Дар смерти - Анна Трисс

– Неделю смотреть, как они чешут себе промежность и слюнявят платок, чтобы протереть витрину? Да можно самому помереть от скуки!

Хамар мимолетно улыбнулся, сворачивая пергамент. Время от времени откровенный и непосредственный юмор его человеческой подопечной прорывал его маску холодности.

– Наблюдение не самый популярный этап у убийц, но им нельзя пренебрегать. Спешка и недостаточная подготовленность – лучший способ упустить свою цель. Кстати, Панама… Ты выполнила задание перед сном?

Девочка выучила всю известную информацию об их цели, указанную в контракте на убийство. Торговка Кемис расписалась внизу документа, рядом с подписью Главы Мрака.

– «Цель: Турден. Возраст: сорок семь лет. Место рождения: Милон. Семейный статус: вдовец. Адрес: „Картины мастеров“, улица Эпитафия в Клепсидре. Профессия: торговля поддельными произведениями искусства. Братство: в настоящее время не состоит, бывший член Братства рабочих. Физическое описание: среднего роста, худощавого телосложения, волосы темные, глаза карие, без особых примет. Заказчик: Кемис Лампера. Возраст: сорок три года. Место рождения: Алкантар. Семейный статус: замужем за Адрианом Лампера, мать троих детей. Адрес: Скептрион. Профессия: Торговка. Братство: Торговая лига. Требования заказчика: повесить труп внутри его магазина с розой богини смерти в узле веревки. Порезать картины, разбить статуэтки», – без запинки перечислила Панама. – Почему именно такое убийство, Верховный мастер?

– Заказчик хочет наглядно продемонстрировать другим желающим, чем могут закончиться подобные действия. Идем, пора возвращаться домой. Завтра утром проведем более тщательное обследование территории.

* * *

«Более тщательное обследование территории! Я должна была догадаться», – сокрушалась Панама, пряча свою маленькую голову в черной шляпе с широкими полями, от которой у нее чесалась кожа.

Она была одета в наряд провинциальной знатной дамы: туфли с заостренным мыском, расшитые блестками, кружевные перчатки пудрово-розового цвета, шелковая сумка, перекинутая через плечо, и отвратительное платье с оборками из зеленого муслина под цвет ее глаз, неприятно скребущее по ногам. Золотая подвеска с изображением котенка болталась на ленте, от которой чесалась шея. У нее точно была аллергия на шляпы, платья и украшения. Не считая этих ужасных туфель, сдавливающих ей пальцы.

Невозмутимый Хамар не стал смеяться, увидев ее выходящей из своей комнаты в буржуазном костюме. Он посоветовал ей уделять внимание походке и манере держаться, следить за речью и доннианским акцентом в присутствии их будущей цели. Сам он надел легкую кольчугу и бежевые брюки, чтобы выглядеть как охранник на службе у знатной семьи. Убедительное прикрытие, поскольку эльфидов, лишенных дара, часто нанимали аристократы Терфламмы и платили им больше, чем человеческим слугам.

Менос был не столь тактичен, как Верховный мастер, увидев их в своем магазине. Согнувшись пополам от смеха при виде Панамы, он открыл ей дверь, поблагодарив за то, что она озарила его утро. Он также попросил вышить его инициалы на сиреневом носовом платке, чтобы он мог вытирать слезы радости. Разозлившись, девочка ответила ему на гномьем языке, чтобы он засунул этот носовой платок в самое мягкое место своего организма.

– Откуда здесь вся эта одежда? – ворчливо спросила Панама, шагая по Кварталу забытых.

– У моего отца есть сундуки с театральными костюмами, предназначенными для таких заданий, – пояснил Хамар на доннианском, предварительно убедившись, что рядом никого нет.

– А ты не мог найти мне что-нибудь поскромнее, Верховный мастер?

– Отвлекающий маневр, Панама… Этот костюм усыпит бдительность Турдена.

