Звездные Рыцари. Книга 3 - Юрий Винокуров

«Он умер?» — спросил я. Сам не знаю, почему спросил, ответ был очевиден.

«Он сделал то, что должен был сделать»

Ни да, ни нет. Я решил не уточнять. Высшие тем временем повернулись к Олегу.

«Подойди, дрожащий. Мы поможем»

Олег дёрнулся и посмотрел на меня, и в глазах у него был самый настоящий страх, человеческий и при этом вполне понятный. Ведь только что при нём из живого существа вынули что-то, существо это ушло под землю и не вернулось. И это «что-то», похоже, предназначено именно для него. Я и сам не знал, насколько им можно доверять. Хотелось верить, что можно. Но хотелось и много чего другого.

А в голове у меня заговорил Маршал, таким голосом, будто он снова посыпал голову пеплом.

«Древние артефакты. Именно так мы их и добывали, Виктор. Резали твар… их… и находили вещи, происхождение которых никто не мог объяснить. И гордились находками»

Я тут же вспомнил отца. Он как-то рассказывал, что в некоторых тварях Мёртвых миров находят артефакты. Не во всех, очень редко, и вещи эти стоят больше, чем иной клан. В подробности он не углублялся, может, и сам их не знал. Артефакты находили по всей Галактике, в древних руинах, на брошенных кораблях, в глубоких шахтах, и твари Мёртвых миров были лишь одним из источников, пусть и самым известным. Астральное Жало, родовое копьё Ястребов, клан добыл на каком-то Мёртвом мире так давно, что в семье уже спорили, сколько веков назад. И я никогда не задумывался, откуда оно там взялось. Из чьего тела…

Эта мысль меня разозлила, и я, кажется, от злости и ляпнул.

«Если с моим другом что-то случится, разговаривать мы больше не будем!»

Сказал и тут же пожалел, потому что стоило словам уйти, я понял, какую глупость спорол. Я угрожал существам, которые только что за один вдох залили мне резерв до краёв. Захотят, и раздавят нас троих, даже не отвлекаясь от разговора. Уши у меня загорелись, чего со мной не случалось лет с двенадцати.

И снова раздался добрый смех.

«Похвальный порыв, юный звенящий. Но будь спокоен. Мы поможем твоему другу»

Я выдохнул, подошёл к Олегу и положил руку ему на плечо.

— Я буду рядом, — сказал я. — Всё время.

Олег перевёл взгляд с меня на Высших и обратно и вдруг криво улыбнулся, по-своему, уголком рта.

— До конца?

Я вспомнил стол у кухни, миску каши и Гримма, который повторил клятву сейчас абсолютно серьезно.

— До конца, — улыбнулся я в ответ.

Олег кивнул и шагнул вперёд.

Чем-то вроде браслета, а приглядевшись я идентифицировал эту штуку именно так, занимались сразу трое Высших. Вещь, вышедшая из боевика, поплыла по воздуху к Олегу и вблизи я разглядел её поподробнее. Тонкий, тусклый, серо-золотой браслет, без единого узора, он больше походил на кусок проволоки, согнутый в круг, чем на древний артефакт. Высшие держали его своей Волей, и я видел, как лазурь вокруг них дрожит от напряжения. Манипуляция была сложной. Видимо, очень сложной.

Браслет коснулся запястья Олега и… вошёл в него! Прямо под кожу, как нож в масло, без крови, без раны, и лёг там кольцом вокруг запястья.

Олег закричал, и я рванулся к нему, но в голове у меня тут же раздался спокойный голос.

«Он выдержит эту боль»

И я остался стоять на месте, сжав кулаки так, что ногти впились в ладони. Олег кричал долго, пока крик не сорвался на хрип и не затих. При этом он стоял на своих ногах, хоть и согнувшись, держался за запястье и тяжело дышал.

А я посмотрел на него Источником. И мне открылось то, чего раньше я не замечал, хотя, как оказалось, смотрел на это каждый день.

Сначала я посмотрел в себя, потому что так было проще понять. Моя Звезда горела в груди, там, где когда-то, в самом начале на Скверне, крутился водоворот Источника. И сейчас я посмотрел на свою Звезду более пристально. Звезда сейчас налилась энергией, готовясь отдать часть её для формирования новой звезды, и её бесконечное вращение немного замедлилось. В результате чего явственно проступил ее настоящий контур.

Трехлучевая звезда!

Три луча, расходящиеся из одного центра, три грани одной вещи: Сила, Энергия, Разум. Лучи были равными, ровными, и между их концами, если приглядеться, будто бы натягивались невидимые нити, складываясь в треугольник, вписанный в круг. Звезда медленно вращалась, как вращается водоворот, застывший в три луча, и от этого вращения шёл ровный лазурный свет. Это была устойчивая фигура, её не нужно было держать, она держалась сама.

А потом я посмотрел на Олега…

У Олега в его Источнике пока что был только лишь контур. Контур зарождающейся Звезды, которую ни в коем случае нельзя было оформить здесь, в мертвом мире. Но я явственно видел, что когда эта «дефективная» Звезда у моего друга наконец зажжётся, это будет Звезда Разума.

У контура будущей Звезды Олега луч был один и это был «луч» Разума. Он сейчас проявлялся внутри Источника одиноко и криво, дрожал, как дрожит натянутая проволока на ветру, и на месте двух других лучей темнели трещины и обломки, как у кружки, у которой откололи ручку, и она теперь вечно подтекает. Вот она, значит, какая, будущая осколочная Звезда, вечно дрожащая и нестабильная. Осколком ее назвали не просто так.

И ещё я понял, насколько это тяжело — иметь подобный осколок. Когда она, наконец, оформится, то этот один-единственный луч надо держать всё время, каждую секунду, потому что фигура из одного луча стоять не желает, её всё время нужно удерживать. Вся медитация осколочников, о которой говорил Маршал, всё это вечное латание протекающих стенок, это и было удержание. Осколочники всю жизнь с ненужным усилием держат то, что у меня стоит само по себе.

А те, у кого два луча… ну, то есть — осколка? Самые сильные рыцари Империи, те, кто брал второе Созвездие? Им, похоже, было ещё хуже. Два луча не складываются в треугольник, два луча это распорка, которая всё время тянет в разные стороны. И если лучи ещё и разной длины…

И тут перед глазами встал отец. Девять Звёзд Энергии и три Звезды Силы. Два луча, один длинный, второй короткий, и всё это надо было держать каждую минуту, в бою, во сне, в обычной жизни. Каждый день его