Дар смерти - Анна Трисс

– Хочешь отчитаться о выполненном задании, Джон?

– Ага, – проворчал он, потирая ладонями свое бородатое лицо.

– Гм. Обычно ты спешишь похвастаться кровавыми подвигами. Что случилось в этот раз?

– Гребаные непредвиденные проблемы.

Хамар опустил ироничный взгляд на свой реестр. В строке Сеятеля, в третьей колонке, он отметил «сомнительная скрытность», что на простом языке означало «неповоротливый медведь». Он закрыл журнал и скрестил руки на столе перед собой. Правый глаз его собеседника был опухшим, что заинтриговало дерданома.

– Объясни.

– Я проник в комнату таверны и убил цель в постели, придушив подушкой. До этого момента все шло хорошо! Парень спокойно умер, я не наделал шума. Когда я уже собирался паковать его труп, дверь в спальню открылась, к моему большому удивлению.

– Ты ее не запер.

– Забыл, чтоб ее.

– Продолжай, – велел полуэльфид, уже понимая, что будет дальше.

– Значит, дверь открылась, и передо мной появляется та же самая физиономия, что у моего покойника. Абсолютно та же, Жнец! Гребаные близнецы, чтоб их разорвало! – Его кулак опустился на стол Верховного мастера, заставив подпрыгнуть чернильницу и журнал. – Я даже не был уверен, того ли я убил! Короче, в любом случае живой тип увидел, как я упаковываю тело его братца, значит, выхода не было, мне нужно было убрать его тоже. Только он заорал и убежал, этот гаденыш! Он разбудил всю таверну, пока я не проломил ему череп, бросив в него вазу издалека. Мне пришлось бросать оба трупа на месте и спасаться бегством через заднюю дверь! – Он показал пальцем на свой заплывший глаз. – К тому же еще и в дверь не вписался!

Жнец покачал головой. Он был поражен.

– Джон…

– Знаю, я облажался!

– Сколько времени ты посвятил этапу наблюдения?

– Три дня.

– Хватит врать. У тебя правое веко дергается, когда ты врешь.

– Ладно, один день.

– Ты проявил небрежность. Если бы как следует наблюдал за своей целью и изучил его родственников, ты бы знал о существовании брата-близнеца.

– Заказчик должен был уточнить это во время вашей гребаной встречи!

– Не снимай с себя ответственности. Заказчик мог об этом не знать. Впрочем, это не изменило бы сути проблемы. Нельзя слепо полагаться только на информацию, предоставленную заказчиками: она может быть устаревшей, приблизительной или недостоверной. Поэтому стадия наблюдения за нашими целями так важна.

– Я знал, что ты мне это скажешь! Ты прав, мне нечего добавить! В следующий раз я буду внимательнее, не стану пренебрегать наблюдением. Что дальше, ты меня накажешь?

– Если бы ты был простым убийцей, получил бы плетей и посидел в камере. Но поскольку ты Мастер, было бы неправильно подвергнуть тебя публичному унижению за такое нарушение; твои отношения с учениками могут пострадать, и тебе будет сложнее сохранить их уважение.

– Значит… замнем это дело? – спросил Джоннас, в глазах которого мелькнула надежда.

Хамар замолчал, обдумывая такую возможность. Два легких удара в дверь прервали его размышления.

– Верховный мастер, это я! – раздался звонкий голос Панамы. – Я принесла тебе от Клео твою мерзкую бурду из одуванчиков.

В зимний сезон он привык пить отвар из смеси бодрящих трав.

– Входи, но не задерживайся. Я слушаю отчет Джона о выполненном задании.

Панама вошла в кабинет наставника с кружкой в руке. Ставя напиток на стол, она адресовала Хамару сияющую улыбку, способную растопить лед. На ней была новая туника лилового цвета, которая идеально сочеталась с ее прозрачной белой кожей, медными волосами и глазами цвета мяты. Приталенный крой подчеркивал ее нежные изгибы. Ее свежевымытые волосы еще были влажными на плечах. Она излучала простоту, естественность и беззаботность – все, чего не было в ее наставнике. Жнец задался вопросом, чему она так рада сегодня, поскольку выглядела особенно лучезарной.

Он ограничился кивком в знак благодарности. До тех пор развалившийся в своем кресле Сеятель выпрямил спину, заинтересованно окинув посетительницу взглядом сверху донизу.

– Эй, красотка, а мне ты никогда не приносила мерзких напитков!

Панама закатила глаза и вышла из кабинета под взглядами двух мужчин походкой, полной грации, словно танцовщица. Джон откровенно таращился на ее задницу, обтянутую кожей, пока дверь не закрылась.

– Мать твою так-то, – выругался он тихо, – и когда она успела?

– Ты о чем? – спросил Верховный мастер, размешав ложкой содержимое своей кружки.

– Когда она успела стать такой аппетитной, наша маленькая дикарка?

Жнец нахмурился. Ему вдруг захотелось впечатать большую голову Мастера в стену.

– Джон, – с упреком произнес он.

– А что, я говорю то, что думаю! – Сеятель снова развалился в своем кресле с похотливым выражением лица. – Три дня назад я видел, как она разминается в общем зале перед бегом с препятствиями. Она делала растяжку в обтягивающем костюме, слишком маленьком для нее. Пупок и ребра наружу… Кожа, лоснящаяся от пота… Она сильно наклонилась, и я все утро таскал стояк в штанах. Обычно мне нужно гораздо больше, уверяю тебя! Мне нравятся более сочные дамочки, но она… она красива по-своему. Не знаю, как ты тренируешься с ней один на один. На твоем месте я бы все время хотел ее трахнуть. Тебе бы она не отказала, судя по улыбке и взгляду, которыми тебя одарила. – Он сопроводил эти слова неприличным жестом толстыми пальцами. – Ты никогда не думал показать ей свой другой ятаган? Я уверен, что она горячая штучка, эта маленькая дикар…

– Я не ты, Джон, – холодно оборвал его Хамар. – В следующий раз, когда будешь говорить о ней такими словами, я промою тебе рот драконьей кислотой.

– Жнец, расслабься, я же пошутил!

– Что касается твоего наказания, начиная с этого дня ты на месяц отстранен от заданий.

Хриплый смех Джона застрял у него в горле. Он закашлялся так сильно, что принялся стучать кулаком по грудной клетке.

– Что? Ни одного контракта? – ошеломленно воскликнул Мастер.

– Ни одного.

– Целый месяц без денег! На что я буду жить?

– Разбирайся сам, возьми из своих сбережений.

– Но у меня нет сбережений!

– Очень жаль.

– Хамар, у меня на завтра назначен сеанс пыток!

– Я тебя заменю.

– Чтоб тебе пусто было! Это из-за того, что я сказал о твоей ученице?

– Нет, это из-за твоей небрежности.

– Нет уж, дудки!

– Убери свою жирную тушу с глаз моих долой, – отрезал дерданом, направив на него ложку.

– Ты хоть понимаешь, что угрожаешь мне гребаной деревянной ложкой? – воскликнул Джоннас, испуганно поднимаясь из своего кресла.

– Я вполне могу тебя убить простой деревянной ложкой, Сеятель, воткнув ее в твой правый глаз и достигнув твоих птичьих мозгов. Даю тебе пять секунд,