Дар смерти - Анна Трисс

Его друг изобразил усталый вздох, поднял голову и открыл глаза. Со зловещей и одновременно театральной медлительностью он развернулся во весь грозный рост своего тела, закутанного в красный развевающийся плащ. В тишине, наполненной драматическим напряжением, дети дружно подняли головы, следя глазами за его подъемом.

– Ты считаешь себя бесстрашным, но ты всего лишь ничтожный маленький безумец, рыцарь! – прорычал Абинк, поворачиваясь к Эливану. – Тебе не справиться со мной, самым могущественным из красных драконов! – Он ударил себя в грудь кулаком. – Я в десять раз больше тебя, мои когти и зубы острее твоего меча… и я изрыгаю огонь, ты сейчас убедишься в этом на собственном горьком опыте!

Регент замахнулся на приятеля веткой, которую тот схватил рукой на лету. Абинк открыл рот, выпятив грудь, чтобы сделать вид, что извергает невидимое пламя на меч своего противника… и зашелся в фальшивом приступе кашля, согнувшись пополам. Веселясь, дети обрадовались такому повороту событий, а Эливан откинулся назад, так преувеличенно хохоча, что Ибранхам скривился в циничной гримасе.

– Что ж, дракон, похоже, у тебя проблемы с изрыганием огня! – заметил он, ударив палкой по руке противника.

– Я не должен был вчера выпивать всю ледяную воду из того озера, – посетовал Абинк, заговорщицки подмигнув своей аудитории. – Ну и плевать! – добавил он, расправляя складки своего плаща. – Хорошо смеется тот, кто смеется последним, железный рыцарь. Я обезоружу тебя и опрокину на землю, хлопая крыльями!

С выразительным рычанием он принялся махать руками, придерживая плащ, чтобы создать ветер. Держа свою палку, Эливан скрестил руки на груди, в то время как его противник начал задыхаться и замедляться. Дети громко расхохотались в очередной раз.

– Красный дракон, похоже, твоя техника обезоруживания не слишком эффективна, хлопанье твоих крыльев производит меньше ветра, чем веер дамы! – насмешливо произнес регент.

– Ах так, тогда я разорву тебя на части своими когтями и зубами!

Абинк яростно прыгнул на противника, который ударил его палкой по ногам. Воин принялся комично изгибаться во все стороны, пытаясь сохранить равновесие, после чего рухнул в траву. Эльфийские детишки повскакивали с мест, широко раскрыв глаза.

– Ты побежден, «могущественный» красный дракон! – торжествующе воскликнул Эливан, размахивая веткой над головой своего друга. – Ну-ка, скажи мне, кто твой хозяин?

– Ты, рыцарь! – простонал Абинк, перекатываясь на спину и прикрывая лицо краем плаща. – Не причиняй вреда моему яйцу, твоя принцесса жива!

Удивленные возгласы раздались в рядах маленьких зрителей. Регент посмотрел на них, изогнув брови.

– Что? Моя прекрасная принцесса жива? Значит, ты ее не сожрал?

– Я не могу жевать мясо эльфов! – расстроенно ответил Абинк. – Я слишком старый, у меня осталось всего два шатающихся зуба, которые сражаются на дуэли в моей пасти! Я уже много веков питаюсь только овощными бульонами.

– Где моя принцесса?

Его друг показал на тряпичную куклу, лежащую у ближайшего куста.

– Она там! Эта неблагодарная девица оглушила меня большим камнем и сбежала в лес за час до твоего появления в моей пещере! Она устала ждать, пока ты придешь ее спасать, и решила выкручиваться сама.

– О! А тебе, мой красный дракон, было стыдно признаться в том, что с тобой справилась женщина, поэтому ты придумал, будто поджарил ее на медленном огне! Старая беззубая рептилия! А ты не такой злой, как я думал. Хорошо, я вас пощажу, тебя и твое яйцо, – великодушно произнес Эливан, протягивая руку Абинку, чтобы помочь ему подняться.

– Ты так любезен, рыцарь. Раз уж мы теперь доверяем друг другу…

– Да, мой новый друг?

– Это яйцо – вовсе не яйцо.

– А что это тогда?

– Обычный камень. Потому что я самец, а не самка… И потому что драконы не откладывают яйца.

Закончив театральное представление, комедианты повернулись к своей аудитории, которая принялась им громко аплодировать, и дружно поклонились.

– Трусливый лживый дракон и тупой самодовольный рыцарь… Даже не знаю, какая из двух ролей неприятнее и карикатурнее, – язвительно произнес капитан.

– Ибран, это лишь пародия, призванная развлечь детей, – ответила его мать, закатив глаза. – Когда ты был в их возрасте, тебе тоже нравились театральные постановки. Особенно те, в которых упоминались драконы древних времен.

– Потому что я был доверчивым, мама.

– Почему ты так говоришь, сын мой?

– Это глупо… Я был ребенком.

Королева сжала руку Ибранхама, чтобы привлечь его внимание.

– Скажи мне.

Горечь и разочарование отразились на лице принца. Взгляд его светлых глаз стал далеким, в нем появилась уязвимость.

– Я представлял, что драконы однажды снова появятся на континенте, чтобы восстановить пошатнувшийся естественный порядок. В ту пору я был убежден, что полное исчезновение четырех стихийных рас было ложью, заговором, организованным нашими старейшинами, которые были разочарованы кровавым участием Пекла и его сына Жара в Континентальной войне. Я говорил себе, что два огненных дракона, легендарные освободители нашего народа, выжили в последней битве Терфламмы и улетели на зимовку с остальными драконами после падения человеческой империи. Я думал, что они вернутся к нам в нужный момент, чтобы снова повести нас за собой. Я ошибался, мама. Но за этот век я повзрослел. Я перестал верить в свои детские мечты.

Алисия побледнела под своим загаром. Ее странно затуманенный взгляд остановился на массивной фигуре ее любовника. Абинк посадил себе на плечи эльфийскую девочку лет пяти. Придерживая ее за лодыжки, он начал вращаться вокруг себя на полной скорости. Раскинув руки в стороны, она смеялась всей своей кристально чистой душой и кричала ему:

– Лети, дракон, лети!

– Солнышко мое, – прошептала правительница, – никогда не переставай верить в свои детские мечты.

Панама зевнула так, что чуть не вывихнула себе челюсть.

Ночь была особенно долгой – и продуктивной. Семейная вендетта.

Ее наставник убил отца и его сыновей шестнадцати и девятнадцати лет в деревне в нескольких километрах от Клепсидры. Самого младшего задушил, его брату сломал шейные позвонки, отцу вспорол живот и в довершение картины сжег три тела прямо в доме. Когда первые соседи выбежали из своих жилищ, чтобы потушить пожар, Хамар и его ученица уже удалялись от деревни бешеным галопом.

– Разве мы не возвращаемся, Верховный мастер? – удивилась Панама, когда ее наставник на перекрестке свернул направо, по направлению к маленькому каменному мосту, перекинутому через реку.

– У меня встреча с заказчиком на рассвете возле реки.

– Но ты всегда встречаешься с нашими