Возрождение Изабель - Мария Ясная
Неподалёку от особняка Ричардов Изабель и инспектор Уэст расстались.
После того как инспектор подал официальную жалобу на лорда Ричарда, его неприязнь к этому чиновнику стала ещё сильнее. Уэст испытывал к нему такое презрение, что не желал даже встречаться с ним лицом к лицу.
Тем временем карета продолжила путь к особняку.
Чем ближе они подъезжали к дому Ричардов, тем заметнее становилось волнение Беатрис и остальных служанок. Возвращение означало для них перемену судьбы и надежду на лучшую жизнь. Но вместе с тем они понимали: впереди их ждёт непростая борьба.
Одна лишь Изабель сохраняла полное спокойствие. Никто из спутниц не мог даже представить, какая жестокая ненависть бушевала в её сердце.
Особняк Ричардов располагался на одной из самых оживлённых улиц столицы. Посыльный, отправленный вперёд, уже должен был сообщить о прибытии законной дочери семьи. Поэтому все обитатели дома обязаны были выйти встречать её.
Лорда Ричарда дома не оказалось, и встречу падчерицы взяла на себя Сильвия.
Гнев короля и расползшиеся по столице слухи поставили семью Ричардов в непростое положение. Теперь им следовало продемонстрировать, что законную дочь покойной супруги лорда Ричарда здесь почитают и принимают как подобает. Только так можно было надеяться постепенно утихомирить поднявшуюся бурю.
Когда горожане увидели Сильвию, вышедшую к воротам в сопровождении всей прислуги — от младших слуг до самых высокопоставленных, — многие сразу догадались, кого именно она ожидает.
Любопытство оказалось сильнее обычной сдержанности. Некоторые прохожие остановились у ворот, намереваясь своими глазами увидеть возвращение законной дочери Ричардов. Вскоре возле особняка собралась целая толпа.
Сильвия не стала приказывать слугам разгонять зевак. Напротив, чем больше людей увидит эту встречу, тем лучше. Чем больше свидетелей убедится в её доброжелательности, тем убедительнее будет выглядеть забота о падчерице.
Наконец карета подпрыгнула на последней неровности дороги и остановилась перед воротами.
— Юная госпожа вернулась! — громко возвестила пожилая служанка, стоявшая рядом с Сильвией.
На лице хозяйки дома тут же расцвела приветливая улыбка.
Все взгляды устремились к карете. Слухи об Изабель уже разлетелись по столице, и теперь каждому хотелось увидеть ту самую законную дочь семьи Ричардов, о которой столько говорили. Девушку, которую называли праведной, но несчастной.
Дверца распахнулась.
Первыми из кареты вышли две служанки. Одна придержала занавеску, другая протянула руку, помогая пассажирке выбраться наружу.
— Сестра! — раздался чей-то радостный возглас.
Из-за ворот вышла молодая девушка, сразу привлекшая к себе внимание. Её облик излучал благородство и изящество. Малиновое платье, богато расшитое и отделанное парчой, подчёркивало белизну кожи и придавало ей особенно нарядный вид. Прекрасные глаза казались затянутыми лёгкой дымкой, а розовые губы напоминали спелые вишни.
Она выглядела безупречно: ни одна деталь её наряда не нарушала общей гармонии. В волосах не было дорогих украшений — только две золотые ленты. Однако эта простота лишь подчёркивала утончённость девушки.
Её красота словно смягчала сердца окружающих, заставляя смотреть на неё с восхищением.
Некоторые из собравшихся даже не сразу вспомнили, что законная дочь семьи Ричардов прежде была мало кому известна. Имя Изабель редко звучало в столичных разговорах. Зато имя Сесилии знал практически каждый.
Сесилия считалась жемчужиной семьи Ричардов, прославленной красавицей, чья внешность давно покорила столичное общество. Многие называли её самой прекрасной девушкой столицы.
И теперь, когда она появилась перед воротами, взгляды собравшихся почти полностью переключились на неё. О карете на мгновение словно забыли.
Но тут изнутри донёсся нежный женский голос:
— Осторожнее, госпожа.
В следующую секунду из кареты показалась изящная рука.
Она была такой тонкой и нежной, что зрителям невольно пришло в голову: такую руку и коснуться-то страшно, не то, что сжать. Казалось бы, всего лишь рука, но в ней было что-то удивительно притягательное.
Люди, ещё мгновение назад восхищавшиеся Сесилией, снова повернули головы к карете.
Глава 53. Встреча
Служанка помогла Изабель выбраться из кареты.
Та, о ком в последние дни столько говорили в столице, наконец предстала перед собравшейся толпой.
Однако вместо нарядной красавицы в дорогом платье люди увидели девушку в простом льняном наряде. На ней был потёртый тёмно-зелёный жакет на ватной подкладке, украшенный вышивкой в виде вьющегося плюща, и светло-серая юбка. Длинные волосы были небрежно собраны в пучок и скреплены простой деревянной заколкой. Несколько свободных прядей мягко обрамляли лицо.
Изабель неторопливо подняла голову.
Перед собравшимися открылось нежное овальное лицо с удивительно чистой, почти прозрачной кожей. Даже Сесилия, чья белизна считалась одним из главных достоинств её красоты, уступала ей в этом. Возможно, утомительная дорога придала щекам Изабель лёгкий румянец, а в её глазах, когда она окинула взглядом окружающих, сверкнул живой блеск. В уголках губ мелькнуло едва уловимое очарование, и многие невольно задержали на ней взгляд.
Одежда Сесилии была изысканной и подчёркивала её утончённость. На фоне её нарядного платья вещи Изабель казались старыми и поношенными. И всё же даже в таком скромном одеянии девушка выглядела необыкновенно красивой — настолько, что некоторые из зрителей невольно задумались, какой она стала бы, облачись в дорогие ткани и украшения.
Элегантность Сесилии была привычной для столичного общества. Её изысканный облик легко запоминался, а манеры соответствовали положению дочери знатного дома. Но в Изабель, одетой в простое льняное платье и с деревянной заколкой в волосах, было иное очарование. Её черты казались мягкими и сдержанными, а в облике чувствовались спокойствие и достоинство, не вполне свойственные столь юной девушке.
Когда Изабель направилась ко входу в особняк, окружающие невольно обратили внимание на её осанку. Спина оставалась прямой, шаги были ровными и уверенными. Ни малейшей неловкости, ни тени смущения перед десятками любопытных взглядов.
Люди ожидали совсем другого. Законная дочь Ричардов выросла вдали от столицы, без привычного воспитания и светских наставников. Казалось естественным, что перед толпой и на пороге родного дома она будет держаться скованно или растерянно.
Но Изабель оказалась не только красивой и благородной. Её манеры были безупречны, а достоинство вполне соответствовало её происхождению. Она ничуть не уступала Сесилии — второй дочери семьи Ричардов.
Сильвия поспешно двинулась ей навстречу. Окинув падчерицу внимательным взглядом, она взяла её за руку и заговорила с материнской нежностью:
— Дитя моё, как же ты настрадалась...
Изабель посмотрела на неё с улыбкой. На глазах Сильвии блестели слёзы, а выражение лица казалось исполненным искренней заботы. Если бы Изабель не извлекла горьких уроков из своей прошлой жизни, она, пожалуй, и сама могла бы поверить в эти чувства.
Но теперь она знала цену подобной нежности.
— Изабель была плохой дочерью и заставила матушку столько волноваться, — мягко ответила она.
В этот момент к ним