Дар смерти - Анна Трисс

Наступила очередь Панамы.

Она встала в стартовую позицию с полным решимости видом.

– Давай, удиви нас, доннианка! – раздался голос Джоннаса.

Услышав свисток, Панама рванула к первой башне, словно разжавшаяся пружина. Ей в спину летели крики. Дети могли проявлять такую же жестокость и нетерпимость, как и взрослые. Сложив ладони рупором, Дженкинс веселился всласть:

– Осторожнее, не сверни себе шею, драконица! Используй свои невидимые крылья, они доставят тебя наверх!

– Падай! Падай! Падай! – вопили другие на эльфийском языке.

Сосредоточившись на восхождении, Панама не обращала внимания на их крики. Впрочем, они уже начали стихать. Скорость движений девочки оказалась потрясающей, и ни один ученик – даже Дженкинс – не мог с этим поспорить. Веревка лишь замедлила бы ее подъем.

Панама, словно паук, находила узкие щели между досками, чтобы просунуть туда пальцы рук и ног с невероятной ловкостью: она их отметила для себя во время восхождения ее предшественников. Ученики постепенно смолкли, в то время как Панама взобралась на вершину башни и ступила на натянутую веревку, широко раскинув руки в стороны, чтобы удержать равновесие. Она продвигалась шаг за шагом, держа спину ровно и глядя прямо перед собой. Теперь все глаза в зале были устремлены на юную акробатку. Даже непривычно молчаливый Джоннас, казалось, был покорен ее грациозностью. Панама поставила ногу на поверхность второй башни, опустила рукава своей туники, чтобы закрыть ладони, и скользила по веревке вниз, пока не коснулась земли рядом с башней.

– Три минуты ровно, – пробормотал Сеятель, с недоверием разглядывая песочные часы. – Надо же… Жнец, твоя курочка установила новый рекорд. Три минуты! – крикнул он громче, чтобы все ученики его услышали.

Винс принялся восхищенно хлопать в ладоши, и Гном, продолжавший прыгать по трибунам, к нему неловко присоединился. С радостной улыбкой Панама поклонилась, чтобы поблагодарить их обоих. Никто из остальных учеников не стал ей аплодировать. Дженкинс кипел от гнева, что его победила девчонка – к тому же новенькая и человек – в таком элементарном состязании. Маленькая доннианка направилась к преподавателю, который протягивал ей серебряную чешуйку.

– Как ты это сделала? Во всей Гильдии так могут только четверо или пятеро.

– Все дети нашего народа умеют лазать по деревьям, Мастер Сеятель. Мы с братом также любили играть, шагая по бельевой веревке, натянутой между стенами.

Джоннас одобрительно хмыкнул в бороду и взлохматил рыжие волосы Панамы, как он сделал бы со своей младшей сестренкой, чуть не вырвав заодно клок волос.

– Молодец, малышка! Ты мне нравишься. – Он сунул чешуйку в руку девочки, которая просто светилась от счастья. – Вот, держи.

– Джон, – небрежно позвал Хамар.

– Жнец?

– Ты мне должен пятьдесят скептрионов.

* * *

Прошел месяц с тех пор, как Панаму приняли в Гильдию теней.

Благодаря интенсивным занятиям Джериса Таргама рыжеволосая девочка все лучше говорила на эльфийском языке и получила первые базовые знания континентального языка. Теперь она понимала большую часть того, что ее товарищи обсуждали между собой. При этом она еще с трудом строила более сложные фразы и неправильно произносила некоторые слоги. Как следствие, ребята постоянно смеялись над ее акцентом, но Жнец был в целом доволен ее прогрессом, и Панама даже начала присутствовать на некоторых его теоретических уроках.

Она то и дело просила Жнеца разрешить ей участвовать в практических занятиях – с тех пор как она одержала победу во время тренировочного штурма у Джоннаса, ее наставник не позволял ей повторять такие подвиги – и в итоге добилась своего. Сегодня она наконец сможет принять участие в рукопашном бою под наблюдением Лиама. Хамар считал, что ей сначала нужно научиться ловко двигаться, уходить от атак и использовать свои природные данные, прежде чем браться за меч, пусть даже деревянный.

Возбужденная, словно блоха, маленькая доннианка бегом помчалась в оружейную, примыкавшую к амфитеатру. Теперь, когда она прекрасно ориентировалась в подземелье, Винсу больше не приходилось ее сопровождать в малейших передвижениях.

Остальные ученики уже были в сборе, поскольку Вихрь, как и его сестра-близнец, не терпели опозданий на свои занятия. Последним прибывшим был как раз Хамар, который хотел посмотреть, как справится его подопечная. Он устроился в сторонке, чтобы не мешать ходу урока. Испытывая безумное счастье от того, что он оставил свою работу с документами, чтобы посмотреть ее в деле, Панама одарила его ослепительной улыбкой, на которую Верховный мастер не соизволил ответить. Он казался сегодня каким-то молчаливым. Немного расстроенная его безразличием, девочка повернулась к Лиаму, раздававшему первые указания на эльфийском.

– Сегодня вы разделитесь на пары, ученик против рекрута, чтобы самые слабые изучали технику сильнейших. Не вздыхай, Дженкинс, ты тоже когда-то был рекрутом. За это пойдешь тренироваться с новенькой. И я не желаю слышать никаких возражений! Но перед этим – двадцатиминутная разминка и разогрев на мешках с песком. Вперед, и чтобы стены дрожали!

После упражнений на растяжку Панама и Винс встретились возле одного из мешков, подвешенных к потолку. Юный эльфид руками удерживал мешок на месте, в то время как Панама беспорядочно колотила по нему со всей яростью, на которую была способна. На другом конце зала Дженкинс с друзьями смеялись над ее усилиями, показывая на нее пальцем. Брат ее куратора делал вид, что взлетает, размахивая руками, напоминая о придуманном им прозвище «драконица-альбиноска». Он до сих пор не смирился с тем, что она выиграла «его» серебряную чешуйку месяц назад; ему казалось, что она украла у него победу. Панама была почти рада возможности свести с ним счеты в рукопашном бою. Она не собиралась спускать ему с рук его бесцеремонное поведение.

– Побереги силы, Панама! – посоветовал ей Винс. – Ты напрасно тратишь энергию!

Она не обращала на него внимания. Девочка представляла, что мешок – это Дженкинс. Прямой удар в зубы! Пяткой по ноге!

– Я расквашу физиономию твоему глупому брату, Винс!

– Ты слишком эмоциональна и импульсивна. Если не будешь себя контролировать, проиграешь бой за одну минуту. Дженкинс – сильный противник!

Панама замедлила ритм ударов, признавая, что ее друг прав. «Доспехи, шлем, щит», – вспомнила она, бросив взгляд на Хамара, который разговаривал с Лиамом и краем глаза наблюдал за ней.

– У меня есть шанс его победить, Винс?

– У тебя появился бы крошечный шанс его победить, если бы у него была повязка на глазах, руки связаны за спиной и его одолел бы сильнейший насморк, но это не так! Тебе следует оставить гордость и попросить Вихря поменять тебе противника. Ты не готова встретиться с Дженкинсом, даже в дружеском бою. Панама, за исключением дара, разрешены любые удары. Вихрь