Восхождение Морна. Том 13 - Сергей Леонидович Орлов

— А у меня перед глазами всё плывёт, мне за Мирой надо, у меня Ласточка где-то там! Ну я и сорвался… Первому со всей дури пробил с ноги в колено — нога в обратную сторону и сложилась. Троих следующих вырубил за пару секунд, даже пикнуть не успели. А потом стою над ними, дыхалка сбита, и до меня доходит…

Сизый тяжело вздохнул:

— Доходит, что сейчас сюда весь городской гарнизон сбежится. Если я начну от них по подворотням гаситься и воевать, потеряю кучу времени, а Миру один хрен из виду упустил. Вот и подумал: на кой-черт мне драконить стражу? Проще сдаться и спокойным шагом пойти в участок. Я же знал, братан, что ты придешь и всё быстро порешаешь.

— Какой ты сообразительный, — хмыкнул я, но тут же снова собрался: — Мужик у торгового дома точно сказал «ласточку»?

— Я своими ушами слышал! Это же точно она, братан! Нам надо её найти!

— Знаю…

Чёрт… Исчезновение Миры — а её сейчас в этом муравейнике будет хрен найти — вообще никак не входило в мои планы. Если в городе реально всплыли хоть какие-то следы её пропавшей сестры, Мира костьми ляжет, но из Жаровска не уедет, пока не докопается до самой сути. И я, чёрт возьми, её прекрасно понимаю, потому что сам поступил бы точно так же.

В этот момент за спиной раздались шаги, и Гуляев осторожно тронул меня за локоть:

— Время вышло, господин Морн. Пора.

Я молча кивнул десятнику, перевёл взгляд на решётку и в упор посмотрел на Сизого:

— Сиди пока здесь. Никуда не лезь, ни с кем не дерись и не создавай мне новых проблем. Слышишь?

Сизый от такой несправедливости аж воздухом поперхнулся, округлив глаза:

— Братан, да я же…

— Просто сделай, что говорю, — отрезал я, не давая ему развить тему.

Развернувшись, я пошёл вслед за Гуляевым к выходу из служебного коридора. За моей спиной грохнула тяжелая дверь, но даже сквозь неё ещё доносился дружный хохот арестантов и важный басок Сизого, который уже наставлял кого-то из мужиков, как правильно держать руки и куда смотреть на допросе.

В приёмной меня уже ждали довольные собой Рябов и Кутейкин.

Рябов вальяжно устроился на длинной лавке у стены, привычно широко раздвинув колени и уперев между ними тяжелую трость. Кутейкин примостился с самого краю, разложив на коленях пухлую папку с бумагами, и упорно не поднимал глаз. Похоже, чиновник твердо решил, что пересекаться со мной взглядом — так себе идея.

Едва я успел опуститься на свободный край скамьи, как входная дверь с грохотом распахнулась, и вместе с клубами сырого холода в помещение буквально влетела Вика.

Одежда на ней промокла насквозь, мокрые пряди прилипли к вискам, а с тяжелых сапог на пол густо капала грязь. Следом за ней, едва поспевая, вбежал молодой стражник — он бережно нёс её мокрый плащ на вытянутых руках, словно драгоценную корону. Вика размашистым движением стряхнула воду с рукавов прямо на дощатый настил и уставилась на дежурного так, что тот мгновенно подскочил.

— Это кто здесь такой смелый, что посмел «вызвать меня на допрос»⁈ — громко и без лишних прелюдий выкрикнула она прямо с порога.

В приёмной мгновенно образовалась гробовая тишина. Рябов открыл было рот, чтобы что-то сказать, но тут же передумал, закрыл его обратно и с глубочайшим научным интересом уставился на набалдашник собственной трости. Кутейкин вовсе втянул голову в плечи. Даже десятник Гуляев тихонько боком отшагнул в сторону, сделав вид, что у него образовались неотложные и крайне важные дела у противоположной стены.

— Дознаватель Соколова, Серый Приказ, — Вика развернула перед дежурным книжицу с гербом. — Какого чёрта здесь вообще происходит⁈

Дежурный вскочил так поспешно, что его стул ударился о стену.

— Госпожа дознаватель, это недоразумение, мы…

— Какое ещё недоразумение⁈

— Ну… — Фома Лукич заглянул в журнал, как утопающий в спасательный круг. — Предписание подано по заявлению… от частного лица.

— От какого, вашу мать, лица⁈ — не на шутку завелась Вика, отчего дежурный за стойкой едва не сжался в точку. — Хватит мямлить! Говори нормально!

— За-заявление подписано господином Рябовым… как частным гражданином, — заикаясь, выдавил гвардеец, бледнея на глазах.

— Мне без разницы, кем оно подписано! — отрезала Вика так, что у присутствующих заложило уши. — Я дознаватель Серого Приказа! Я прямо сейчас забираю Артёма Морна и его химеру под свою ответственность. И пусть ваш начальник только попробует мне возразить!

Она развернулась, готовая буквально снести этот отдел вместе с Рябовым, Кутейкиным и всеми присутствующими. Я быстро поднялся со скамьи, сделал шаг навстречу и перехватил её за локоть, понизив голос до едва уловимого шепота:

— Остынь. Не надо ничего разносить.

Вика строго уставилась на меня. Взгляд у неё был усталый и злобный, но в самом дне глаз мелькнуло нечто, похожие на облегчение.

— Да как… это же форменный беспредел! Я им тут сейчас устрою…

— Не нужно ничего устраивать, — тихо перебил я её. — Я хочу посмотреть, к чему вообще приведёт весь этот цирк и кто за ним стоит.

Вика на секунду нахмурилась, взвешивая, стоит ли спорить. Она явно горела желанием пустить в ход полномочия Серого Приказа и вытащить меня прямо сейчас, но моё решение её остановило. Сбавив напор, она упёрлась в меня тяжёлым взглядом.

— Побудь с Феликсом, пока мы здесь, — сказал я тихо, не дав ей вставить слово. — Мы с ним провели один небольшой ритуал, и он сейчас очень слаб. За ним нужен глаз да глаз.

При упоминании ритуала Вика едва заметно вздрогнула. В её глазах мелькнула целая гамма чувств — от злости за мою вечную самодеятельность до искреннего страха за историю с «пепельной магией». Она молча смотрела на меня пару секунд, тяжело дыша, затем провела ладонью по мокрым, прилипшим к вискам волосам и неохотно кивнула, принимая моё решение. Но отступать просто так она явно не собиралась.

— Хорошо, — выдохнула она, шагнув ближе. — Я пойду к нему. Но мне надо с тобой поговорить. Про его Дар.

— Потом, — отрезал я, давая понять, что дискуссии при посторонних ушах не будет.

— Потом, — повторила она тоном, который не обещал мне ничего хорошего.

Вика резко развернулась и вышла. Дверь за её спиной хлопнула с такой