Дар смерти - Анна Трисс

летит тебе в лицо, втяни подбородок в шею и напряги ее мышцы: лучше пусть под удар попадет твой лоб, чем нос, глаза или рот. При падении защищай голову одной рукой и сохраняй гибкость. Приземляйся на внешнюю сторону бедра или свернись калачиком, чтобы смягчить удар: неудачное падение может подписать тебе смертный приговор. Поддерживай динамическое дыхание, оно должно быть регулярным: короткие и быстрые вдохи-выдохи. Держи глаза широко открытыми и никогда не прерывай зрительного контакта со своим противником. Принимать удары, чтобы лучше ударить самому, ударить, чтобы быстрее победить, – такой линии поведения следует придерживаться в бою с крепышом.

Без предупреждения Винс поднял одну ногу, распрямил ее по направлению к лицу Панамы. Та машинально уклонилась от удара, вместо того чтобы принять его, нагнув голову под стопой своего куратора… и получила приличный удар кулаком в скулу, который даже не успела увидеть. Она рухнула на бок, стараясь следовать советам Лиама, чтобы ничего не повредить себе при падении.

– Встать в боевую позицию! – раздался окрик преподавателя. – Мы собираемся укрепить твое тело, доннианка. Винс, не сдерживай удары: твоя подружка не стеклянная. Опережай намерения противника, Панама! Следи за направлением его взгляда, изучай его движения и предсказывай намерения.

Панама опустила голову, напрягая затылок, и получила удар кулаком в скулу во второй раз, что заставило ее вздрогнуть от боли.

– Безжалостный крепыш будет бить туда, где тебе уже больно!

Она сделала шаг назад, и Винс нанес ей боковой удар пяткой по коленной чашечке, вынудив ее упасть на живот. Панама подавила крик.

– Опытный боец постарается вывести из строя твои ноги. Через неделю таких мягких тренировок ты научишься принимать удары и не падать. Через две недели будешь стоять неподвижно, как статуя! Поняла?

– Да!

– Да – кто?

– Да, Мастер Вихрь!

* * *

Вращающийся цилиндр был, безусловно, самым отвратительным предметом мироздания. Панама не знала, чей извращенный мозг мог создать орудие, которое невозможно победить, но его изобретатель явно был асоциальным и коварным типом. Цилиндр вращался не слишком быстро – пока, – но Панама уже успела возненавидеть легкое поскрипывание, которое он издавал. Всякий раз, когда ей удавалось перепрыгнуть через нижнюю палку и пригнуть голову, чтобы увернуться от другой палки, которая должна была разбить ей лоб, почти сразу в живот врезался кол, находящийся посередине, и цилиндр резко останавливался.

Винс предварительно с честью продемонстрировал ей свои таланты. Гибкий и ловкий, он продержался восемь оборотов, что уже было отличным результатом среди учеников. Под взглядом подруги он подпрыгивал, изгибался во все стороны, цеплялся за верхние колья, чтобы повиснуть над нижними. В конечном итоге он получил удар в грудь средним колом, поскольку усталость неизбежно ослабила его рефлексы. Со своей стороны, Панама была бы счастлива продержаться хотя бы один полный оборот цилиндра, чтобы не оказаться сбитой с ног или покалеченной деревянными руками, ощетинившимися на его поверхности.

Сидя на полу рядом со своим эльфидским другом, Панама переводила дыхание, разминая мышцы, болевшие после очередной попытки. Ее руки, ноги и грудь были усыпаны синяками. Она извергала потоки оскорблений на родном языке на нового заклятого врага – мерзкий, дерьмовый цилиндр, – когда в зал вошел Хамар. Взгляд Панамы устремился к нему, и сердце пустилось вскачь.

Двигаясь, словно король хищников среди стада травоядных, дерданом заполнял пространство своим мощным и магнетическим присутствием. Взоры всех учеников были прикованы к нему, как это часто бывало, когда он входил в какой-либо зал или шел по переполненному коридору. Он автоматически становился неизбежным центром притяжения и присваивал себе каждый квадратный сантиметр места, по которому шел. Его отец не обладал и половиной его темной харизмы; было просто невозможно игнорировать напряжение, которое он естественным образом создавал вокруг себя. Ярким примером тому была атмосфера, царившая на его занятиях. Когда его низкий голос звучал в каждом уголке амфитеатра, его слушали все, даже самые рассеянные.

Никто никогда его не перебивал и не оспаривал его приказы.

Поэтому Верховному мастеру почти никогда не требовалось повышать голос. Время от времени, когда в столовой становилось слишком шумно, ему достаточно было встать из-за стола и ледяным тоном бросить: «Тихо!» – как в зале тут же воцарялась тишина.

Рожденный, чтобы командовать. Панама уже думала о том, что ее наставник гармонично смотрелся бы на троне.

Не обращая внимания на свою ученицу, Верховный мастер широкими шагами направился к Лиаму. Последний чинил тетиву лука, порванную чересчур ретивым учеником по имени Мерис. Он отошел от группы подростков, наблюдавших за его действиями, и направился навстречу вышестоящему чину, который передал ему контракт на убийство. Жнец пояснил инструкции заказчика, постучав пальцем по пункту в свитке, который Вихрь молча пробежал глазами. Лиам нахмурился и что-то возразил сквозь зубы. Хамар привел контраргумент безапелляционным тоном, словно заранее знал о его реакции. Брат Ним вяло кивнул и свернул контракт, прежде чем заткнуть его за пояс.

– Похоже, наш преподаватель не горит особым желанием отправляться на новое задание, – тихо заметила Панама, вытянув над головой онемевшие руки.

– Наверное, это помпезный заказ от Торговой лиги. Вихрь и Белладонна не любят убивать ради удовлетворения капризов Торговцев, но Главы и Верховный мастер не оставляют им выбора: Гильдии нужны эти деньги, – пояснил Винс, растянувшись на спине и опираясь на локти.

– Почему близнецы привередничают?

– Толком не знаю, Панама… Это связано с политикой и финансами. Отец уходит от ответа, когда я задаю ему вопросы о контрактах Лиги, он утверждает, что я лучше пойму эти внешние проблемы, когда стану посвященной Тенью.

Панама увидела, как ее наставник бросил короткий взгляд в их сторону, развернулся и без лишних слов покинул тренировочный зал. Она все же продолжила смотреть на дверь, за которой только что скрылся его высокий элегантный силуэт. Панама подавила странное желание последовать за ним, чтобы увидеть, что он собирается дальше делать, куда направляется и с кем хочет встретиться.

С момента поступления в братство ей не давал покоя один вопрос, настолько личный, что она никогда бы не осмелилась задать его напрямую. Но сейчас она достаточно сблизилась со своим куратором, чтобы расспросить его о таинственном прошлом Тигра, который интриговал ее гораздо больше, чем все высшие Тени. Она убедилась, что поблизости нет ничьих заостренных ушей, прежде чем задать свой вопрос:

– Винс, а мать Верховного мастера действительно… богиня жизни?

Юный эльфид выпрямился и уселся по-турецки рядом с ней, снисходительно улыбаясь. Он провел рукой по своим кудрям соломенного цвета, чтобы привести их в порядок.

– Конечно. Как ты можешь сомневаться, что он дерданом? Он воскрешает мертвых своим