Металлический Монстр - Абрахам Грэйс Меррит

Осознающий!

От уступа, на котором мы стояли, вниз уходил крутой спуск, похожий на тот, по которому мы спускались в темноте. Угол его наклона составлял не меньше сорока пяти градусов; поверхность была гладкой и отполированной.

– Чёрт! – Дрейк вырвался из оцепенения, вызванного изумлением, и вернулся к реальности. – Мы не сможем здесь спуститься. Стоит только попробовать – и ни один полицейский с Лонг-Айленда нас не догонит.

– Может быть, есть другой путь вниз, – ответил я.

Из тумана у нас за спиной бесшумно выплыл сияющий куб. Он остановился, словно насторожившись, затем завертелся, так что одна за другой все шесть его граней окинули нас взглядом.

Я почувствовал, как множество невидимых рук подхватило меня; увидел, как рядом со мной взмыл в воздух Дрейк. Я попытался шагнуть к нему – с трудом пробиваясь сквозь удерживавшую нас силу. Куб отошёл от уступа и слегка покачнулся. Под нами, словно мы парили в воздухе, простиралась Пропасть. Затем произошло быстрое перемещение: наши тела словно переставили на другую поверхность. Я посмотрел вниз на огромную, тонкую колонну из кубов, уходившую на пятьсот футов вниз, ко дну долины. И куб, на котором мы стояли, оказался его вершиной.

Вращающегося колеса, венчавшего его прежде, уже не было, но я понял, что это и есть та самая Дробящая Скалы Машина, от которой мы бежали; разведчиком её был тот куб, что разыскивал нас. Словно желая узнать о нас больше, эта Сущность отыскала нас в тумане, а её посланец настиг нас и доставил к ней! Во всей её устремлённой ввысь громаде я ощущал то же любопытство – и казалось, что от куба, державшего нас, вниз идут сообщения, описывающие нас, рассказывающие о нас, словно этот куб действительно был глазом Сущности, передающим наш образ в каждый скрытый нерв колонны! В этом неподвижном изучении было нечто неописуемо… чудовищное!

Колонна наклонилась – согнулась, подобно той сияющей опоре, что по приказу Норхалы перекинулась для нас через пропасть. Дно долины устремилось нам навстречу. Всё ниже и ниже клонился ствол. И снова мы мгновенно переместились на другую грань венчающего его куба. Всё стремительнее приближалась земля. От головокружения у меня потемнело в глазах. Последовал лёгкий толчок, вращение той Сущности, что удерживала нас, и…

Мы стояли на дне Пропасти!

И от огромной, распростёршейся на земле колонны, на вершине которой мы спустились сюда, начали отделяться десятки кубов. Они отрывались от нее, разрушая ее, и кружили вокруг нас – любопытные, заинтересованные, поблёскивающие искрящимися точками-глазами!

Высоко над нами я увидел уступ, с которого нас забрали. И пока я разглядывал его, пелены светящегося тумана беззвучно окутали его, скрыли из виду.

Мы беспомощно взирали на тех, кто кружил вокруг нас. Внезапно я снова почувствовал, как меня поднимают в воздух и швыряют на поверхность ближайшего куба. Я закружился на нём, пока крошечные глазки изучали меня. Затем, словно я был живым мячом, он перебросил меня следующему. Я успел лишь мельком заметить высокую фигуру Дрейка, летящую по воздуху.

Игра становилась все более стремительной, захватывающей дух. Это была именно игра – теперь я это понял. Но для нас игра была опасной. Я чувствовал себя хрупкой стеклянной куклой в руках неосторожных детей.

Десяток или больше кубов слились воедино, сложившись в пятидесятифутовый обелиск, швырнувший меня на сотню футов.

Летя, я увидел, что вокруг нас – эпицентра этого действа – толпятся уже тысячи Существ Металлического Народа. Их прямые, изогнутые и угловатые поверхности поблёскивали, словно бледно-голубая сталь; глаза сверкали. Я успел заметить, как ещё сотни Существ поднимались над толпой, складываясь в колонны и веерообразные образования, – вытягивались вверх, чтобы посмотреть на нас!

В воздухе, подброшенный ударом обелиска, похожего на тот, что швырнул меня, мимо пролетел Дрейк. На вершину его «мучителя» я опустился мягко, словно на пуховую подушку, но лишившись дыхания от стремительного полёта.

И вновь мерцающая колонна швырнула меня назад, к своему собрату.

Пока я летел, мимо стремительно промчался огромный шар. Он резко замер. Прямо в полёте меня подхватила сила; потянула вниз, и я завис в каком-то футе над поверхностью этой сферы. Неведомая сила, испускаемая шаром, удерживала меня на весу, пока сам он вращался подо мной, разглядывая меня!

Меня перебросили к другому поджидавшему своей очереди кубу, а сфера умчалась прочь. На земле, шагах в трёх от меня, стоял Дик – бледный, шатающийся от головокружения. Я увидел, что совсем рядом возвышаются одни из исполинских ворот Города. Внезапно куб, на котором я находился, усилил хватку – сжал так сильно, что я против воли распластался на его поверхности. Прежде чем я упал, тело Дрейка рванулось ко мне, словно притянутое арканом. Он рухнул рядом со мной, слабо ругаясь.

А затем куб, державший нас, понёсся прочь, преследуемый десятками этих Существ, – прямо к открытому порталу, словно какой-нибудь проказливый мальчишка, уносящий добычу. Ослепительная вспышка раскалённого синего пламени лишила меня зрения; а когда слепота спала, я снова увидел перед собой Дрейка – в виде скелета! Но плоть стремительно вернулась на место, окутав его.

Куб внезапно остановился; тысячи крошечных невидимых рук подняли нас, мягко перенесли через его край и поставили на ноги рядом с ним. И куб умчался прочь!

Вокруг нас раскинулся ещё один из тех необъятных залов, где высоко вверху горели бледно-золотистые солнца. Между его колоссальными колоннами струились тысячи Металлических Сущностей – уже не спеша, а спокойно, размеренно, неторопливо.

Мы находились внутри Города – именно так, как велел Вентнор.

Совсем рядом с нами возвышалась одна из циклопических колонн. Мы подползли к ней и прижались к её подножию со стороны, противоположной потоку Металлического Народа, пытаясь, сжавшись там в комок, вернуть пошатнувшееся самообладание. В этом грандиозном месте мы чувствовали себя ничтожными букашками: над нами сияли причудливые светильники, похожие на гирлянды застывших солнц, а мимо проходили загадочные сонмы живых кубов, сфер и пирамид. Размеры их были самыми разными – от фигур высотой в ярд до гигантов в тридцать футов и более. Они не обращали на нас внимания, не останавливались, а продолжали двигаться, поглощённые каким-то таинственными делами, требовавшими их участия. Со временем их становилось всё меньше; поток редел, превращаясь в отдельные, далеко отстоящие друг от друга группы, затем – в запоздалых одиночек. И наконец совсем иссяк. Зал опустел.

Мы поднялись.