Имя зверя - Тим Волков

Толпа охотно согласилась.

Сквозь пелену боли Мартен глядел на своего хвостатого друга и сгорал в бессильной злобе. Разум подсказывал, что неплохо было бы сейчас повторить то необычное магическое представление, что он совершил ночью, отбиваясь от лесного демона, но мальчик не знал, как это сделать. Произнести какие-то заклинания? Но ведь в тот раз он ничего не говорил. Тогда что? Мальчик помнил лишь то состояние, необычное, странное, словно струйки черного тумана обволакивают разум, что испытал он в ту злополучную ночь, но вызвать его повторно не мог. А как бы сейчас было вовремя!

Дыхание постепенно приходило в норму. Получилось сделать небольшой вздох, еще один. Грудь вдруг сдавило в судорогах и спазмах. К горлу подкатила тошнота, а тело налилось противной слабостью.

Мартена подняли под руки, как следует встряхнули.

— Пошли! — приказал Бингвен и потащил мальчика к выходу.

— Нет! — начал сопротивляться Мартен. — Отпусти меня!

Удалось вырвать из захвата руку и влепить щербатому прямо в нос.

Противник взвыл.

— Ах ты…

Еще один удар, не такой хороший как первый, больше похожий на пощечину, пришелся Бенгвену по губам, выбивая из уст остатки слов.

На мальчика посыпались кулаки. Били молча, с остервенением, особо не разбираясь куда — в голову, поясницу, плечи, живот. Когда Мартен не удержался на ногах и упал, его не перестали бить, напротив, принялись молотить уже ногами.

— Отстаньте! — это уже Веики подала голос.

Ворон рявкнул, как следует тряхнул лисичку.

— Тебе слова никто не давал! А ну снимай одежды!

Мартен рванул на голос, хотел отползти, но его схватили за ноги и вновь втянули в самую гущу толпы.

— От нас не уйдешь!

И вновь град ударов.

Уже не надеясь уйти из этой переделки живым, Мартен решился на последний отчаянный шаг, который у него оставался. Схватившись руками за первую попавшуюся ногу, он с остервенением вцепился в нее зубами. Пинавший истошно закричал, принялся сбивать мальчика со своей конечности, но Мартен еще сильнее стиснул челюсти, чувствуя, как рот наполняется теплой влагой и привкусом меди.

— Он меня укусил! Укусил!

— Чего орешь? — недовольно пробурчал Ворон, подходя к толпе. — Дай я ему ножом сейчас мышцы на челюстях подрежу, чтобы знал, как кусаться.

— Скорее! Скорее! Больно! Больно!

Толпа расступилась. Мартен быстро оценил обстановку.

Блеснуло лезвие, но вонзиться в плоть мальчика не успело — мальчик вовремя отпустил кричащего и увернулся. Нож едва не вонзился в ногу бедолаги.

— Он укусил меня! До самого меня прокусил!

— Не вой! — рявкнул Ворон и широкими шагами двинул на Мартена, который успел забиться в дальний угол комнаты. — Не можете с простым пацаном справится! — приказал одному из толпы: — Держи выход, чтобы не шмыгнул туда!

Несколько людей перегородили дверь.

Мартен попытался встать, но боль от неисчислимого количества ударов сковала мышцы. Пришлось ползти.

— А ну стой, паршивец! — проревел Ворон и метнулся наперерез.

Маневр оказался успешным. Мартен кувырнулся, пытаясь увернуться от противника, но Ворон даже и не думал ловить его. Он просто рубанул ножом, желая поскорее расправится с пацаном. Первый взмах — и лезвие просвистело над самой головой Мартена.

Мальчик выгнулся, попытался откатиться вправо, подальше от траектории ножа.

Ворон криво ухмыльнулся и ударил еще раз.

Ш-ш-а-х!

На этот раз нож достиг своей цели и вонзился в податливую мягкую плоть.

* * *

Командир «Факела возмездия» обладал какой-то разновидностью простой, но действенной боевой магии, Уэн это понял, едва взглянул на оранжевое сияние, струившееся по телу воина и окутывающее его оружие. Не многие бойцы императорской стражи могли похвастаться владением такими способностями, ведь для этого необходимы были определенные задатки.

Но и Уэн был не простым драчуном, обладая мощным магическим предметом — Слезой Ят. И поэтому без страха вступил в бой.

Крутанув перед собой артефактом и высекая иней из воздуха, вожак «Красных рукавов» бросился в атаку. Ледяное копье полетело в Шанюана, но тот с легкостью отбил выпад, разбив его на множество осколков. Еще один выпад — и командиру имперской стражи пришлось на два шага отступить, но только лишь для того, чтобы через секунду контратаковать.

Выпад был стремительным.

Взмах шуангоу, прыжок вперед. Уэн успел отметить, что противник превосходно владеет оружием. Лезвие крюка зацепило рукав рубашки и прорезало ткань. Уэн отступил.

— Не разумным было с твоей стороны вступать со мной в бой, — произнес Шанюан, но в голосе его не было насмешки, лишь простое сожаление о такой ошибке, которую допустил противник.

— Это мы еще посмотрим, — огрызнулся Уэн.

И начал выписывать в воздухе артефактом причудливые знаки. Парень и сам не знал, что именно он пытается сделать, отдав все на откуп интуиции. Пусть будет так и пусть самая судьба решит исход это битвы. Если богам будет угодна воля и стремления Уэна — то победит он. В противном случае победу одержит стражник и в Провинции все будет по-прежнему.

Синее свечение стало почти прозрачным и лишь воздух едва заметно дрожал, по нему побежали быстрые волны, словно водную гладь потревожил пробегающий ветер. Огненное-оранжевое сияние оружия Шанюана тоже начало блекнуть.

Чем больше Уэн сжимал в руках артефакт, тем больше мог чувствовать глубинные корни творящихся чар и сейчас парень отчетливо почувствовал, что магия командира императорской стражи чужда его магии. Если в чарах Шанюана был первозданный обжигающий огонь, то артефакт Уэна словно бы брал силы из пронизывающего ледяного ветра.

«Так ли это сейчас важно? Главное — кто выйдет победителем», — подумал Уэн, внимательно следя за каждым движением противника.

Шанюан встал в атакующую позицию, один шаунгоу подняв над головой, вторым выписывая окружности у самых ног. Творил еще одно заклятие? Возможно.

Шанюана окружила настоящая паутина, сплетенная из множества огненных шнурков. Уэн подумал, что это какой-то вид защиты, но вскоре понял, что сильно ошибался.

Паутина начала быстро распадаться и обрывками стелиться на землю, образуя круг. Командир императорского отряда взмахнул крюком, что-то сухо выкрикнул, и земля у его ног начала превращаться в огненную воронку.

Не разбирающийся в огненной магии, Уэн тем не менее быстро определил, что это заклятие Мертвого Огня. Об этом часто говорили все деревенские мальчишки, наперебой рассказывая легенду о бесстрашном воине Лиане, жившем множество лет назад, который в последнем своем сражении с врагом использовал это заклятие и ценной собственной жизни спас деревню от разграбления и смерти.

Уэн считал, что