– Мастер Сеятель сказал, что я похожа на «гребаное разноцветное пирожное, которыми знатные дамы лакомятся в обществе, а потом идут в уборную и вызывают у себя рвоту, чтобы оставаться стройными».

– Не слушай Джона, ты прекрасно выглядишь.

«Хамар сказал, что я прекрасно выгляжу!» – «Не радуйся, – проворчал мрачный голос в ее голове. – Ему плевать на тебя». – «Нет! Это на него не похоже!» – «Ладно, в таком случае он сделал тебе комплимент, чтобы ты заткнулась», – насмехался над ней коварный голос.

Магазин «Картины мастеров» был устроен так же, как «Ляссе», что делало его вдвое больше по площади. В нем был главный зал, где выставлялись и продавались товары, углубление с прилавком для оплаты и подсобное помещение с закрытой дверью. Десятки пестрых полотен – натюрмортов, портретов, пейзажей, сцен охоты и сражений – были размещены на стенах, а на помосте в центре зала стояли четыре безупречные скульптуры женщин-дриаден.

Неторопливым шагом Хамар и Панама обошли помещение, сделав вид, что заинтересовались картинами. Девочка с веселым удивлением смотрела, как наставник осторожно поправляет картину, висевшую криво. Другой клиент рассматривал одну из скульптур, мечтательно кивая, погруженный в свои романтичные мысли, в то время как Турден расхваливал качество мелкозернистого мрамора, который использовал скульптор. Жнец склонился к уху Панамы, чтобы прошептать ей на эльфийском:

– Это вовсе не мелкозернистый мрамор. Это алебастр, менее дорогой и не такой востребованный материал. Поверхность мрамора покрыта легкими сероватыми прожилками, а алебастр гладкий и матовый. Алебастр более эстетичен, но менее прочен.

– У тебя, оказывается, есть артистическая жилка, – весело улыбнулась Панама.

– Ты многого обо мне не знаешь. Я не настолько бесчувственный, как думают твои товарищи-ученики, – возразил Жнец, повернув голову, чтобы услышать окончание монолога Турдена позади себя.

– …Будет просто роскошно смотреться у вас дома, на камине. Все ваши друзья позеленеют от зависти. Это единственный экземпляр.

– М-м-м-м… И что же это за крылатая юная леди с аппетитной грудью? – спросил непосвященный любитель.

– У мессира прекрасный вкус! Это одна из дриаден, богиня, живущая в Заповедном лесу, почитаемая эльфами. Фея связана с осенним сезоном и стихией ветра.

Панама чуть было не вмешалась, собираясь сказать, что Фея связана с летним сезоном, но наставник обратился к их цели раньше нее:

– Простите меня за беспокойство. Вы… владелец магазина? – вежливо спросил он, намеренно придавая голосу неуверенности.

– Собственной персоной, мессир! Мэтр Турден к вашим услугам, – представился фальсификатор, разглядывая Хамара и Панаму.

– Приятно познакомиться, мастер Турден. Я Джоннас Кардем, сопровождаю леди Альбу, – представился Верховный мастер.

– Леди Альба, говорите? Это имя мне знакомо, – солгал Турден, чтобы выяснить больше о личности Панамы, которая выглядела как дама из обеспеченной семьи.

– Родители леди Альбы владеют винодельней Эпистерра, расположенной на юго-западе столицы. Мы проехали верхом два часа, чтобы добраться до Клепсидры. Возможно ли мне напрямую связаться с одним из художников, которые работают на вас?

В глазах Турдена вспыхнул огонек жадности, он попросил своего созерцающего клиента извинить его, затем провел Жнеца и его подопечную за прилавок.

– Прошу вас, мессир Кардем! – произнес он с любезной улыбкой. – Вы же не собираетесь развалить мое дело? Клиенты и художники взаимодействуют только через меня! Если вы желаете что-то заказать