Дар смерти - Анна Трисс
Мощный звук рога из слоновой кости эхом разнесся по двору Скептриона, прервав их беседу. Трое Торговцев из Торговой лиги должны были вот-вот появиться.
При звуке рога разговоры гостей постепенно стихли, пока не воцарилась полная почтительная тишина. Все головы повернулись к глашатаю, стоявшему на помосте возле Колесницы. Тот театрально протянул руку к двери Фаланги, которую только что открыла молодая красивая служанка.
– Мессиры, миледи! Торговец Адриан из Торговой лиги!
Старик со сгорбленной спиной апатичным шагом двинулся вперед, опираясь на черную фигурную трость, и занял место на троне, стоявшем справа. Ему было около семидесяти лет – преклонный возраст для человека. Двое слуг поставили столик над его острыми коленями, чтобы разместить на нем большие весы с золотыми подносами, бронзовые гири, бухгалтерскую книгу, чернильницу и гусиное перо. Его седые волосы были завязаны в конский хвост, на подбородке виднелась остроконечная подстриженная бородка. Суровая складка опустила уголки его губ, костлявые руки лежали на подлокотниках трона. Адриан не сводил взгляда с ослепительной Колесницы жатвы. Его карие глаза, полные алчности, говорили о том, что он с нетерпением ждет, когда ее содержимое пополнится.
– Торговка Кемис из Торговой лиги! – продолжил глашатай.
На помосте появилась высокая женщина ослепительной красоты, с лучезарной улыбкой на губах. Мужчины в толпе прочистили горло. Ее роскошная внешность контрастировала с пресным видом ее старого супруга Адриана. Ей было больше сорока, но выглядела она на десять лет моложе. Узкое атласное платье малахитового цвета облегало ее бедра, а округлое декольте обнажало пышную грудь, усыпанную родинками. У нее была исключительная осиная талия благодаря чрезмерно утягивающим корсетам, это придавало искусственность и дисгармонию ее силуэту в форме песочных часов. Множество драгоценных камней украшало ее шею, уши, руки, запястья и пальцы. Ее напудренное лицо, лишенное морщин, было гармоничным, а на веках сверкали золотые блестки. Сложная прическа была самым невероятным элементом ее внешнего вида: волосы цвета красного дерева образовывали над головой дуги, украшенные цветами, напоминая шляпу.
Впрочем, Кемис меняла прическу и платье при каждом своем появлении на публике. Обожаемая большинством дам и молодых девушек столицы, она задавала моду в соответствии со своим изменчивым настроением. Ей было достаточно одного презрительного взгляда, чтобы унизить придворную даму, которая не соответствовала ее стандартам одежды, тогда как ее одобрительная улыбка благословляла более подходящий туалет другой дамы. Неумолимого и непредсказуемого приговора Торговки одинаково ждали и опасались при дворе.
Она устроилась на троне слева, скрестив на бедрах унизанные кольцами руки, после чего осмотрела первые ряды, раздавая очаровательные улыбки мужчинам, которые были в ее вкусе. Адриан, занятый настройкой весов, этого не заметил.
– Торговец Скертир из Торговой лиги! – возвестил глашатай.
Мужчина лет двадцати, такой стройный, что терялся в своей золотисто-зеленой мантии, дополнил доминирующее трио Лиги. Он встал перед центральным троном. Его пепельно-русые волосы были заплетены в косу, спадающую на левое плечо. Медный цвет лица подчеркивал странные фиолетовые глаза, такие же проницательные, как у Пекла, и родство с тетей Кемис отражалось на его точеных чертах: у них обоих были острые подбородки, мясистые рты и вздернутые носы, характерные для их династии.
Скертир был харизматичным представителем Торговой лиги вот уже два сезона. Долгое время эту роль выполнял Адриан, пока супруга не призвала его уступить свое место. Действительно, очевидные признаки его слабого здоровья больше не позволяли ему достойно представлять их братство.
Скертир дважды хлопнул в ладоши и широко развел руки в стороны, словно хотел всех обнять. Его звонкий и сильный голос разнесся до самых глубин дворцового двора, что являлось неоспоримым доказательством его ораторских способностей:
– Союзники, соратники, друзья, добро пожаловать на пятьсот двадцать второй Праздник жатвы Терфламмы! От имени Торговой лиги я благодарю вас за то, что вы откликнулись на наш призыв и проделали этот путь до Алкантара, чтобы насладиться тремя праздничными днями в нашей компании. Каста справедливости, Клан ученых, Братство Пантеона, Братство рабочих, Гильдия теней. – Торговец соединил руки и переплел пальцы перед собой в знак единства. – Мы все собрались в этом историческом месте ради самого великого из идеалов: мира. Девиз, выбранный нами в этом году, – слово «возрождение». Каждую весну природный цикл возобновляется и преподносит нам в дар свою землю-кормилицу. На деревьях набухают почки. В горах Рокайля тает последний снег. Животные, спавшие зимой, выходят из своих нор. Возвращаются перелетные птицы. А мы, жители Терфламмы, отмечаем Праздник жатвы, чтобы подтвердить Вековое перемирие, укрепив связи, сложившиеся между нашими шестью братствами с момента падения имперской диктатуры. Каждый год это возрождение отдает дань уважения героической гибели наших предков на поле боя. Оно также напоминает нам о том, как опасно оставлять управление Терфламмой в руках одного человека. Вы когда-нибудь задавались вопросом, как появляется эта опасность, друзья мои? Мы это сделали. Ответ неутешителен: такая большая власть неизбежно развращает слабых, эгоистичных и надменных людей. Следом за ней тянутся пороки, упадок и враждебность. В могилу королей, страдающих манией величия, и кровожадных императоров!
Чей-то одобрительный выкрик заставил вздрогнуть толпу. Скертир подождал, пока он стихнет, с расчетливой улыбкой на губах.
Хамар не сводил с него глаз с момента его появления.
Уже целую вечность он не был так заинтригован человеком. Четкая речь и спокойствие Скертира, казалось, принадлежали более взрослому мужчине, но Жнец различал в его взгляде нечто более сложное: какой-то надлом как намек на неуверенность в будущем. Однако, в отличие от Хранителя Клана ученых, он осознавал, что ничто не длится вечно… и втайне опасался стать жертвой этой реальности. В целом Верховный мастер предчувствовал, что этот прагматичный и осторожный молодой человек намного опаснее Мегара Делаторма. Его роль представителя Торговой лиги не была случайной.
– Простая и логичная истина открылась первым Торговцам после справедливого конца Каллистена III. Они должны были восстановить страну, разрушенную безумием Каллистена Кровожадного, заново наладить ее жизнь. Похоронить погибших, чтобы суметь обрести второе дыхание. Вдохновить будущие поколения значимыми поступками. Таким образом, власть в Терфламме была распределена между несколькими мудрыми и образованными людьми, способными принимать совместные решения ради общего блага. Под благосклонным взором Торговой лиги братства приложили все усилия, чтобы устранить патологические отклонения империи, следуя кодексу справедливости, чести и равенства, закрепленному подписанием Соглашения о всеобщем перемирии. – Скертир в патриотическом жесте приложил руку к сердцу, почтительно глядя на Колонну мира. – С тех пор как по-братски правим этими землями, мы можем дать счастливое будущее нашим детям. Мы подарили им настоящее возрождение! Благослови богиня жизни наших сыновей и дочерей, которые однажды возьмут в свои руки доблестный факел нашей олигархии!
Зрители