НеТёмный 11 - Александр Изотов

Наконец несчастный рукав был оторван, и Нэфис с каким-то нездоровым вожделением стал щупать мои мышцы на руках.

— Словно гранит! Какая мощь! Бикташ, да он же тебя просто в бараний рог свернёт! — баскак захохотал над своей шуткой.

— Да, господин Нэфис, — упавшим голосом сказал начальник стражи, который был на голову ниже меня. Он то понимал, что всего одно движение свирепого бросса, и шея его господина сломается, словно ветка. И никакие кандалы его не спасут.

— Да что ты всё боишься⁈ — весело бросил баскак и выудил из-за складок халата управляющий амулет, — Смотри!

Я тяжело осел на одно колено, изображая лютую боль, и толстый извращенец расхохотался, словно это доставляло ему удовольствие. Впрочем, судя по взгляду Бикташа, начальника охраны, он не особо доверял этим магическим штучкам. Наслышан был о броссах, видимо.

Мне его подозрительность мешала, и оставалось уповать только на глупость его хозяина.

— Что ж, довольно! — сказал Нэфис сам себе и положил амулет за пазуху. Я с облегчением встал, заставив стражу вокруг нервно уткнуть в меня копья.

— Уберите! — баскак замахал руками, — Лучше посмотрите, как настоящий мастер уговаривает людей следовать за ним!

Он подошёл ко мне, ухватился за локоть.

— Бросс, служи мне верой и правдой! Защищай мою жизнь пуще своей, и у тебя всегда будут женщины, питьё и еда! — он широким жестом обвёл девушек, лежащих на подушках, и блюда, стоящие на краю фонтанчика.

— Это бросс, господин! Этим дикарям не нужно ничего, кроме их…

— Заткнись! Бросс, ты же понимаешь меня?

Я кивнул.

— Ты хочешь женщин, вино и мясо?

Я кивнул ещё раз, причём с очень довольным видом. Мол, очень хочу!

— Будешь служить мне?

Третий мой кивок. Надоело выстраивать тонкую игру, надо уже идти напролом, раз глупость Нэфиса это позволяет. Толстяк тут же запрыгал, хлопая в ладоши.

— Я же говорил! Я же говорил! Снять с него кандалы…

— Господин! Я не позволю! — начальник стражи всё же нашёл смелость вытянуться по струнке, — Лучше увольте меня!

— Да что с тобой делать-то, Бикташ? Ладно, я отойду… И ошейник оставь, я же не дурак какой. А не снимешь цепи, Бикташ, и ты больше нигде в этом городе не устроишься, даже вышибалой в самой захудалой забегаловке!

Делать было нечего, и вскоре мои цепи упали на каменный пол. Я с облегчением растёр затёкшие руки, и моё движение тут же вызвало нервную реакцию у стражей. Впрочем, я даже не обращал внимания на покачивающиеся перед лицом копья, так и стоял с философским выражением лица.

— Какой ледяной взгляд! Учись, Бикташ! Такой рядом будет стоять, от статуи не отличишь… Как же хорош! Всё, что я слышал о броссах, правда!

Баскак снова двинулся ко мне, но Бикташ закрыл ему дорогу.

— Господин Нэфис, он опасен! Я не позволю, во имя моей чести стражника! — он выставил ладонь и уткнул её в грудь Нэфису.

Дальше никто ничего не понял. Просто стражи вокруг меня упали на задницы, а Бикташ вдруг повис в моей руке — стиснув его правое предплечье, я просто приподнял начальника над землёй, да так и застыл, словно истукан. Начальник стражи забарахтался, вывернув себе руку, и потянулся левой за рукоятью меча.

Стражники тут же повскакивали, кто хватая разлетевшиеся копья, кто меч из ножен, но всех остановил истошный приказ Нэфиса:

— Стоять!!!

Я и так стоял, поэтому даже не сдвинулся. Бикташ в моих руках повис, так и не вытянув меч.

Нэфис, с вызовом глядя на меня, тут же отчеканил:

— Отпусти его, бросс.

Я послушно разжал пальцы, и бедный стражник с грохотом приземлился на пол, не успев сгруппироваться. Я же, опустив руки, дальше встал с отрешённым видом варвара, мечтающего о родных горах.

Надо было видеть, как огонёк восхищения в глазах баскака разгорелся в пламя гордыни и безрассудства. Мне с трудом удалось сдержать улыбку, ведь в его взгляде я прочитал всё, что мне было так нужно. «Сбылась моя мечта! С какой завистью на меня будут смотреть! Эта гора мышц меня слушается! У меня свой телохранитель-бросс!»

Толстяк, с трудом сдерживая эмоции, покачал пальцем и снисходительно пояснил:

— Пойми, бросс, нападать на мою охрану неправильно. Бикташ, он хороший, просто… просто позволяет себе лишнего! — эти слова были адресованы начальнику стражи, хнычущему над растянутым запястьем.

Я лишь пожал плечами в ответ.

— Господин, а что со старухой? — спросил вдруг помощник, который нас и привёз.

— Эта? — без особого интереса спросил Нэфис, даже не глянув, — Пусть двор подметает, как Барак говорил…

Я переглянулся с Ченай, опасаясь, что её гордость даст слабину. Но нет, лучевийка, успокоив меня взглядом, послушно последовала за помощником.

Нэфис долго таращился на меня, и я уже испугался, что в его скудных мозгах вдруг неожиданно возникла магия мысли. Не хотелось бы… Но нет, сказал он совсем другое:

— Назову тебя Батыр! Батыр, бросс, как тебе, а? Как древних богатырей-великанов!

Я охотно кивнул. Батыр, так Батыр.

— Бикташ, проводи уже моего телохранителя в оружницу, подбери Батыру хорошую кольчугу, меч…

— Господин! Меч⁈ — тот аж вскинулся.

— Он защищает мою жизнь, Бикташ! — с ревностью воскликнул толстяк, — Неужели ты хочешь, чтобы меня убили⁈

Начальник стражи только растерянно опустил руки. Он был бессилен против воли хозяина. Воткнув в меня полный ненависти взгляд, он коротко мотнул головой:

— За мной… кхм… Батыр!

Меня повели по просторной длинной веранде, заполненной полосатыми тенями от декоративных занавесей. Судя по напряжённой спине начальника стража, ему не терпелось уйти достаточно далеко от хозяина, чтобы высказать мне то, что накипело.

И едва мы завернули за угол особняка, входя на задний двор, как раздался шелест клинка.

— Слушай сюда, бросская ты собака! — Бикташ повернулся, сгрёб ткань на моей груди, и явно хотел сказать что-то ещё, но не успел. Потому что уже моя рука перехватила его за шею и, вздёрнув, прижала к стене.

Я знал, что нас никто не видит — веранда окружала особняк, и мы были прикрыты занавесями, да и моё магическое нутро не чуяло лишних взглядов.

Бикташ захрипел со смесью растерянности и ненависти, одной рукой ухватился за мои запястья, а вооружённой попытался замахнуться. Естественно, я ему этого