Путешествие цветка. Книга 2 - Го Го

В конечном итоге он все же разочаровал наставника. Сам себя спасти не может, да еще и борется за выживание с помощью крови собственной ученицы.

Когда он брал Сяо-Гу в ученицы, пылал небывалой гордостью, желая бросить вызов Небесам, а теперь может лишь покориться воле судьбы и всеми силами стараться отсрочить тот час, когда она свершится. Потом необходимо, вложив всю душу, предугадать, что именно может произойти, и одну за другой записать ответные меры, чтобы помочь школе Чанлю и миру совершенствующихся пережить этот сложный этап.

Бай Цзыхуа полагал, что давно уже свободен и не обременен заботами, однако лишь теперь обнаружил, что в сердце его все еще живут милосердие к народу, беспокойство о горе Чанлю и та, с кем он не в силах расстаться, – его единственная ученица.

Ему не составило труда заметить в отдалении носившуюся с Шо Фэном по воде за рыбой-покатуном Хуа Цяньгу. Она плавно и изящно скользила по поверхности моря, подобно птице в небесах.

Как давно он не видел, чтобы она так весело смеялась?

Налетел порыв холодного ветра, и Бай Цзыхуа неожиданно почувствовал, что замерзает. Близок смертный час, но он еще не успел завершить все дела. «Дайте мне немного времени, совсем чуть-чуть… Позвольте уладить дела горы Чанлю и мира совершенствующихся, разрешите провести побольше времени с этой малышкой, подольше наставлять ее…»

Прежде всегда стоявшая высоко над другими фигура теперь казалась невероятно слабой, но издалека этот бессмертный по-прежнему казался ослепительнее и ярче, чем огромная луна на небе.

Бай Цзыхуа уже привык к боли, но вдруг почувствовал, что с его телом что-то не так. Похоже, это признаки очередной вспышки действия яда. Он обреченно покачал головой, развернулся и, спустившись с камня Открытого ветру, вернулся в свою комнату.

Запыхавшаяся Хуа Цяньгу наконец опередила Шо Фэна и, поймав рыбу-покатуна, разразилась смехом:

– Я поймала ее…

– Цяньгу!

На глазах Шо Фэна улыбка медленно исчезла с лица девушки, глаза ее закрылись, тело отяжелело. Она плюхнулась прямо в воду.

Юноша со всех ног бросился к ней и одной рукой вытащил из воды. Хуа Цяньгу промокла насквозь, подобно курице, попавшей в суп.

До смерти перепуганный Шо Фэн продолжал выкрикивать ее имя. Лишь влив немало истинной ци в тело девушки, он заметил, насколько сильно она истощена.

Цяньгу словно в тумане открыла глаза и со смехом сказала:

– И чего я такая неосторожная? Взяла и заснула, стоя на ногах…

Шо Фэн тут же взял ее на руки и поспешил отнести во Дворец Бесчувствия.

Почувствовав, что Хуа Цяньгу вернулась, и учуяв присутствие постороннего, Бай Цзыхуа вышел из своей комнаты и увидел поспешное приземление Шо Фэна, державшего на руках промокшую до нитки девушку.

– Кто позволил тебе войти во Дворец Бесчувствия? – холодно промолвил он, глядя на свою ученицу, дрожавшую в объятиях юноши.

– Прошу прощения, Владыка. Цяньгу внезапно потеряла сознание, поэтому я принес ее сюда.

Шо Фэн, который на протяжении долгого времени не видел Бай Цзыхуа, вдруг испугался. Как Владыка мог получить столь тяжелое ранение? Он же почти утратил бессмертное тело!

Юноша двинулся вперед, желая передать девушку Владыке, но тот, вопреки ожиданиям, отступил на шаг. Яд как раз начал действовать. Даже находясь на таком расстоянии от Цяньгу, он и то чувствовал запах ее крови, что уж говорить о том, чтобы к ней прикасаться.

– Отнеси ее в комнату.

Шо Фэн впервые оказался во Дворце Бесчувствия и был незнаком со здешней обстановкой, поэтому направился прямо в комнату Бай Цзыхуа. Тот хотел было сказать, что это не ее спальня, но не осталось никаких сил. Он лишь хотел поскорей отослать юношу из Дворца.

– Почему Цяньгу внезапно чувств лишилась, да еще и от малокровия? – Из-за беспокойства в голосе Шо Фэна чувствовалась нотка упрека. Бай Цзыхуа – глубоко почитаемый девушкой наставник. Почему же совершенно о ней не заботится? Даже ничего не заметил.

У Бай Цзыхуа дрогнуло сердце. Он холодно произнес:

– Ладно, можешь идти.

– Слушаюсь, Владыка. – Шо Фэн положил девушку на кровать Бай Цзыхуа и вдруг краем глаза увидел след от зубов на ее шее. Застыв от удивления, он повернулся и несколько мгновений пристально смотрел на Владыку, после чего развернулся и вышел из комнаты.

– Ты вторгся во Дворец Бесчувствия. Не забудь сходить в чертог Послушания и принять наказание.

– Повинуюсь, Владыка, – произнес Шо Фэн твердо, но с ноткой недоумения и возмущения в голосе, а потом исчез, подобно порыву ветра.

Бай Цзыхуа подошел к Хуа Цяньгу и увидел, что ее когда-то круглое и гладкое детское личико теперь стало даже бледнее, чем у него самого. Сердце сжалось от боли. Он прикоснулся к плечу девушки, моментально высушив насквозь промокшую одежду, а потом влил в тело ученицы немало истинной ци.

Цяньгу спросонья открыла глаза. Взгляд ее наполнился сожалением.

– Как я оказалась в вашей комнате? Простите, сейчас же уйду.

Она с трудом слезла с кровати и, пошатываясь, прошла пару шагов. Однако голова закружилась, и девушка стала падать. Бай Цзыхуа поспешил придержать ученицу, отчего та рухнула прямо в его объятия.

Раньше они уже обнимались бесчисленное множество раз, но никогда эти объятия не были такими волнительными и странными. Цяньгу почувствовала жар. Все тело будто кипятком ошпарило, но Бай Цзыхуа по-прежнему оставался холодным, как лед.

Девушка ощутила удивительно приятную прохладу. В полусне цепляясь взглядом за находившийся перед глазами объект, она больше не хотела двигаться.

Сотни различных запахов ударили в лицо Бай Цзыхуа, а поверх них – аромат цветов и крови. Голова загудела. Не в силах больше подавлять яд, он легко отыскал зубами шею девушки и укусил ее. Теплая свежая кровь, вытекая меж его зубов, закапала на кожу и волосы Хуа Цяньгу.

Она издала сдавленный стон, но все так же продолжала неподвижно лежать и крепко обнимать наставника, не желая отпускать его.

Однако в этот раз Бай Цзыхуа втягивал кровь с гораздо большей силой, чем раньше, отчего Цяньгу стало намного больнее. Он так крепко сжал в своих руках крохотное тело ученицы, что та еле могла дышать.

– Наставник…

Девушка постепенно пришла в себя и попыталась вырваться из его объятий. Но зубы Бай Цзыхуа еще сильнее впились в ее шею. Она чувствовала, с какой стремительной скоростью кровь льется изнутри. Ощущая одновременно наслаждение и боль, Цяньгу прикусила нижнюю губу и изо всех сил старалась держаться.

В этот момент с улицы в окно влетел бумажный журавлик, покружил по комнате, но, так и оставшись незамеченным, вскоре упал к их ногам.