наполовину заросший кустарником и вьюном сводчатый проход. В глаза ударило солнце, на миг ослепило после долгого блуждания в подземелье. Он положил ненужный более факел на пол, пинком откатил его к стене. Поправил на спине взятый у одного из куявских воинов лук и колчан со стрелами.

Когда глаза привыкли, Каргот обнаружил, что уже вечереет, в западной части неба висит теряющее яркость оранжевое солнце. Дальше тоже кусты, но из-за них донеслись голоса, конское ржание. Он быстро вскинул кулак, веля тем, кто позади, оставаться на месте, пока не разведает, в чем дело.

Пригнувшись, осторожно сделал несколько шагов, выходя из-под каменного навеса, скрытого в склоне холма, что упирается в густо растущий кустарник. Осторожно раздвинув ветви, посмотрел по сторонам. Шагах в десяти перед кустами шестеро артан, рядом пасутся кони.

Воины полуголые, под загорелой кожей тугие мышцы, выпирают буграми, словно там свернулись сытые удавы. У каждого на поясе боевой топор, у некоторых еще и швыряльные ножи. Кони пасутся, артане явно чего-то или кого-то ждут. До Каргота донесся обрывок разговора. Говорили трое.

- Думаешь, проедут тут?

- А хрен его знает! Чумак велел ждать здесь. Остальные отряды разослал по другим сторонам вокруг города. Беглецы могут вылезти из-под земли, где хочешь. Ушли через подземный ход! За ними отправили целый отряд, но бедолаги попали в ловушку. Храни Перун их храбрые души…

- Важные наверное!

- Беглецы-то? А то! Сам градоначальник с дочерью! Местный стражник, что открыл ворота, все выложил! Правда, его все равно на воротах распяли, ибо нехрен! Ха-ха-ха! Предатель, он и в лесах Славии — предатель. Подлая душонка.

Все трое гулко рассмеялись, принялись звучно хлопать друг друга по мускулистым спинам.

- Ладно, может, тогда костер развести, настрелять дичи?

- Идиот, какой костер! Дым нас выдаст. Лучше иди заляг на холме в траве, да осмотрись. Ежели что заметишь, свистни три раза!

- Добро! Пойду залягу!

- Говорят, с ними один из наших! Неужто предатель?

- Угу. Вроде как пленный. Как я понял, сотник — важная птица!

- Когда поймаем, его по косточкам раскатают в застенке прямо тут. Предателям нет прощения!

Каргот понимал, что времени мало, поэтому действовал быстро. Найдя удобное место, где меж ветками кустов нашлось окошко для стрельбы, положил колчан на землю, сам опустился на одно колено.

Надев на правую руку защитную кожаную рукавицу, принялся стремительно выпускать стрелы одну за другой. Тетива тихо вжикала, когда с нее срывалась в смертельный полет очередная стрела. Три первых попали ближайшим артанам в горло, там расцвели похожие на погребальные цветы, белые оперения. Четвертая стрела нашла еще одного. Следующая ударила в грудь пятому.

Шестой пригнулся, метнул топор. Каргот едва успел уйти кувырком в сторону, тоже выхватывая топор из ременной петли. Оставшийся в живых артанин пришпорил коня, намереваясь скакать прочь и донести, но в тот же миг воздух разорвал свист брошенного с большой силой топора. Тяжелое лезвие с хрустом врубилось в затылок. Артанин завалился на конскую гриву лицом вперед, разбрызгивая кровь.

- Вперед! Живо! - крикнул Каргот в подземный тоннель.

Обежав кусты, устремился к коням. Те по началу рванулись прочь, но артанин успел схватить под уздцы сразу четверых. Принялся поглаживать по мордам, успокаивая. Подоспела Илуана с отцом и оба куявских воина. Они настороженно озираются, ладони на рукоятях мечей. Илуана с Тибоком брезгливо посмотрели на лежащие на траве трупы с торчащими из них стрелами.

- Быстро сработал, - похвалил градоначальник. - Молодец.

- Что дальше? - спросил один из воинов.

- Артане! - сказал второй негромко, указывая в сторону. Каргот, Илуана и Тибок увидели облако пыли на дороге вдали. Там заметны двигающиеся ноги коней, мускулистые тела воинов, в руках на солнце поблескивают топоры.

- По коням! - велел Каргот.

Он первый ловко запрыгнул в седло. Конь легкий, на вид может развивать большую скорость, а сейчас это — то, что надо. Воины и Тибок с Илуаной тоже вскарабкались на коней.

- Скачите прочь от города вон к той роще, - сказал Каргот, указывая вдаль на восток. Там и встретимся. Или чуть дальше.

- А ты?! - воскликнула Илуана обеспокоенно. - Без тебя не поеду!

- Скачите! - рявкнул артанин. - Я их задержу и догоню!

- Обещаешь?? - спросила девушка, ее глаза отчаянно заблестели.

Артанин протянул ладонь, нежно взял ее за руку и легонько сжал. Их взгляды встретились.

- Клянусь! - сказал он. - А теперь — вперед! Скорее!

Воинам веско бросил:

- Берегите их как зеницу ока!

Посмотрев в след уезжающим спутникам, дольше всего задержал взор на Илуане. Затем развернул коня навстречу приближающимся артанам, тряхнул головой, нагнетая в сердце ярость. Навскидку насчитал дюжину воинов. Пришпорив коня, Каргот поскакал им навстречу.

Земля грохочет под копытами коня, мир вокруг превратился в две разноцветные, смазанные стены, подсвеченные золотом вечернего солнца. Всадники несутся навстречу, они все ближе. Пыль рассеялась, и Каргот различает лица артан. Смотрят со злым торжеством. В отличие от куявов, они всегда бреют бороду. Он и сам всегда так делал, но за время плена зарос щетиной, некогда было думать о бритье.

- Убить предателя!! - закричал скачущий впереди высокий артанин. - Гойда!!

- Гойда!! - отозвались остальные, их крики слились в один мощный и оглушительный.

- Смерть!!!

Управляя скакуном одними коленями, Каргот снял с плеча лук. Первая стрела со свистом разорвала воздух, унеслась вперед. За ней еще одна, и еще, и еще. С юности артан учили держать в воздухе до шести стрел одновременно. В Троецарствии нет стрелков искуснее их, разве что славы могут с ними тягаться. Но славы предпочитают не вступать в войны, а действуют дипломатией или когда победа очевидна, чтобы зря не лить кровь своих воинов или пролить как можно меньше.

У Каргота мелькнула горькая мысль, что Пуртан не щадит артанских воинов — сотни и тысячи погребальных костров пылают в Куявии каждый день, когда павшие артане отправляются в последний путь. А о куявах и говорить нечего —