Лелея Хуа Чжи. Том 1 - Кун Лю

Ян Ци действительно не посмел тронуть Хуа Болиня. Он сам ступал по пути ученого мужа и знал, насколько велико было влияние семьи Хуа. Иначе бы он тогда не стал, не брезгуя руки распускать, заставлять Хуа Сянь согласиться с его предложением и вернуться домой просить их помочь ее муженьку через свои связи.

Но вот тронуть своего сына он мог. Подойдя к Ян Суйаню, он со всей силы влепил ему пощечину:

– Мерзавец! Что ты творишь? А? Объединяешься с чужаками против собственной семьи Ян?

Ян Суйань не знал, вложил ли его так называемый отец всю силу в этот удар. Ему лишь показалось, что половина лица вместе со ртом резко онемела. Изо рта что-то потекло. Он поднес руку – оказалось, что то была кровь.

Юноша обернулся и холодно посмотрел на отца. В глазах не было ни капли чувств к своему родителю.

Хуа Сянь же словно сошла с ума. Она, барахтаясь, слезла со спины няньки. Нянечка Су едва успела поддержать ее, чтобы та не упала на землю. Вторая тетушка бросилась к сыну, хотела было прикоснуться, но так и не решилась. В одно мгновение лицо ее залили ручьи слез.

– Я никуда не уйду. Ань-эр, матушка никуда не уйдет…

– Раз остаешься, тогда живо возвращайся в комнату, – обрадовался Ян Ци и тут же хотел подойти поднять Хуа Сянь.

Но Хуа Болинь встал у него на пути и гневно крикнул:

– Еще посмотрим, посмеет ли кто-то прикоснуться к моей тетушке!

Слуги семьи Хуа, включая нескольких служанок в возрасте, выступили вперед, свирепо глядя на слуг дома Ян. Они все обучались у наставника по боевым искусствам и как раз захотели проверить, пригодятся ли их эти знания и умения!

Ян Суйань помог матери подняться, кивнул служанке, чтобы та присела. Поддерживая мать, юноша помог ей снова сесть на спину той женщине, а затем пошептал:

– Если вы останетесь, тогда я напрасно получил эту пощечину. Пойдемте.

Нянечка Су поддерживала госпожу сбоку. А та крепкая служанка подхватила Хуа Сянь и направилась прямиком к выходу. Хуа Болинь с остальными своими людьми прикрывал путь отступления. Слуги семьи Ян лишь осмеливались следовать за ними, но подойти вплотную не решался никто, включая самого Ян Ци.

Лишь когда все вышли за врата и увидели поджидавших снаружи слуг семьи Хуа, Хуа Болинь позволил себе слегка расслабиться.

К этому времени у входа в усадьбу Ян собралось куда больше людей, кто наблюдал за всем в открытую, кто – тайно. Хуа Болинь взглядом подал знак нянечке Су.

Она легонько похлопала служанку-тетушку по плечу. Та все поняла и опустила Хуа Сянь. Две другие женщины повели ее под руки к паланкину.

Следы побоев на теле второй госпожи Хуа были слишком заметны. Со всех сторон послышались приглушенные возгласы. Хуа Сянь низко склонила голову, сгорая от стыда, готовая провалиться сейчас сквозь землю.

Неудивительно, что семья Хуа подняла такой шум. Оказывается, их госпожу обижали в доме Ян. Кто же ее вызволение организовал… Неужели та самая старшая барышня семьи Хуа, что ныне всем хозяйством заведует? Однако характером она весьма тверда!

В этот момент Ян Чжэн, наконец узнав о случившемся, выбежал следом. Но было уже поздно. Он взглянул на старшего внука с распухшей половиной лица и попытался хоть как-то спасти положение:

– Суйань, в конце концов, это же дело семейное. Не надо придавать подобное всеобщей огласке.

Ян Суйань тоже не хотел, чтобы посторонние глазели на сие представление. Он подошел к дедушке и прошептал:

– Дедушка, что он ударил меня – я готов это принять. Я могу с этим смириться. Но моя матушка этого не вынесет. Еще один такой раз – и она просто умрет. Я не смею рисковать ее жизнью. Если я не сумею защитить собственную мать, если я не посмею встать на ее защиту, то буду недостоин зваться ее сыном, буду недостоин тех усилий, что вы много лет вкладывали в мое воспитание. Дедушка, у меня есть только одна мать. Она слабая, неспособная, сейчас у нее за спиной даже нет процветающего родительского дома. Но она все равно моя мать. – Ян Суйань опустился на колени и трижды поклонился до земли. – Если вы признаете меня, тогда я старший внук семьи Ян. Если же нет – я все равно останусь Ян Суйанем.

Ян Ци от злости заскрежетал зубами:

– Если уйдешь сейчас, то даже не вздумай потом когда-либо возвращаться! Мне не жаль такого сына. На наследство семьи Ян можешь не рассчитывать…

– Ян Ци! – Ян Чжэн готов был прибить этого глупца какой-нибудь палкой на месте. У него был не один этот внук, но из всего остального младшего поколения лишь этот юноша был наделен наилучшими способностями!

– Мне никогда не были нужны твои вещи. В будущем я сам, честно, добьюсь всего, чего пожелаю. – С этими словами Ян Суйань поднялся. – Дедушка, берегите себя.

– Суйань.

Ян Суйань обернулся.

– Ты – старший внук моей семьи Ян, и это никогда не изменится. Здесь твой дом, твои корни. Ты должен всегда помнить об этом. В семье случаются размолвки, это неизбежно. Однако семья всегда остается семьей. Чужими друг другу мы не станем. – Ян Чжэн сделал два шага вперед, улыбаясь, как ласковый старший. – Почаще навещай своего дедушку.

– Да, непременно. – Произнося это, Ян Суйань ни разу не взглянул на Ян Ци. В этом доме он будет помнить лишь одного дедушку. Хотя он знал, что у того имелись собственные интересы во всем этом, но полученное им в свое время от него добро было самым настоящим и искренним.

Проводив взглядом людей семьи Хуа, Ян Чжэн развернулся и направился обратно в дом:

– Закрыть врата.

– Отец…

Шлеп!

Ян Чжэн с разворота отвесил тому пощечину.

– Иди встань на колени в храме предков. Когда поймешь, в чем ошибся, тогда и выйдешь оттуда.

Еще до того, как члены семьи Хуа добрались до дома, слухи о случившемся уже успели разнестись по всему городу.

Шэнь Ци и его дедушка, почтенный господин Шэнь, прервали партию в вэйци, как только слуга принес им сию весть. Дальнейшая игра тут пошла наперекосяк.

Шэнь Чжуй положил камень, вытер руки и, взяв чашу, отхлебнул чая.

– Если бы ты с самого начала заявил о своем намерении жениться только на ней, твоя бабушка не оказалась бы столь решительно настроена расторгнуть вашу помолвку.

– Не оказалась бы столь решительно настроена, но все